С моей помощью Селлерс отыскал на стоянке автомобиль, ключи – под резиновым ковриком, проверил зажигание.
– Куда теперь? – поинтересовался я.
– В управление, но по моему маршруту.
– Эта колымага обходится мне в десять центов за милю.
– Экая беда, – зацокал языком Селлерс. – Ты не желаешь сотрудничать со мной, я – взаимно.
– Послушай, – запротестовал я, – у меня есть определенные права. Я требую доставить меня в ближайший магистрат.
– На это ухо я глух. Я тебя не слышу.
– Пусть будет по-твоему. У Мокси Мелона найдутся ушные капли.
– А что скажешь, если я тебя отпущу на все четыре стороны?
– Не имеешь права. Ты представляешь власть и находишься при исполнении. Ты меня охраняешь.
– Могу устроить тебе побег.
– А я не хочу бежать.
– Ладно, чего же ты в конце концов хочешь?
– Хочу, чтоб меня освободили официально. Хочу, чтоб восстановили мое доброе имя. Вместе с Бертой Кул мы закончим это дело об убийстве, причем на сей раз никому из полиции не позволим присвоить наши лавры.
Селлерс стиснул зубы, заиграв желваками. Он выудил из кармана сигару и, не зажигая, принялся ее жевать.
Мы поехали через горный перевал. Селлерс, видимо, решил, что на этом маршруте не столь велика опасность угодить в лапы репортерам.
– Вам ничего не придется заканчивать, – сказал он, – все уже разгадано. Я знаю, кто убил Даулинга.
– Знаешь? – переспросил я. – Хотелось бы услышать, как ты это докажешь?
– Бернис Клинтон расколется.
– Бернис сообщница, – возразил я. – Вы не сможете осудить Карсона по ее неподтвержденному свидетельству.
– Есть еще пистолет.
– Да, конечно, – согласился я. – Сперва он служил уликой против меня. Теперь станет уликой против Карсона. А есть у тебя уверенность, что оружие не подбросила Бернис Клинтон?
Эта гипотеза буквально ошарашила Селлерса.
– Черт побери! – только и сказал он.
– Я ничего не утверждаю. Но дело расследуем мы – Берта и я.
– Вы не сможете добыть улик сверх того, что имеет полиция.
– Совершенно справедливо, – подтвердил я. – Но полиция будет искать не там, где надо. А я буду искать там, где надо. И приду туда первым.
– Послушай, Лэм, выручи меня! Ты прекрасно знаешь, вам раскрытие убийства не принесет ни шиша. Вам за это не заплатят. Ты всего-навсего частный сыщик. Более того, Берта не согласится действовать с тобой на пару. Она поможет мне.
– Не поможет, когда узнает, что ты съездил мне по зубам.
– Забудь об этом!
– Не могу. Мне все еще больно.
– А могло быть намного больнее. И вот что я тебе скажу. Никакого убийства ты не раскроешь! Если не заговоришь по-хорошему, я просто буду гонять этот драндулет по десять центов за милю, пока это чертово дело не разрешится само собой. К тому времени дорожные расходы вырастут до таких размеров, что Берта начнет рвать на себе волосы.
– Отлично. Я возмещу эти расходы, когда Мокси Мелон выпотрошит вас в Фениксе.
– С меня взятки гладки, – сообщил Селлерс. – Я всего-навсего полицейский, кроме жалованья, ничего не имею.
– У тебя есть автомобиль, его стоимости хватит.
– Черт возьми! – подпрыгнул Селлерс. – Перестань мелочиться. Забудем личные обиды.
– Ты со своим кулаком не мелочился.
– Ладно, ладно, будет. А теперь выкладывай!
– Если я наведу тебя на след, воспользуешься им?
– Какой след?
– Мы остановимся у первого же телефона. Попросим Берту Кул встретить нас в Санта-Ане. Затем отправимся в «Коринфиан-Армс» и обыщем квартиру, которую Бернис Клинтон снимала под именем Агнес Дейтон. И если существуют обвинительные материалы, письма или еще что-нибудь в этом роде, скорее всего, они находятся именно там.
– Там ничего не будет, – уверенно заявил Селлерс.
– Тогда действуй по-своему, если хочешь остаться в дураках.
Через милю нам попалась заправочная станция. Мили Селлерсу хватило на раздумья. Он резко свернул и показал служителю свой жетон.
– Нужен телефон. По государственному делу.
Через десять минут Селлерс вернулся в машину.
– Берта нас встретит, – сообщил он. – Но у нас нет ордера на обыск.
– Того, что Бернис Клинтон рассказала в Финиксе, достаточно. Если мы не будем терять время впустую, может, успеем.
– Времени навалом, – заверил Селлерс.
– С такой малышкой? Не зарекайся!
Селлерс отпустил тормоза.
– Я клюнул, – поделился он. – Сколько раз клялся не клевать на твои приманки, и опять. Что ж, путешествие продолжается.
Берта Кул дожидалась нас у дома «Коринфиан-Армс» в Санта-Ане.
Когда мы подъехали, она покинула свою машину и царственной походкой направилась к нам. Не глядя на Селлерса, она набросилась на меня с вопросами:
– Черт возьми, чем ты занимаешься? Где тебя носит?..
– Помолчите, Берта, – вступился Селлерс. – Он еще может оказаться на коне.
– Что?! – вскричала Берта.
– Не стану повторяться. Дело посложней, чем казалось вначале, – сказал Селлерс.
– Вы ж говорили, что он попался, – удивилась Берта.
– Я так считал, пока не знал некоторые факты.
Берта зловеще взглянула на меня и демонстративно повернулась к Селлерсу:
– А здесь-то чем мы будем заниматься?
– Заглянем в одну квартиру.
Берта прошипела в мою сторону:
– Ох уж эти твои неортодоксальные методы. Я принимаюсь за простенькое дело об утечке коммерческой информации – начни и закрой! – так нет же, ты обязательно вляпаешься в убийство!
Она проследовала за Селлерсом к подъезду. Я замыкал шествие.
Селлерс нашел администратора и объяснил, что хочет осмотреть квартиру Агнес Дейтон.
Администратор позвонил юристу, после переговоров развел руками: ничего, мол, не поделаешь, нужен ордер.
От Селлерса буквально пар валил. Он дозвонился до местного полицейского начальства. То связалось с городским прокурором и прокурором округа. Пока длилось согласование, к дому подкатило такси, и на тротуар из него выпрыгнула Бернис Клинтон.
Оглядев сборище, она спросила:
– В чем, собственно, дело?
– Мы хотим заглянуть к вам, – ответил Селлерс.
– Ордер у вас есть?
– Вот и я о том же, – заметил администратор.
– Спасибо, – бросила Бернис администратору, проскочила мимо нас к лифту и уехала.
Селлерс сдерживался с трудом. Он развернулся и вышел на улицу. У машины остановился и посмотрел на меня с укоризной – или угрозой.
– Ну вот, втравил меня в историю. Теперь все здешние газеты начнут перемывать мне кости.
– Почему ты не принимаешься за обыск?
– Чертовски глупая ситуация, когда представитель закона не может обыскать квартиру, – вмешалась Берта.
– Запросто может, – возразил я.
– Разумеется, могу, – сказал Селлерс, – если только захочу подставить свою шею.
