именно из-за тебя Дасти пришел к тому месту. Но спустя время я смирюсь и пойму, что ты не сделал это специально. Это гребаная судьба.
К чему Сирена ведет?
– Но я никогда не смогу тебя простить за то, о чем ты даже не упомянул сегодня. За то, что ты оставил меня, когда мне было больно. Ты, Кей, оставил меня во всем ужасе одну.
– Извини, – в который раз за вечер произношу я.
И чувствую огромную вину.
Но на тот момент я считал, что поступаю правильно.
– Мне и так было противно от себя, что я вступил с тобой в отношения, понимая, что буду тебе лгать. – Жалкие оправдания, конечно, но я больше не оставляю за собой перед Сиреной никаких недомолвок. – А после того как частично из-за меня Дасти был убит… Да я вообще был в шоке только от его смерти. Как бы я смотрел тебе в глаза, зная всю правду?
– Как я тебе смотрю в глаза сейчас, – холодно отвечает девушка и добивает, повторяя только что сказанное мной: – Зная всю правду.
Боже.
Сколько в ней силы.
– Мы пережили много дерьма, Кей. И могли пережить все на свете. Я бы поняла и простила тебя. Даже несмотря ни на что, простила бы. – Сейчас будет но. – Но я никогда не смогу принять, даже от тебя, что в самый тяжелый момент ты не то что не подаешь мне руку помощи, ты оставляешь меня в моей боли. Одну. Я не просила никогда бегать со мной и возиться, как с ребенком. Я не избалованная маленькая принцесса. Но беда может произойти с каждым – и я в курсе теперь, что в такие моменты никогда не смогу рассчитывать на твою защиту.
Я киваю.
Ответственность – вот что имеется в виду, даже если Сирена не говорит об этом прямо.
Каждый раз я избегал ответственности – за свои слова, за поступки, за отношения. Сообразив, что случился перегиб, я просто предпочитал отстраниться. Найти сто причин, но никогда не бороться, не защищать ни себя, ни близких.
Конечно, Сирена не может доверять мне, и в том исключительно моя заслуга.
– Я только сейчас осознаю, что должен был в тот день поступить иначе. – И еще раз гребаное: – Прости.
– Сейчас ты бы поступил иначе?
– Я бы не отпустил тебя никуда. Мы бы пережили смерть Дасти вместе. Я бы рассказал тебе правду, ты бы злилась, но я бы все равно не оставлял тебя.
Именно так я и должен был сделать.
Помогать своей девушке.
Бороться за наши отношения.
Давать ей уверенность, что она не одна в этом жестоком, гребаном мире. Мы вместе, и все переживем.
– Не верю больше.
– Дай мне шанс, Сирена. – Жуть, насколько жалко звучит фраза. Как в плохой мелодраме. Но почему-то столь естественно в сложившейся ситуации.
Я не достоин ни единого шанса, но это не означает, что мне он не нужен.
– Тихо, – прерывает меня девушка. У нее снова глаза на мокром месте, а голос становится жалобным.
Я сам себе не верю, но я по глазам читаю, как ей хочется дать мне этот гребаный шанс, эту маленькую надежду, но объективные причины не дают ей этого сделать.
«Насколько же много места в ее сердце для любви. До какой же степени она меня любила, хотя я вообще этого не заслуживаю».
Эгоистично поджигаю этот огонь ее чувств, четко повторяя:
– Я люблю тебя, Сирена. Дай мне шанс, пожалуйста.
– Тихо! Тихо! – почти кричит она. – Ты на меня давишь и этим злишь! У меня сейчас взорвется голова!
Я покорно замолкаю и прикуриваю сигарету, открыв окно, – дождь закончился.
Тишина. Она длится две минуты.
– Так, – наконец говорит Сирена. – Мне нужно время остаться одной. Сейчас ты меня выпустишь, чтобы я даже не видела твое лицо. И не слышала всяких там слов. Я отойду и посижу на скамейке через дорогу – без тебя. Если через пятнадцать минут я вернусь – мы продолжим наш разговор, но это не значит, что я даю тебе шанс. Если не вернусь – значит, я поняла, что не хочу больше ничего слушать от тебя, и ты меня оставляешь в покое. Навсегда.
Ни слова не говоря, я отключаю блокировку двери.
Никакого давления.
Сейчас ей решать, есть ли у нас хоть маленький шанс или нет. Если окажется, что он имеется, я переверну мир ради нее. Я не только не позволю ей еще раз падать вниз, я стану ее личной страховкой на все случаи жизни.
Если нет – я пойму, что это справедливо, и реально отвяжусь от Сирены. Не разлюблю, но, как она и попросила, оставлю в покое. И мы максимум в следующий раз встретимся на суде Макса Колди – что случится непременно.
С какими-то путаными молитвами, которые я никогда не знал наизусть, я наблюдаю, как Солнечный Свет направляется к пышным кустам, а затем шагает к проезжей части, чтобы перейти дорогу. Скамейка, куда она хочет сесть, отсюда мне не видна, слишком большое расстояние, слишком темно, много деревьев с раскидистыми кронами.
Я снова тянусь к сигаретам и начинаю отсчет.
На пятой сигарете меня уже тошнит, но я поджигаю шестую – спустя пятнадцать минут.
А потом курю еще и еще – как невменяемый.
Я выжидаю даже час, задыхаясь от дыма в салоне.
Только потом завожу мотор и направляюсь домой.
Все понятно.
Никаких шансов. Я должен оставить Солнечный Свет в покое. Навсегда.
Глава 28
Кей
Год назад
Все как-то пошло не по плану изначально.
Хотя план и так был откровенно дерьмо, да еще и меняется постоянно на ходу, причем не в лучшую сторону.
Началось с того, что Дасти написал в чат, мол, он приболел и не пойдет на выпускной, хотя мы хотели всей компанией потусить напоследок. Ладно, тут я смирился, хоть и со скрипом.
Вместо двух встреч напоследок перед отъездом остается только одна – так себе расклад, с учетом того, что мы прощаемся навсегда, а я совсем бы этого не хотел.
В итоге я немного успокоился – благодаря Солнечному Свету.
Я не замечал, как развлекаются на вечеринке, не видел ничего и никого вокруг, поглощенный только этой красивой девушкой в сексуальном золотом платье. Сирена казалась самим воплощением солнца и сияла, поэтому ничто иное уже не попадало в мое поле зрения.
Да и не нужны мне были другие.
На своих так называемых друзей
