опрокинул крышечку на траву.
– Ой! – воскликнул зверёк, виновато поглядев сначала на разлившийся чай, а затем на друга. – Чебурахнулся!
Гена набрал в лёгкие побольше воздуха и шумно выдохнул. Потом поднял крышечку термоса, налил в неё свежую, горячую порцию напитка и отдал Чебурашке:
– На, пей свой чай!
В надежде хотя бы теперь спокойно почитать, мужчина раскрыл газету в четвёртый раз.
– А я знаю плохое слово, – загадочно заявил Чебурашка.
– Какое? – насторожился садовник, забыв про статью.
– Не скажу, – заупрямился зверёк. – Ты будешь ругаться.
– Нет, уж, голубчик. Иди-ка сюда, – подозвал Гена Чебурашку. – Иди- иди, – поторопил он замешкавшегося зверька.
Чебурашка опустил голову, уши и нехотя приблизился к другу.
– Говори! – скомандовал Гена.
Но зверёк лишь плотнее сомкнул губы.
– Говори-говори, – настойчиво повторил садовник.
Чебурашка с волнением выдохнул и сказал:
– Пень.
– Пень? – не поверил своим ушам Гена и вдруг расплылся в улыбке. – Да нормальное слово «пень».
– Тогда ты – старый пень, – просиял Чебурашка.
Садовник нахмурился и даже снял очки.
– Что ты сказал?!
Уши Чебурашки опустились к плечам, а глаза от испуга округлились.
– Это не я, это Валера! И он сказал, что ты будешь ругаться. И ты ругаешься. Получается, Валера – умный, – заключил зверёк.
Гена разозлился не на шутку.
– Валера... хм! Не... не умный! – Садовник едва сдержался, чтобы тоже не сказать какое-нибудь обидное слово. – Нельзя человека называть «старый пень»!
– А кого можно? – Брови Чебурашки вопросительно взмыли вверх.
– Старый пень в лесу можно! – всплеснул руками садовник. – Валеру можно! А человека нельзя!
– А что будем делать дальше? – беззаботно спросил Чебурашка. Словно Гена и не ругался всего мгновение назад.
– Будем играть в игру, – буркнул садовник.
– Ура! Давай! – захлопал в ладоши зверёк. – А как называется?
– Молчанка, – пояснил Гена и улыбнулся с хитрым прищуром.
– А это как? – растерялся Чебурашка.
– Кто дольше промолчит, тот и победил. Понял?
– Ага.
Зверьку пришлись по душе правила незнакомой игры.
– Всё! Молчок! – скомандовал садовник, нацепил очки на нос и снова уткнулся в газету.
Чебурашка очень хотел выиграть. Он поджал губы и замолчал. Буквально на несколько секунд.
– Эх... проиграл. – Зверёк признал своё поражение, чем окончательно вывел Гену из себя. – А дальше что?
– Дальше? – Садовник отшвырнул газету в сторону. – Дальше-дальше... А! Ты же любишь рисовать?
– Да-да, – закивал Чебурашка.
– Вот, давай. Давай ты сядешь и порисуешь.
– А что рисовать? – не унимался зверёк.
– Ну меня нарисуй. Меня. Таню. Толика, – принялся перечислять Гена. – Гришу. Валеру. Всех, всех, всех, всех, всех, всех своих друзей! Старый пень в лесу нарисуй. Всё рисуй.
Чебурашка серьёзно задумался над такой необъятной задачей.
– Всех-всех-всех? – переспросил он на всякий случай.
– Всех, – подтвердил Гена и добавил: – Только рисуй хорошо. Старайся. Не спеши.
После этих слов садовник достал из рюкзака приготовленные заранее альбом и фломастеры и вручил их Чебурашке. Сам он плюхнулся обратно в кресло и удовлетворённо развернул так и непрочитанную газету.
– Готово! – объявил Чебурашка уже через минуту.
Если бы садовники умели летать, то Гена непременно подлетел бы к самому небу от неожиданности. Он стукнул газетой по коленям и озадаченно посмотрел на альбомный лист в лапках Чебурашки. Точнее, на небольшой бублик, выведенный зелёным фломастером в центре листка.
– Это что?! – возмутился Гена.
– Планета Земля, – принялся объяснять Чебурашка. – А на ней ты, Валера, Гриша, Таня, Соня... И все, все, все, все, все.
Садовник с расстроенным видом встал с кресла.
– Да-да-да. Я всех вижу. И Валеру. И Таню. Всех вижу...
Он смял газету, сделал несколько шагов в сторону и повернулся к Чебурашке.
– А послушай-ка, дружочек. Хочешь, я загадаю тебе загадку? Только сразу не отвечай. Думай долго.
– Это я умею, – заинтересовался Чебурашка.
Гена спрятал руки в карманы и таинственно проговорил:
– Не лает, не кусает... а в дом не пускает!
– Хм, – задумался Чебурашка. – Собака!
Но ответ оказался неверным. Гена принялся расхаживать из стороны в сторону, заново проговаривая загадку. По частям.
– Не лает...
– Немая собака, – предположил Чебурашка.
– Я сказал: не кусает.
– Беззубая... немая собака, – не сдавался Чебурашка.
– Замок! – возмутился Гена. – Понимаешь? Простой дверной замок.
– А-а-а, – наконец-то разобрался зверёк. – Гена, а отгадай мою загадку.
– Давай! – согласился садовник.
Он уже почти смирился, что почитать в долгожданный выходной у него так и не получится.
– Не лает, не кусает, а в дом не пускает, – повторил точь-в-точь Генину загадку Чебурашка.
– Замок, – уверенно назвал разгадку садовник, но услышал в ответ:
– Нет! Немая беззубая собака.
– Замок, – настойчиво произнёс Гена.
– Собака, – добродушно заупрямился Чебурашка.
Гена опять начал закипать.
– Замок!
– Беззубая немая собака! – Зверёк улыбнулся.
Повисла пауза. Гена тяжело задышал, бросил на Чебурашку сердитый взгляд и как закричал:
– ЗАМОК!
– Но это же моя загадка, – спокойно отозвался Чебурашка.
– Но это же замок! Дверной замок! – замахал крышечкой от термоса садовник.
От таких движений чай пролился на Гену, траву и краешек пледа.
– Простой! Навесной! Врезной! Дверной! Железный! Замок! Зам...
С каждым новым восклицанием друга Чебурашка всё сильнее вжимал голову в плечи и, наверное, совсем бы загрустил, если бы не бабочка. Большая и белая. Совсем как та, что повстречалась друзьям на аллее. Бабочка села на кончик носа рычащего, рассерженного и топающего садовника, и он... успокоился!
Гена лишь громко хмыкнул, а затем взял себя и лежащую на траве газету в руки и присел на плед. В голову садовнику пришла необычная идея.
– Чебурашка, иди сюда, – вкрадчиво начал Гена. – Послушай, ты же любишь считать.
– Да-да, – оживился зверёк.
– Вот! Я хочу дать тебе очень ответственное задание.
– Ура! – воодушевился Чебурашка. – А какое?
Садовник поправил лежащую рядышком газету и важно проговорил:
– Иди и пересчитай в парке все деревья.
– Все-все? – поразился Чебурашка, приоткрыв рот.
– Все-все, – ответил Гена. – Все дубы. Все пальмы. Все кипарисы.
– Хорошо!
Малыш без промедления приступил
