—
маа-херу.
ВЕЧНОСТЬ КАК РАЙ ИЛИ АД
Посмертную судьбу египтянина исследователи нередко толкуют как воздаяние за грехи или награду за следование божественному закону Маат. Отсюда в описаниях древнеегипетской религии появляются образы рая и ада. Однако такое разделение древнеегипетского иного мира на области блаженства или вечных мук и приравнивание к важнейшим понятиям христианского богословия, конечно, не является исчерпывающим описанием того, чего ждали от загробной жизни египтяне. Скорее, это в некотором роде перемещение языческих представлений на ниву христианской образности.
Стоит, впрочем, отметить, что предпосылки к этому были. Самым светлым и схожим с раем образом были Поля Хотеп и Поля Иалу, где покойный наслаждался изобилием и довольством во всем. Там было много воды, злаков и света — всего того, благодаря чему это место можно назвать «земледельческим раем» древнего египтянина.
После того как суд богов оправдывал покойного, он становился маа-херу («правдивым голосом») и покидал иат Осириса. Теперь, согласно Главам 109 и 110 «Книги Мертвых», он мог отправляться на Поля Хотеп и Поля Иалу.
Поля Иалу, или Поля Тростников, как описывает Глава 109 «Книги Мертвых», окружены стенами из металла. Высота пшеницы на этих полях — пять локтей, а ячменя — семь локтей.
Аху пожинают там урожай рядом с божественными душами Востока. Посреди Полей Иалу на насыпи над гробницей Осириса растут два сикомора из бирюзы — это срединные ворота восточного горизонта. Через них проплывает Ра «с ветром Маат». Здесь и находится выход из Дуата, через который выплывает на восточный горизонт солнечная барка.
Фрагмент рельефа с изображением колосьев ячменя. Новое царство, период Амарны, ок. 1353–1336 гг. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Покойный пребывает на Полях Хотеп, то есть Полях Приношений или Полях Покоя. В египтологической литературе их также называют «елисейскими полями». Они изрезаны водными протоками, в которых нет ни рыбы, ни змей и которые образуют четыре озера. Здесь покойный пирует за столом с подношениями и получает «лепешки и пиво, и быков, и уток, и хлеб, и все чистые вещи, и льняные одежды, и ежедневное курение благовоний, и ежедневные подношения на алтарь, и хлеба всякие, и молоко, и вино, и небесную пищу» (согласно Главе 110 «Книги Мертвых»). Однако, кроме пиршества, покойному нужно вспахать поля на упряжке быков и собрать урожай — пищу для аху, то есть прежде всего для богов, «которые вокруг кари». Судя по нескольким сохранившимся спискам этой главы, принадлежавшим женщинам, им в этих трудах помогал мужчина, вероятно муж[74]. Кстати, именно для выполнения этой сельскохозяйственной работы египтяне запасались таким большим количеством ушебти, которые трудились за своего хозяина. Таким образом, блаженное пребывание на Полях Хотеп даровало усопшему благоденствие и изобилие. Полное удовлетворение и покой сближает этот образ с райской обителью, хотя основа его для египтян была весьма прагматична: сытый желудок и отсутствие тяжелого труда.
Ранние исследователи древнеегипетских заупокойных текстов (Г. Кеес, Г. Шак-Шакенбург, Г. Жекье, Э. У. Бадж) искали образы ада, Гадеса, Шеола в описаниях скитаний покойного по опасным областям Дуата и его встреч с местными обитателями, с их острыми ножами, клыками и когтями. Однако ад как таковой для египтян отсутствовал: обвинительный приговор суда подразумевал полное прекращение существования, исчезновение в пасти Амамат. Но для «врагов бога» различные мучения и страдания активно описываются в «книгах иного мира», особенно в «Книге Ам-Дуат». Например, в верхнем регистре седьмого часа представлены связанные и обезглавленные «враги бога» перед лицом Осириса. В одиннадцатом часе «Книги Ам-Дуат» появляется змея со страшным именем «Та-что-сжигает-миллионы», и здесь же показаны огненные места уничтожения голов и теней, а над ними стоят богини с острыми ножами, изрыгающие огонь.
Начиная со Среднего царства, путеводители по Дуату заполняют упоминания и изображения бойни и котлов, где в мучениях уничтожаются те, кто восстал против Великого бога и стал его врагом. Однако упоминания о наказании врагов есть уже и в «Текстах Пирамид», где с этими супостатами поступали хуже, чем с животными, а их уничтожение путем сжигания или расчленения — универсальный мотив всей заупокойной литературы. Основным врагом, конечно же, является змей Апоп, который выпил всю воду подземного Нила и не позволял солнечной барке плыть дальше, загромоздив своими кольцами все русло. В этот момент и происходит главная битва добра со злом, воплощенном в Апопе. Его расчленение противоположно собиранию тела Осириса, и, кроме того, из разрубленного тела змея выходит вся проглоченная им вода, так что Солнце может плыть дальше по своему пути через иной мир.
«Мифологический папирус» Несамона. Изображения 11-го часа «Книги Ам-Дуат». В нижнем регистре показано наказание «врагов бога». XXI династия, 1076–944 гг. до н. э.
Museo Egizio.Cat. 1780
Все эти ужасы изображаются скорее для острастки: никому и в голову не приходит, что покойный, снабженный всеми необходимыми сведениями в виде папирусных свитков с загробными путеводителями, а также надежными амулетами и заговорами, может попасть в такую неловкую ситуацию. Так, Глава 176 «Книги Мертвых» папируса Ну посвящена тому, как не умереть во второй раз. Покойный заявляет, что он «не попадет в комнату пыток» и не будет «проделано со мной то, к чему боги питают отвращение». А если в «Книге Мертвых» так написано, значит, все закончится хорошо.
ВСТРЕЧА С БЛИЗКИМИ В МИРЕ ИНОМ
Как древний египтянин идентифицировал себя? Это был индивид с именем, данным ему при рождении, и титулами, заслуженными при жизни. Немалую роль в самоаттестации для человека играли его родители, а также родовые предки, имена которых редко назывались, но их наличие и почтительное отношение к ним было безоговорочным. Кроме того, мужчина мог быть главой семьи и отцом многочисленного потомства; женщина могла быть женой, хозяйкой дома и матерью. Все эти родственные связи, которые вбирали в себя также братско-сестринские отношения, а еще отношения с дядями и тетями, племянниками и племянницами, имели не только социальное, но и сильное эмоциональное значение, подразумевая любовь и привязанность к кругу близких по крови людей. Отношения с близкими очень ценились, они предполагали взаимопомощь, поддержку и ощущение единства семьи.
Эти чувства и эти связи стремились сохранить и после ухода из жизни. Смерть не была поводом для их разрыва — наоборот, это событие объединяло семейство в пору похоронных церемоний. Но и сам покойный, хоть и покидал мир живых, не вычеркивался из системы родственных связей, а продолжал идентифицировать себя через них. Когда человек переходил в социальную группу предков, семья была важнейшим показателем его жизненной состоятельности. У него есть те, кто проведет все обряды, оплатит похороны и будет его поминать. И у него есть его продолжение
