о Джокере главную роль снова сыграет Хоакин Феникс. Раньше мы бы автоматически проверили, кто играет Бэтмена в паре с Джокером. Однако сегодня захватывающая пара – это не Джокер и Бэтмен, а Джокер и Харли Квинн. Именно Харли Квинн (сыгранная Леди Гагой), а вовсе не Бэтси, будет вместе с Джокером на главных ролях. Фильм, озаглавленный как «Джокер: Безумие на двоих», что является намеком на психическое расстройство, определяемое как «наличие одних и тех же или сходных бредовых идей у двух человек, тесно связанных друг с другом», дает понять, что и Джокер, и Харли Квинн сумасшедшие, но также и то, что они одинаково, возможно, даже в равной степени важны для повествования. Да, это история Джокера. Но у Джокера не было бы истории без Харли Квинн. Мы надеемся, что Харли Квинн войдет в число самых незабываемых персонажей Готэм-Сити; не как чья-то закадычная подруга, а как настоящая угроза сама по себе.
Глава 22
Стоический пик «Одного плохого дня».
Мэтт Хаммел
В 1988 году Алан Мур воплотил основную философию Джокера в графическом романе «Убийственная шутка»: «Чтобы превратить самого здравого человека на свете в полного психа, нужен всего-навсего один плохой день». Это утверждение требует проверки – и в этом суть «Убийственной шутки»: Джокер проверяет данную гипотезу. Тот же тезис использован в лучших экранизациях: от «Темного рыцаря» (2008), где носитель хаоса принуждает готэмитов «жрать друг друга», до «Джокера» (2019), где Артур Флек скатывается в безумие. Даже удаленная сцена из «Бэтмена» 2022 года показывает, как Джокер жестоко насмехается над Бэтменом, утверждая, что тот находится всего в нескольких шагах от того, чтобы стать таким же наводящим ужас, как Загадочник.
Философия Джокера «Один плохой день» (далее – ОПД) искажает некоторые основные принципы стоицизма. Для стоиков лучше всего жить, сосредоточившись на том, что можно контролировать, и эмоционально отстраняясь от того, что нельзя контролировать, веря, что природа управляется разумом. Но когда Джокер наблюдает, как человек, наряженный в костюм летучей мыши, вершит жестокое правосудие, чтобы поддерживать более высокий рациональный порядок вещей, никогда не проявляя эмоционального срыва, он смеется. Джокер убежден, что он больше приспособлен к истинному рациональному порядку вещей. ОПД дает ему более полную отстраненность и более глубокое понимание того, что влечет за собой рациональный порядок, потому что он знает, что никто не является полностью рациональным, и любой, кто еще не сошел с ума, только обманывает себя. Так что сделайте счастливое лицо и приготовьтесь к «интересным кошмарам». Потому что… скажите: «Это была дверь?»
Тук-тук. Кто там? Это стоики, мэм! Они мертвы!
Стоицизм – это философская школа, зародившаяся в Древней Греции, и многие из самых ранних стоических текстов не сохранились, в том числе тексты Хрисиппа (230 г. до н. э.)[471]. Тем не менее основополагающая стоическая теория Хрисиппа продолжает жить во фрагментах, цитатах и ссылках на более поздних стоиков[472], включая основы стоической логики, которые исследуют «разум, язык или аргументацию – во всех их формах»[473]. Возможно, кажется бессмысленным думать о применении логики ко всем людям, но привлекательность логики стоиков заключается в том, что она применима к любому «утверждаемому» – буквально, «произносимому» – утверждению[474]. «В Готэме дождливо» – это утверждение. Как и «если ты хорош в чем-то, никогда не делай этого бесплатно». Последнее можно было бы считать условным силлогизмом, поскольку фрагменты утверждаемого могут быть разбиты на две составляющие и использованы для формулирования заключения.
ОПД – это специально структурированный условный силлогизм, называемый modus ponendo ponens, или просто «способ, при котором утверждение подтверждает само себя»[475]. Если верна первая часть силлогизма, то верна и вторая. Таким образом, ОПД звучит примерно так: «Если у самого здравого человека на свете будет один плохой день, то этот человек превратится в полного психа». Стоики признавали, что условные силлогизмы раскрывают ряд «недоказуемых» базовых аргументов[476]. Они недоказуемы, потому что, как и основы математики, самоочевидны. Нет необходимости ссылаться на что-либо, кроме аргумента, для доказательства его достоверности. Таким образом, структура ОПД подразумевает ряд различных выводов в зависимости от того, какая его часть считается верной. Например, если второе утверждение неверно, то логически первое таковым также не является. Если самый здравый человек не сошел с ума, значит, у него не было ни одного плохого дня. Это называется modus tollendo tollens, «модель, при которой отрицают отрицаемое»[477]. И именно отсюда «недоказуемая» логика ОПД начинает проясняться.
«В мире, настолько болном, как наш с вами, отреагировать как-то иначе может только полный псих!»
ОПД, представленный в логике стоиков, является гипотетическим. Это структурно обоснованный аргумент; но чтобы доказать, что это обоснованный аргумент, его утверждения и вывод, сделанный на их основе, также должны быть истинными. Такой подход стоиков к истине немного странный. Для них утверждение – это не то, что может привести к тому, что что-то произойдет[478]. Это просто слова. Но впечатление, или то, как интерпретируется значение слов, воздействует на людей, заставляя их действовать и может что-то вызвать[479]. И вот тут-то все переходит от стоической логики к стоической этике. Основное внимание, говорят стоики, должно быть сосредоточено на том, является ли впечатление, управляющее действием, истинным или ложным. Джокер, похоже, осознает этот момент и очень хочет резко доказать свою теорию ОПД на этом основании.
Джокер применяет ОПД в качестве тезиса к самому здравому человеку, которого он знает, – к комиссару Гордону. Очень похоже на социальные эксперименты Джокера в «Темном рыцаре», его цель – устроить Гордону один плохой день. Джокер стреляет в дочь Гордона Барбару у него на глазах, парализуя ее. Затем он похищает и пытает комиссара, а после отправляет его в комнату смеха, где развесил фотографии Барбары. Когда комиссар выходит из комнаты смеха, Джокер замечает, ошеломленный и потерявший дар речи комиссар стал таким только из-за «хорошей дозы реальности». По его мнению, самый здравый человек на свете пережил один плохой день и впал в кататоническое помешательство. Теория доказана.
Но это не так. Всего через несколько секунд появляется Бэтмен. Он освобождает Гордона, и хотя поначалу казалось, что Джокер доказал свою точку зрения, когда Гордон вопил в агонии, Бэтмен остался, чтобы утешить его, даже предложив подождать с преследованием Джокера, пока не прибудут другие офицеры. Однако почти сразу Гордон приходит в себя настолько, что требует, чтобы Бэтмен поймал Джокера «по правилам».
