кого привели ко мне? Что это за специалист? Что он делает с моим Мишей?
— Мамочка, — услышал я вновь голос ребёнка,- мамочка, я хочу есть и пить!
С огромным трудом я повернулся к Софье Абрамовне, с трудом сфокусировал зрение ( перед моими глазами всё плыло, я еле — еле различал испуганное лицо Лернер, а вместо стоящей позади неё Варвары, видел вообще какое-то размытое пятно) и с трудом прошептал:
— На сегодня всё.
* * *
Кое как, что называется нога за ногу, я вышел из комнаты и добрёл до кухни. Там я без сил рухнул на стул и замер привалившись к стене. В моих ушах грохотали удары сердца, перед глазами всё так же плыло, к горлу время от времени подкатывала тошнота. До меня доносился какой -то то ли гул, то ли треск, я прислушался к нему и мало по малу стал улавливать знакомый голос. Это был голос Варвары. Она о чём то, то ли спрашивала меня, то ли, что -то говорила мне. Я ещё раз прислушался и наконец уловил:
— Андрей, Андрюша, что с тобой?
— Пить, — прохрипел я,- дайте мне пить.
Почти сразу я ощутил в своей руке холодный стакан. Я хотел поднести его к своим губам, но на половине пути, мои пальцы разжались и стакан выпал из моих рук. Когда я услышал грохот с каким он ударился об пол, то мною на мгновение овладел приступ паники. Мне вдруг показалось, что я так и останусь здесь без капли воды, обречённый на мучительную смерть от жажды.
Но моим самым страшным опасениям не суждено было сбыться. На своих губах я почувствовал края нового стакана, и вслед за этим услышал голос Варвары:
— Андрюша, запрокинь голову!
Я немедленно сделал это и почти сразу в мою пересохшую глотку полился поток живительной влаги.
Выпив один стакан, я прислушался к себе и сказал:
— Ещё!
Всё повторилось с начала.
Наконец мне стало вроде бы получше. Мне, наконец, удалось сфокусировать своё зрение, и я совершенно чётко увидел близко от себя встревоженное лицо Варвары, которая наклонилась близко ко мне. Где — то на периферии как тень, туда и сюда мелькала фигура Софьи Абрамовны.
— Коньяк есть? — спросил я Варвару.
— Какой коньяк?
— Обычный. Сто грамм и я в полном порядке.
Рука Варвары коснулась моего запястья и я услышал, как она воскликнула:
— Боже! Какой у тебя пульс!
— Вот по этому мне и нужен коньяк,- упрямо заявил я.
* * *
Наконец — то мне стало полегче. Главное я перестал ощущать мучительные приступы тошноты из-за которых я опасался, что не сумею удержать внутри себя содержимое своего желудка. Перестала суетится и Софья Абрамовна ( видимо она накормила своего сына). Я всё так же привалившись к стене сидел на стуле, посредине кухни стояла потупив свой взор Варвара.
Софья Абрамовна пребывала возле двери, она пристально ( и как мне показалось весьма сурово) смотрела на Варвару.
— Варвара, как это следует понимать? Вы, что привели в мой дом экстрасенса? Вы, что с ума сошли?
— Но Миша же очнулся,- начала было Варвара.
— Вы не ответили на мой вопрос!
— Да. Андрей может то, что пока не может наша традиционная медицина. Вы слышали про случай Бируты Озолс?
— Нет не слышала. А кто это такая?
— У неё была диагностирована меланома в третьей стадии. Диагностирована лично Осиповым. И данные гистологии подтвердили его диагноз. Так вот Андрей…
— Ладно милые женщины,- нахально влез в разговор я,- вы тут пока ведите свои научные прения, я пожалуй загляну ещё к Мише.
Я молодцевато поднялся со стула ( чёрт, только бы коленки не подогнулись!) и таким же молодцеватым шагом вышел из кухни.
* * *
Миша лежал с открытыми глазами. Я сел на стул и наклонившись к нему спросил:
— Ты, как себя чувствуешь? Голова болит?
— Немножко,- ответил мне ребёнок.
Я сейчас сделаю так, что голова у тебя не будет болеть. Ты заснёшь и спокойно проспишь до завтрашнего утра. Понял меня?
— Ты кто? Врач?
— Что- то вроде врача.
— Я умру?
— Думаю, что нет. Но придётся серьёзно полечится.
— У меня мама врач, но последнее время она всё время плачет. А как тебя зовут?
— Андрей.
Миша тяжело вздохнул. Я положил свою руку ему на голову, закрыл глаза и досчитал до десяти. Когда я открыл их, мальчик уже спал.
* * *
Таким же молодцеватым шагом я вернулся на кухню. Усевшись на своё старое место я сказал Лернер:
— Софья Абрамовна, я сделал так, что Миша будет крепко спать до завтрашнего утра. Утром он проснётся, голова болеть у него не будет. Вы его покормите тогда. Хорошо? И ещё у вас нет коньяка или на крайний случай водки? Мне бы сейчас грамм сто для восстановления сил не помешали.
Лернер не говоря мне ни слова полезла в холодильник, достала начатую бутылку конька ( армянский.- отметил я), затем достала из шкафа пузатую рюмку, налила её до краёв и протянула её мне со словами:
— Столько хватит?
— Да. Спасибо,- ответил ей я и взяв рюмку, опрокинул в себя её содержимое.
— Ну, что? Что ты решил? Можно вылечить Мишу? — спросила меня встревоженным голосом Варвара.
— Вылечить в принципе можно любого человека пока он жив. А Миша слава Богу ещё ни при смерти. Так, что поборемся. Но случай потруднее чем с Бирутой. Так,что абсолютных гарантий я дать, увы, не могу!
— Вы, что беретесь вылечить глиобластому?- спросила меня Софья Абрамовна,- но позвольте это же невозможно!
Я пожал плечами.
— На сто процентов я вам результат гарантировать естественно не могу. Но шансы на первый взгляд не плохие. Конечно придётся попотеть. И никаких гарантий от последующего рецидива я тоже дать не могу. Видите ли у меня это первый такой сложный случай. Но я ещё раз повторю. Шансы есть. И мне кажется не плохие.
— Позвольте молодой человек, а кто вы по профессии?
— Я? Строитель.
— Очень хорошо! Строитель который берется лечить неоперабельную опухоль головного мозга! Надеюсь, что мне это послышалось!
Софья Абрамовна, я тоже сначала не верила Андрею, но факты!
— Какие факты! Варвара какие факты? Я не узнаю вас! Вы же были моей лучшей студенткой! Вы же прирождённый учёный! Как
