Я ответила — С момента нашей свадьбы.
Свекровь посидела с закрытыми глазами и резко открыла их и поднялась — А ты уверена, что справишься с обучением в академии генштаба? Я слышала, что были случаи, что от огромного количества знаний, которые впихивают в головы профессора академии, некоторые не выдерживали и сходили с ума.
— У меня отличная память! Благодаря специальным упражнениям я ее укрепляю и развиваю. Помогите, мама!
Впервые назвав свекровь мамой, я рассчитывала на ответную благодарную реакцию. Свекровь хмыкнула и кивнула — Если ты права, я целиком на твоей стороне. Объясню сыну, что обучение военной науке его жены в случае успеха прибавит ему лично и всей фамилии Романовых авторитета.
Я прошла в спортзале вдоль строя инструкторов, которых подобрали мне среди казаков-пластунов. К этому времени я с успехом выполняла приемы айкидо, научив свое тело правильно двигаться, хотя до совершенства было ой как далеко — мне нужно было как минимум год, чтобы приблизиться хотя бы к десятой части той формы, которой я обладала в прежней жизни.
— Ну что, казаки! Покажите что умеете! Разбейтесь на пары, победители будут бороться с победителями пока не выявится один сильнейший борец. Он и будет старшим инструктором.
Как только выявился победитель, я вышла на маты — Как твое имя, казак? И сколько тебе лет?
— Подхорунжий Иван Бабич, мне сорок три года, ваше Величество! Я из потомственных пластунов. — коренастый невысокий казак был жилистым и имел длинные руки.
Я кивнула — Быть тебе, Иван Бабич, старшим инструктором. И хорунжим. А теперь попробуй одолеть меня, хорунжий. Только имей в виду — это будет сделать непросто, я непростой противник. И не смотри на то, что я женщина и твоя императрица. Если будешь поддаваться, то отправишься опять в свою часть. Начинай!
Казак растерянно оглянулся на остальных казаков, а затем на императора, вместе с матерью стоявшего в стороне и, приняв решение, двинулся на меня, попытавшись схватить за левую руку. Я выполнила Сихо-нагэ — универсальное освобождение от захвата разноименной рукой (правой за левую). Наложив кисть правой руки на пальцы противника, скользящим движением я прокрутилась по часовой стрелке под рукой казака, освобождая с перехватом своё запястье. Затем нажатием одновременно в локтевом и лучезапястном суставе повалила противника на спину. На матах для удержания использовала только сгиб в запястье.
Казаки удивленно крякнули и озадаченно переглянулись. Казак встал и я его подначила — Что то для потомственного пластуна ты, хорунжий, слабовато борешься!
Казак попытался провести мне подсечку, я же бросила его на спину обычной передней подножкой. Затем подмигнула казакам — Надеюсь никто из вас не будет против обучения рукопашному бою вашей императрицей?
Выпученные глаза казаков и моего мужа меня позабавили, а вот лицо свекрови было задумчивым и изучающим.
Глава 5
В Николаевскую академию Генштаба могли поступать офицеры не моложе 18 лет и в чинах не старше капитана армии и штабс-капитана гвардии, артиллерии и сапёров. Служащие вне Петербурга сначала держали предварительный экзамен при корпусных штабах. В самой академии офицеры, желающие поступить в теоретический класс, должны были выдержать вступительный экзамен, а для желающих поступить напрямую в практический класс — и вступительный, и переходной. Офицер, желающий выпуститься экстерном, должен был помимо двух предыдущих экзаменов сдать ещё и выпускной.
Основной курс был разделён на два годичных класса (младший и старший) и состоял из теоретических и практических занятий. Главные предметы: тактика, стратегия, военная администрация, военная история, военная статистика, геодезия. Вспомогательные предметы: русский язык, сведения по части артиллерийской и инженерной, политическая история, иностранные языки. Изучение, как минимум, одного из иностранных языков было обязательным, два других языка можно было изучать по желанию. С 1869 года для совершенствования практических навыков будущих генштабистов был учреждён дополнительный курс, который длился шесть месяцев. На дополнительном курсе слушатели самостоятельно разрабатывали три темы: по военной истории, по военному искусству и по стратегии.
Оценки за сдачу предметов выставлялись по двенадцатибалльной шкале: отлично — 12 баллов, весьма хорошо — 10–11 баллов, хорошо — 8–9 баллов, удовлетворительно — 6–7 баллов, посредственно — 4–5 баллов, слабо — 1–3 балла. Менее трудны были экзамены для тех офицеров, кто ранее овладел военно-техническими специальностями — артиллеристов, инженеров, либо обучался в гражданских учебных заведениях технического профиля. За академической неуспеваемостью следовало отчисление, шансов на пересдачу экзаменов практически не предоставлялось, случаи сдачи выпускных экзаменов Академии Генштаба экстерном были крайне редкими, единичными.
Окончившие по 1-му разряду получали следующий чин, по 2-му — выпускались тем же чином, по 3-му — возвращались в свои части и в Генеральный штаб не переводились. Право быть причисленными к Генеральному штабу получали не все — это было доступно только окончившим академию по первому разряду и прослушавшим дополнительный курс. Такие студенты по итогам обучения имели среднюю оценку по всем предметам не ниже 10 баллов, причем не все офицеры, причисленные к Генеральному штабу, служили непосредственно в этом органе — их служба шла в тех формированиях, куда они были откомандированы после окончания академии.
Так как с 1878 года Россия не вела никаких военных действий (кроме локального Китайского похода), то поэтому чинопроизводство в военных частях было крайне медленным, по старшинству. Николаевская Академия предоставляла возможность ускорить чинопроизводство, сделать перспективную военную карьеру, причем при штабе. Генштабисты получали чин капитана на 10–12 году службы, тогда как офицеры армейской пехоты — на 12–18 году. Подполковником генштабист мог стать на 13-м году службы, а пехотный офицер — лишь на 20-м году. Полковниками генштабисты становились на 18−20-м году службы, тогда как большинство армейцев этого чина вообще не достигали, уходили в отставку раньше. Поэтому генштабисты занимали в российской армии большинство командных постов. Несмотря на то, что количество офицеров Генштаба в армии составляло не более 2 % от численности всего офицерского корпуса, они занимали 62 % командных постов.
Слухи о поступлении императрицы в академию распространились по столице со скоростью ветра. Дяди Николая, великие князья Владимир Александрович (командующий войсками императорской лейб-гвардии и Петербургским военным округом) и Николай Николаевич Младший (генерал-инспектором кавалерии), явились к нему за объяснениями. Я стояла в будуаре у дверей кабинета мужа и слушала весь разговор.
Я знала, что Николай испытывает перед Владимиром Александровичем чувство исключительной робости, граничащей с боязнью.
Дядя об этом прекрасно знал и пытался сейчас этим воспользоваться — Николай! Что за блажь пришла в голову твоей жене? Не женское дело изучать тактику и стратегию! Война не должна касаться женщин ни каким боком! Они должны рожать и воспитывать детей. А охранять и защищать могут разве что семейный очаг.
Николай Николаевич поддакивал — Действительно! Над нами будут смеяться все дворы Европы! Полковник в юбке! Мало того, что твоя супруга стала шефом полка, так ей захотелось поиграть в военного министра? Кстати, как к этому отнесся Ванновский?
Николай развел руками — Он поддержал Аликс и считает, что обучение в академии пойдет на пользу не только ей, но и всей нашей семье — поднимет авторитет. Разбирающаяся в военной науке императрица сможет стать мне помощником в управлении страной. Сам я к сожалению больше чем полком командовать не смогу — нет у меня такого образования.
— Так возьми и сам поступи в академию, нечего твоей жене там делать. А еще этот дурацкий запрет ношения бороды.
