Толстяк сплюнул. – Если задержимся, наши головы на Вратах Сайлы повесят! Это последний караван. После этого продавать будем только в кузни, усекли?
Тарену стало интересно, но нужно было сосредоточиться на рабах внизу. Если убить Орфада слишком рано, охрана переполошится и люди окажутся в опасности.
«Сконцентрируйся на главном», – четко произнес в голове голос его наставника, Салима Аль-Анана. Обжигающая ненависть к работорговцам помогала сосредоточить разум и чувства. Наносить удар по правящим семьям необходимо с умом: империю не разрушить, ведя людей на убой и слепо кидаясь с мечом на каждого работорговца, как бы Тарену этого ни хотелось. Он должен был унизить господ в глазах народа, дать рабам надежду на лучшую жизнь. Но больше всего он хотел, чтобы все мучители почувствовали тот же страх, в котором жили его родители. В котором жил каждый невольник.
Рабы обнаружились на первом этаже: две клетки на здоровенной телеге были под завязку набиты мужчинами, женщинами и детьми. Факелы на стенах освещали стражников, ходящих туда-сюда и якобы ревностно несущих службу. Все они выглядели как сонные мухи: слишком много времени прошло с последнего нападения сов, работорговцы совсем забыли, как больно кусаются клинки Белого филина, как метко он их бросает.
Тарен не торопясь выбрал тех, кого планировал оставить в живых. Эти трусы должны были сбежать, разнести эту историю по городу, чтобы она достигла ушей всех работорговцев.
Он остановился на середине балки, подобрал плащ, мимоходом заметив, что тот пообтрепался и кое-где продырявился. Нужно снова попросить Мать Мадаки его зашить.
На мгновение в памяти ожили подростковые годы: как наставник Салим брал с собой на вылазки. Он был одним из личных телохранителей императора, входил в число лучших воинов Иллиана. Он показывал юному Тарену, как снять сразу несколько целей одним плавным движением. Весь секрет был в скорости. Перед атакой Салим тщательно планировал каждый шаг и Тарена этому научил.
Кинжал бесшумно выскользнул из ножен на пояснице. Тарен крутанул его, убеждаясь, что баланс идеален, и замер, выжидая подходящий момент. Вот он сделал глубокий вдох… и на выдохе бросил клинок.
Не став ждать, пока кинжал долетит до цели, Тарен закинул крюк на балку и, раскачавшись на веревке, одновременно с лезвием, вонзившимся в голову проходящего внизу, врезался в охранника на втором этаже. Белый филин ударил его в грудь одним из своих многочисленных клинков, прежде чем развернуться на месте и метнуть оружие в охранника, стоявшего на противоположной стороне. Попал прямиком в глаз.
Пять секунд, трое мертвы.
Останавливаться Тарен не собирался: он перепрыгнул через перила и приземлился на клетку еще до того, как брошенный кинжал вошел в глазницу. Подобно зверям и птицам, пытающимся казаться больше, чтобы напугать врага, Белый филин в прыжке распахнул плащ словно крылья, застилая свет. Как он и думал, один из работорговцев, закричав от ужаса, бросился к двери, второй же решил снискать себе славу. Тарен уклонялся от его ударов, выжидая, пока тот откроется. Уворачиваться было несложно – слишком уж широко он размахивался, а перехватить его руку и сломать – еще проще. Быстрый удар кулаком в лицо – и работорговец вылетел из дверей, зажимая сломанный нос здоровой рукой.
Сверху послышались крики о помощи и быстрый топот. Тарен переступил через убитого стражника, нагнувшись, чтобы вытащить кинжал из его лба, и огляделся в поисках следующей жертвы.
Рабы заволновались в клетках, крича, протягивая руки между прутьями решеток, умоляя выпустить. Тарен и рад был стараться. Выхватив один из двух коротких мечей, всегда висевших у него на спине рукоятями вниз, он как следует размахнулся и снес массивные замки.
Рабы толпой хлынули наружу.
– Туда! – крикнул Тарен, указывая в сторону нужного выхода. Он знал, что за дверями ждут трое его людей в таких же совиных масках. – Следуйте за совами!
С лестницы сбежали двое охранников, один с мечом, второй с булавой. Тарен вытащил из ножен на бедрах два кинжала и замер в стойке. Мечник выглядел новичком: ни татуировок, ни шрамов, ни понимания, что с ним сейчас будет. Первым клинком Тарен отбил его меч, второй занес горизонтально и рванул вперед. Мгновение – и вот он уже стоит между охранником с булавой и мечником с перерезанным горлом.
Охранник, высоко подняв оружие, бросился на него, выражение его лица отражало смесь ужаса с гневом. Наплевать. Тарен бросил в него кинжал, и противник упал как подкошенный. Перехватив булаву на лету, Белый филин метнул ее в следующего охранника, бегущего по лестнице. Тяжелое оружие с хрустом раздробило тому колено, и он кубарем покатился по ступеням. Тарен упал на него как хищная птица, вонзил нож в сердце и, отпрыгнув, бросил тот же нож в охранника, стоявшего наверху. Тот пошатнулся и тоже сполз по ступенькам, мертвый.
Тарен хотел было взбежать наверх, убить тех, кто не спрятался, но крики во второй клетке его остановили. Он вновь достал меч и разрубил замок надвое. Переполненные благодарности рабы хлынули к нему, пытаясь дотронуться до своего героя, – и зря: Тарен слишком поздно заметил стрелу. Она свистнула мимо, едва задев его капюшон, и вонзилась в грудь старика.
Белый филин сосредоточился и услышал среди гама, как тренькнула тетива, еще раз и еще. Он увернулся и взмахнул плащом, сбивая лучника с толку. Следующая стрела прошила ткань. Ответом ей стал тяжелый метательный нож, попавший прямо в голову стрелка.
– Бегите! – крикнул Тарен рабам, заметив, что следующий лучник уже прицелился.
– Долго ты еще будешь портить мою собственность?! – заорал Орфад, высунувшись из-за перил верхнего этажа. – Кто принесет мне голову этого ублюдка, может хоть поселиться в моем борделе!
Охранники приняли вызов – вновь загрохотали наверху шаги. Тарен, пользуясь своей молодостью и гибкостью, запрыгнул на телегу, протиснувшись между двух клеток. Стрела вонзилась в дерево там, где только что была его нога, – он пробежал по телеге и запрыгнул на второй этаж, рубанув подбежавшего охранника по коленям. Не давая ему подняться, он запрокинул голову и изо всех сил ударил противника в лицо совиной маской, сломав ему нос. Охранник обмяк, потеряв сознание. Да уж, ему будет что рассказать, когда очнется!
Новая стрела свистнула в воздухе и вошла в деревянную балку рядом с рукой Тарена. Он ринулся к лестнице и бросил мешочек порошка Тало через пролет прямиком в факел, висящий за спиной у лучника. Мешочек взорвался, ослепительно вспыхнув. Шлем Белого филина приглушил звук, а вот ослепший лучник, уронив оружие, скрючился на полу, зажимая истекающие кровью уши.
Тарен оббежал склад, не забыв ни одного этажа, ни одной
