— сказал Гиперион.
Он направил душу Гроззака к кристаллу, и призрачная фигура была буквально втянута внутрь. Кристалл вспыхнул ярким светом, затем потемнел. Теперь в его глубине метался крошечный силуэт — душа работорговца, заключённая в тюрьму из его собственной крови.
— Один, — подсчитал химера и переместился к следующему трупу.
Процесс повторился семнадцать раз. Каждого орка Гиперион поднимал в воздух и сбрасывал, затем извлекал душу и заключал её в кристалл из его же крови. К концу работы у него была целая коллекция кровавых камней, каждый с заточённой внутри душой.
— Впечатляющая коллекция, — заметила Ольфария, разглядывая кристаллы. — И ты действительно думаешь, что они могут пригодиться?
— В нашем мире существовали демонические корпорации, торгующие душами, — объяснил Гиперион, аккуратно упаковывая кристаллы в бархатные мешочки. — «Инферно энд партнёрс», «Душевные инвестиции», «Ад-банк». Они принимали души в качестве валюты для самых разных сделок.
— И что можно было на них купить?
— Всё что угодно. Магические артефакты, запрещённые заклинания, проходы между мирами. Даже билеты домой для тех, кто застрял в чужих измерениях.
Ольфария призадумалась. Действительно, если в этом мире действовали похожие принципы, то восемнадцать душ работорговцев могли стоить немало.
— А как понять, есть ли здесь такие корпорации?
— По косвенным признакам, — ответил Гиперион, пряча последний кристалл. — Необъяснимо богатые торговцы, которые покупают и продают «экзотические товары». Лавочки с туманными названиями типа «Редкие возможности» или «Особые услуги». Слухи о сделках, которые обычные люди не могут понять.
— И если такие найдутся?
— Тогда у нас будет валюта для покупки действительно важных вещей. Например, способа вернуться в наш мир. Или получения информации о том, как попасть в другие миры.
Гиперион закончил уборку и оглянулся на поляну. Восемнадцать трупов орков лежали среди серебристых деревьев, но их души были надёжно заперты в кристаллах из собственной крови.
— Справедливость восторжествовала, — констатировал он. — Работорговцы наказаны, а их души будут служить более благородным целям.
— А тела? — спросила Ольфария.
— Оставим здесь. Серебристые деревья обладают очищающими свойствами — они переработают плоть и кости, превратив их в удобрение для почвы. Из зла получится нечто полезное.
Они вернулись к повозке, где терпеливо ждали гепарды. Животные принюхались к запаху крови, но не выказали беспокойства — чувствовали, что их хозяин не в опасности.
— Куда теперь? — спросила Ольфария, устраиваясь в повозке.
— В королевство Эстикатус Дюмор, — ответил Гиперион, взмахивая поводьями. — Пора познакомиться с этим графом Вальденком. И заодно поискать демонические корпорации.
— А что мы ему скажем?
— Правду. Что его поставщики больше не будут поставлять рабов. И что работорговля в этом регионе прекращается.
— Он согласится?
— У него не будет выбора.
В красных глазах химеры мелькнул холодный огонёк, и Ольфария поняла — граф Вальденк ещё не знает, с кем собирается иметь дело. Но скоро узнает.
Повозка, запряжённая гепардами, покатила на север, к неизвестному королевству. А в багаже лежало восемнадцать кристаллов с заточёнными душами работорговцев — странная, но потенциально ценная валюта для торговли с демоническими корпорациями.
Если такие в этом мире существовали.
На второй день пути характер местности резко изменился. Дикие степи и холмы остались позади, уступив место окультуренному ландшафту. Появились дороги — не звериные тропы, а настоящие мощёные тракты с придорожными столбами и указателями. Вдоль дорог тянулись изгороди, за которыми виднелись ухоженные поля и пастбища.
— Мы входим в цивилизованные земли, — заметила Ольфария, изучая окрестности.
— В земли, построенные на рабском труде, — поправил Гиперион, управляя упряжкой гепардов.
Действительно, чем дальше они продвигались по королевскому тракту, тем больше становилось свидетельств процветания, основанного на принуждении. На полях работали скованные цепями фигуры — эльфы, дварфы, орки, люди. Надсмотрщики на лошадях с кнутами в руках следили за тем, чтобы рабы не прекращали работу.
Гепарды мчались по каменным плитам тракта со скоростью сорок километров в час, и их необычная упряжь привлекала удивлённые взгляды встречных путников. Купеческие караваны, крестьянские телеги, военные патрули — все оборачивались, чтобы посмотреть на диковинную повозку, запряжённую огромными кошками.
— Нас заметили, — констатировала Ольфария. — Наверняка кто-то уже поскакал докладывать графу о странных путешественниках.
— Пусть докладывают, — равнодушно ответил Гиперион. — Рано или поздно мы всё равно встретимся с Вальденком.
К полудню впереди показались очертания большого города. Высокие каменные стены, мощные башни, развевающиеся на ветру знамёна — всё говорило о богатстве и могуществе местного правителя.
— Вальденкград, — прочитала Ольфария надпись на придорожном указателе. — Столица графства. Население сорок тысяч человек.
Но ближе к городу картина становилась всё более удручающей. По обочинам дороги тянулись длинные колонны закованных в кандалы рабов. Их гнали к городу надсмотрщики в кожаных доспехах, покрикивая и размахивая кнутами.
— Новая партия товара, — с отвращением прокомментировала Ольфария.
Один из надсмотрщиков — грузный человек с жестоким лицом — заметил их повозку и подъехал ближе.
— Эй, путники! — крикнул он. — Откуда такие звери? Не продаются?
— Не продаются, — коротко ответил Гиперион.
— Жаль, — разочарованно протянул надсмотрщик. — Граф Вальденк хорошо платит за экзотических животных. Особенно для арены.
— Арены?
— Да, гладиаторские бои. Любимое развлечение его светлости. Рабы сражаются с дикими зверями на потеху публике.
Ольфария почувствовала, как в груди поднимается холодная ярость. Мало того что этот граф торговал людьми — он ещё и устраивал из их смерти зрелище.
— Понятно, — сказал Гиперион тоном, от которого у надсмотрщика по спине пробежали мурашки.
Человек поспешно отъехал прочь, подгоняя свою партию рабов.
Городские ворота были украшены гербом графа Вальденка — чёрный волк на кроваво-красном поле, держащий в зубах разорванную цепь. Символично, подумала Ольфария. Хищник, который рвёт цепи чужой свободы.
Стража у ворот была многочисленной и хорошо вооружённой. Солдаты в стальных доспехах с алебардами и мечами внимательно осматривали всех входящих в город. Но когда они увидели упряжку гепардов, то просто расступились, не решаясь задерживать столь необычных путешественников.
Внутри городских стен картина была ещё более поразительной. Вальденкград действительно процветал, но это процветание покоилось на костях невольников. Повсюду работали рабы —
