прям?
– Да.
– Ну, тогда познакомимся. – Гном сунул большие пальцы за ремни кирасы на груди. – Я Доран, сын Дорейна из клана Сталебрюхов. К вашим услугам!
Натаниэль не мог перестать пялиться. Дварфы, жившие в Денахейме, отделенном от остального Иллиана горными хребтами Венгоры, редко появлялись на юге. Фэйлен к этому знакомству отнеслась философски, как к еще одной трудности похода, а вот Рейна так и засияла – она обожала все новое.
– Потом познакомитесь. – Расселл открыл дверь за стойкой и быстро затолкал в проход всех, включая гнома. Тот напоследок успел выхватить у подавальщицы поднос с кружками.
– Благодарствую, девуля!
Эшер бросил на товарищей ободряющий взгляд, и вся компания спустилась в подвал таверны. Он явно доверял этим людям, и Натаниэлю с Рейной этого было достаточно, но вот Фэйлен не теряла бдительности.
Потайной зальчик в подвале оказался неожиданно уютным. Окон в нем не было, освещали его лишь факелы, свечи и камин у дальней стены. В углу примостилась маленькая барная стойка, окруженная пивными бочками. В другом конце стоял длинный стол, у камина – уютные кресла и коврики. На стенах висело оружие, старое и новое, а еще – головы гоббера, тролля и даже песчанника.
Теперь Натаниэль готов был признать, что «Кирка» – самая странная таверна, какую он когда-либо видел.
На столе, упершись ногой в скамью, какой-то смуглый мужчина наигрывал на лютне-танбуре. Заметив Эшера, он оборвал мелодию. Да и практически все в зале побросали свои занятия. Сидевший у камина пожилой мужчина с густой седой бородой, одетый в потрепанную мантию волшебника, поставил дымящуюся кружку и поднялся. Вместе с ним встала девушка с длинными темными косами. Только варвар, с которым Эшер чуть не столкнулся наверху, сидел за маленьким столиком в углу, не обращая на них внимания. Да еще один посетитель уткнулся лицом в барную стойку, положив голову на сложенные руки.
– Давно же мы не виделись, старый товарищ… – произнес приятный голос. Темнокожий мужчина с бритой головой стоял, прислонившись к столбу. Его белые усы и бородка приподнялись в улыбке, карие глаза искрились.
– Слишком давно, – согласился Эшер, обнявшись с ним.
– Я что, брежу? – спросил лысый, глядя на Натаниэля и эльфиек.
– Да, да, они со мной, – заявил Эшер, которому явно надоело, что все этому так удивляются.
Его собеседник окинул всю компанию серьезным взглядом и провел их к камину. Расселл закрыл дверь, зачем-то заперев на ключ.
– Эшер… – прошептала Фэйлен, тронув его за локоть.
– Им всем можно доверять, – ответил рейнджер, на мгновение накрыв ее руку своей.
– Истинно так, госпожа, – тепло отозвался бритоголовый. – Мы все рейнджеры, как и ваш друг Эшер.
Эшер сел поближе к огню, Натаниэль устроился рядом с Рейной, которая все глаз не могла отвести от гнома.
– Я Йонус Глэйд, но все зовут меня просто Глэйдом. – Бритоголовый прижал руку к груди и улыбнулся. – Это Хадавад и его новая ученица Атария Данелл, – указал он на бородатого мужчину в поношенной мантии мага и стоявшую рядом молодую женщину.
Увидев, что к ним подходит смуглый, Натаниэль вновь насторожился, но Эшер и его обнял, как старого друга.
– Знакомьтесь: Салим Аль-Анан, – представил Глэйд южанина, как раз отступившего от Эшера.
Салим был строен и гибок, с длинными темными волосами и аккуратно подстриженной бородкой. Полы его черных одежд касались каменных плит, талию обхватывал широкий красный кушак, за который был заткнут белый украшенный кинжал, а снизу висели кожаные мешочки. Наметанным глазом Натаниэль сразу узнал воина – по тому, как Салим держится, как двигается. Правда, откуда он такой взялся, было не понять.
– С Дораном вы уже имели удовольствие познакомиться, – продолжил Глэйд, кивнув в сторону гнома, методично опустошающего поднос с пивом.
– Что это за место? – спросил Натаниэль, заметив на стене голову горгоны с выколотыми глазами.
– «Шахтерская кирка», – улыбнулся Глэйд. – Господин Мэйбери – владелец этого замечательного заведения. Для нас, странников, эта таверна стала домом, а платим мы за постой историями о своих приключениях.
Он указал на потолок.
– Это привлекает посетителей. Правда, думается мне, не наших баек жаждет лирианский люд. – При этих словах все обернулись к Эшеру. – Нет рейнджера, который не был бы обязан Эшеру жизнью.
Стул варвара душераздирающе заскрипел по каменному полу и с шумом грохнулся.
– Так ты и есть тот самый Эшер…
Здоровяк медленно подошел ближе, не отводя напряженный взгляд.
– Бэйл. – В голосе Расселла Мэйбери отчетливо слышалась угроза.
Варвара это не остановило.
Натаниэль покрепче стиснул меч, готовясь к атаке. Он рос на севере, в Лонгдэйле, и встречал много варваров из Железного дола, приходивших туда торговать. Они были не такими дикими и непредсказуемыми, как скитальцы из таинственных Диких чащоб, но частенько показывали себя как жестокие головорезы со своими понятиями о славе и чести.
Акцент у Бэйла был сильный, слова он, в отличие от Глэйда, подбирал простые:
– Я хожу по свету, ищу хорошую схватку. В Железном доле хорошей смертью не помрешь. На юге от спящих гор говорят про рейнджера-аракеша. Великий воин, говорят. Хочу знать правду.
– Правила моего дома ты знаешь. – Мэйбери, до этого скрестивший могучие руки на груди, опустил их.
«Любят же эти варвары поговорить», – подумал Натаниэль. За этот монолог он успел осмотреть и оценить гору мускулов. При всей мощи горло и колени Бэйла оставались уязвимыми, как у всех, да и болевые точки никуда не делись – попасть по ним тренированный рыцарь сможет на раз-два, по такой здоровенной цели, как этот варвар, не промахнуться, главное – бросить нож как следует. На поясе у Натаниэля как раз висела пара ножей…
Он заметил вдруг, что начинает рассуждать как Эшер, и мысль эта его немного повеселила.
До драки не дошло: Глэйд решительно встал между Бэйлом и Мэйбери. Похоже, он в «Кирке» был голосом разума.
– Бэйл, сын Хила из племени Дуболомов, я тебе когда-нибудь лгал? – сказал он негромко, но уверенно.
Варвар подозрительно взглянул на него, но медленно покачал головой.
– Я когда-нибудь преувеличивал?
Он снова помотал головой.
– Тогда слушай меня и верь на слово: если схватишься с Эшером, смерть твоя «хорошей» не будет. Она будет быстрой и неприглядной.
Варвар с сомнением глянул на Глэйда, на Эшера и наконец, фыркнув, вернулся за стол. Натаниэль с облегчением разжал побелевшие пальцы, стиснувшие рукоять меча.
– Вечно веселью мешаешь! – бросил Доран. Глэйд в ответ лишь усмехнулся.
– Лучше поведай нам что-нибудь, Эшер. – Салим облокотился о каминную полку. Хадавад и Атария сели на циновки, скрестив ноги.
– Неплохо бы для начала и гостям представиться, – сказал Хадавад, с интересом разглядывая Рейну и Фэйлен.
Натаниэль понял, какой
