и в подавляющем большинстве случаев они получили именно то, на что рассчитывали. Риск, разумеется, есть, но вы ведь явно не тот человек, кто боится рискнуть ради собственного будущего. Те деньги и кристаллы, которыми вы оплатили мои услуги – наглядное тому подтверждение. Они ведь получены вами не в виде наследства от богатого дядюшки. Вы рискнули и выиграли, а значит, удача была на вашей стороне. Будем надеяться, что и теперь она вас не оставит.
Не могу сказать, что слова доктора меня успокоили. Тем не менее, прежде чем свет перед моими глазами померк, я всё же почувствовал некое облегчение. Наверное, по той причине, что меня окончательно покинули сомнения в верности принятого решения и разумности риска, которому я себя подверг.
***
- Что вам удалось выяснить? – Марк Шпее оторвал взгляд от голограммы, развернутой над столом для совещаний, и перевел взгляд на вошедшего в кабинет главу службы безопасности корпорации.
- Жизни вашего сына ничто не угрожает, - начал с главного Зульяр Мусави, уже более пяти лет возглавлявший СБ «Кебрении» после скандального увольнения и последующего бесследного исчезновения его предшественника. – Наши медики уже взяли процесс лечения Илона под полный контроль. Пока он ещё в медкапсуле, и вывод из состояния искусственной комы ожидается не ранее чем через двое суток. Полученные ранения оказались очень серьезными, однако доктора не сомневаются в возможности полного восстановления всех функций его организма.
- Что с остальными?
- Два наших сотрудника погибли при взрыве на борту вольного поисковика «Бекас». Ещё один скончался позже, уже в больнице на станции «Маунт-16». Вины местных медиков в этом нет – его организм получил слишком тяжелые повреждения. Жизни остальных уже вне опасности, но пока опросить их нет возможности.
- Вам удалось пресечь распространение информации о случившемся?
- В основном – да. О попытке захвата нашими людьми вольного поисковика «Бекас» на данный момент знает весьма ограниченный круг лиц, большинство из которых условно лояльны к корпорации. Майор полиции, проводивший первичное расследование, быстро сообразил, насколько опасная информация попала в его руки, и не стал давать ей официальный ход. Это именно он известил нас о случившемся и передал нашим людям все имевшиеся в его распоряжении материалы, как только наш корабль прибыл на «Маунт-16». Частично в курсе событий ещё трое полицейских – непосредственный начальник майора Хладова и двое его подчиненных. Все они достаточно замотивированы, чтобы сохранять молчание.
- Вам удалось задержать непосредственных виновников гибели наших людей?
- Только одного из троих. Свен Линдберг, старший техник «Бекаса», успел покинуть станцию, но нам удалось перехватить корабль, на котором он пытался скрыться. Мы отправили по гиперсвязи сообщение капитану, взявшему Линдберга на борт по фиктивному контракту. В сообщении содержалось требование сообщить нам координаты последнего выхода из прыжка и дождаться прибытия нашего корвета. Ослушаться он не рискнул. К сожалению, старший техник – наименее ценный из троих выживших членов экипажа «Бекаса». К гибели и ранениям сотрудников корпорации он практически непричастен. Капитан Строгов и навигатор Бронски даже не поставили его в известность о своем плане, лишь предупредив в последний момент, чтобы он надел аварийный скафандр.
- Его причастность не имеет значения. Он важный свидетель.
- Был важным свидетелем, - бесстрастно уточнил Мусави.
Марк Шпее удовлетворенно кивнул и, похоже, мгновенно забыл о раз и навсегда решенной проблеме.
- Что известно об оставшихся двоих? – спросил он, возвращаясь к более актуальным вопросам.
- Навигатор «Бекаса», судя по всему, смог исчезнуть со станции, не оставив следов. Есть, конечно, небольшая вероятность, что он настолько надежно залег на дно в какой-нибудь дыре на нижних уровнях, что ни местная полиция, ни криминал его пока не нашли, несмотря на предложенную нами щедрую награду. Впрочем, для него это тупиковый вариант. Рано или поздно он вылезет из своей норы, и его немедленно сдадут. Поэтому вряд ли Бронски на такое решился, разве что от полной безысходности. Скорее всего, он всё же удрал на одном из кораблей, недавно покинувших «Маунт-16». Их не так уж много, так что шансы его взять у нас есть. Мы над этим работаем.
- А главный виновник случившегося?
- С ним сложнее, - с ноткой досады в голосе ответил Мусави. – Владислав Строгов никуда со станции не исчезал, но достать его прямо сейчас мы не можем. Выйдя из полицейского сектора, он сразу отправился на вербовочный пункт и находится там до сих пор.
- Не самый глупый способ, - задумчиво ответил Марк Шпее. – И контракт он, само собой, собирается заключить напрямую с Метрополией, а не с армией или флотом СКВВ. Деньги у него есть, так что он может выбирать. Кстати, вам удалось заблокировать его счета?
- Мы сделали это сразу, как только нам стали известны подробности дела, но Строгов к этому моменту уже успел использовать все свои безналичные реалы. Он оплатил ими операцию по установке биогенных имплантов.
- Вполне ожидаемо. Что вы планируете предпринять дальше?
- Вербовщики нам Строгова не выдадут, но есть один нюанс. Операции по установке имплантов не всегда проходят успешно. Есть шанс, процентов десять-пятнадцать, что Строгов схватит побочку, и тогда армия Метрополии откажется заключать с ним контракт. В этом случае нам даже не придется ничего предпринимать. Ему выплатят страховку и выкинут с вербовочного пункта. Нам останется только подобрать калеку и закончить то, что не доделали криворукие медики.
- Десять процентов – это не шанс, а фикция, – на лице главы корпорации появилось недовольное выражение. – Если операция пройдет успешно, ближайший корабль Метрополии отвезет его в одну из старых колоний. У нас будет возможность достать его там?
- Это очень дорого и рискованно, - с сомнением в голосе ответил Мусави. – Даже если нам удастся устранить Строгова, последствия могут быть непредсказуемыми. Метрополия очень не любит подобных действий на своих планетах. Возможно, было бы разумнее попробовать с ним договориться и заплатить ему за молчание.
- Договориться? – по-змеиному прошипел Марк Шпее. – Этот человек убил троих офицеров «Кебрении» и чуть не лишил жизни моего младшего сына! У меня слишком много могущественных врагов,
