Капитан поднял глаза вверх, уже зная, что там увидит.
– Да что же здесь произошло?!
Следующие двадцать минут он торопливо пробирался между домами, бежал в тени деревьев и вдоль дорог, прятался и ложился на землю, когда видел впереди какое-то движение. Несколько раз путь ему преграждали отряды бредущих куда-то людей. Приходилось ждать или выбирать пути обхода. Попадаться на глаза раздевающимся флегматикам не хотелось. Было во всей этой ситуации что-то странное.
Еще больше его запутало новое обстоятельство.
Последняя из встретившихся Соколову групп людей поначалу ничем особенным не выделялась. Она так же медленно двигалась, как и все предыдущие, оставляя позади себя одного или двух людей, решивших, по каким-то непонятным причинам, начать немедленно раздеваться. Разнообразие в алгоритм внесла одна из женщин. Она, замедлив свой рваный шаг, отстала от толпы, а затем и вовсе остановилась. Постояла несколько секунд на одном месте и повернулась в другую сторону, направляясь к стоявшему неподалеку газетному киоску. Подошла к запертой двери и начала дергать за ручку.
Соколов какое-то время наблюдал за тем, как дамочка продолжает бесперспективно дергать на себя дверь. К женщине присоединилось еще несколько человек. Кто-то из них стал толкаться внутрь, кто-то начал помогать женщине. Один из подошедших уперся лицом в закрытое ставнями окно.
Оставалось загадкой, с какой целью все они пытались вскрыть газетный киоск и была ли вообще у них какая-нибудь цель. Об этом стоило подумать. Но однозначно потом. Сейчас он должен бежать.
Возле своего дома Соколов оказался еще через полчаса. Дверь в подъезд ожидаемо оказалась открытой. Лифт не работал, и запыхавшийся капитан рванул вверх по лестнице. На четвертом этаже он едва не наступил на какое-то тело. Что это был за человек и почему он лежал тут, времени разбираться не было. Сейчас он близок к своей цели, и увиденное в городе только добавило скорости и решительности действиям капитана.
Еще через минуту Соколов был на одиннадцатом этаже. Общая металлическая дверь лестничной площадки была открыта.
Ему сегодня однозначно везло, если можно вообще так сказать, исходя из окружающих реалий. Если бы она была закрыта на замок, это весьма затруднило бы проникновение в квартиру.
На его продолжительный стук никто не ответил. Соколов припал ухом к замочной скважине, стараясь услышать хоть какой-нибудь звук. И ему показалось…
– Маша! Маша, открой!
Замок несколько раз щелкнул, дверь приоткрылась, обнажая небольшой проем, за которым в свете зажженной свечи стояла его жена.
– Живой! – Она выдохнула, быстро поставила свечку на полку и бросилась в объятия мужа. – Как же мне было страшно без тебя! – Николай почувствовал родное тепло и стук успокаивающегося, должно быть, впервые за эти дни, сердца. – Если бы не Славка, я бы здесь одна точно с ума сошла. Ты даже не представляешь, что тут было… Соседи все словно рехнулись. Дядя Толя вчера несколько часов под дверью стоял. Просто стоял, глядя на нее. Как зомби! Другие куда-то ушли. А на улице вообще ужас…
– Где сын?
– Сейчас уже спит. Первый раз за эти дни.
– Хорошо. Пока не буди его. Быстро собираемся и уходим из города.
– Куда? – Маша тихо ойкнула, схватившись рукой за живот.
– Что с тобой?
– Живот ноет с самого утра. Должно быть, дела скоро начнутся. Вовремя, да? – Она тихо рассмеялась, уткнувшись лицом в грудь супруга.
– Я тебя люблю, моя маленькая капитанка.
– И я тебя люблю, мой большой капитан. Куда идем?
– Сначала к Кудьме. А дальше будет видно. Воду есть во что налить?
– Есть. Только еда вся почему-то испортилась. – Маша выглядела озадаченной.
– Знаю, – кивнул супруг. – Собирай документы, деньги, аптечку и свечи.
Славик, еще окончательно не проснувшись, мотал головой из стороны в сторону, сидя на плечах отца. К весу сына, автомата и сумки теперь добавился рюкзак с питьевой водой и теплыми вещами, уложенными Марией.
Бессонная ночь, проведенная в постоянном движении, давала о себе знать. Бежать было ощутимо тяжело, но времени на отдых не было.
Чтобы не сбиться с темпа, Николай старался не отстать от бегущей чуть впереди Маши. Нагруженная вторым рюкзаком женщина держала приличную скорость. И можно было только порадоваться тому факту, что в их семье никто не курит и не пьет. Маша даже не употребляет ни кофе ни чай, предпочитая обычную воду. Да и спорт не на последнем месте. Пусть в ее случае это всего лишь спортивные танцы, но это только с виду ничего не значит. Смогли бы они сейчас держать такой темп, да еще и с утяжелением, если бы не их форма?
Справа показалось здание детского сада. Соколов, прибавив скорости, поравнялся с супругой, закрывая собой правую сторону для обзора. Он бросил торопливый взгляд на Машу: та продолжала бежать, глядя перед собой. Только выражение лица стало каким-то упрямым и злым.
Впереди за соседним домом показался очередной перекресток, и скорость пришлось сбавить. Продолжение их улицы и идущая параллельно Южная улица были забиты на несколько десятков метров остановившимися и столкнувшимися автомобилями. Обходить препятствие было неудобно, и супруги, не сговариваясь, решили протиснуться между машинами.
Энергетические потоки чрезвычайно нестабильны. Но враги сдержали обещание. Экстренная диагностика систем показывает, что Хэдвиг все еще жива, а медицинское оборудование продолжает работать исправно. Стазис-капсула, выполненная из высокорезонансного адаптивного хрусталя, хоть и была неоднократно вскрыта, но ущерб, причиненный представителями местных примитивных рас, уже устранен.
Облаченный в боевую броню с нагрудной эмблемой группировки Скардльен, воин перенесся сознанием по информационному потоку, исходящему от блока капсулы, на двадцать два века назад. На развороченный серией прямых ударов борт исследовательского судна.
Защитное поле не предназначенного для ведения боевых операций космического корабля не выдержало слитный залп кластера вражеских истребителей. Большинство оборудования, управляемого энергетическими кристаллами, было уничтожено второй атакой. Даже перестройка наномолекулярного слоя одежды в подобие брони за счет перераспределения подструктурных слоев оказалась бессильна. Что могла сделать в такой ситуации младшая дочь из гражданской касты, только ставшая вестой – профессиональным военным?
Собрать остатки быстро покидавших ее сил и послать сигнал о том, что здесь, в системе местной звезды, замечена формация врага.
Оборудование стазис-капсулы надежно законсервировало ее, давая возможность целителям в дальнейшем вернуть молодую Хэдвиг к жизни. Техническое развитие расы, насчитывающей в своей истории миллиарды лет постоянного совершенствования, будет надежно оберегать свою хозяйку.
Воин группировки Скардльен вышел сознанием из самого начала информационного потока, скользя по нему дальше, к моменту, когда темнота космического пространства вокруг планеты окрасилась беззвучными всполохами разрывов чудовищных энергий, мгновенно уничтожая большую часть вражеских кораблей. В следующий момент останки разрозненного соединения были окружены небольшими круглыми корабликами, проносящимися мимо ставших на удивление неповоротливыми машин запаниковавших врагов. Те, впрочем, никаких активных действий больше не предпринимали.
В процессе обмена информацией прибывшей ударной группировке Вальхорд удалось узнать, что находящиеся все это время здесь, в засаде, закованные в шестиметровые боевые экзоскелеты враги ждали появления совсем другого корабля, и атака гражданского судна была вызвана нарушением в системах управления искусственного интеллекта.
Воин проскользнул по информационному лучу практически в самый конец. Все эти века, которые стазис-капсула была надежно схоронена под землей, проходили в мертвом спокойствии. Изменения наступили совсем недавно.
