— Даже не думай! — запротестовала я. — Поди, не на маскарад собираюсь. — Отодвинув подругу, выбрала так полюбившееся мне синее платье, единственными украшениями которого были белый кружевной воротничок да серебряная брошка в форме экзотической птички.
Фабиола слегка поворчала, но на конфронтацию не пошла. Просто уже не было времени на препирательства. Вскоре в дверь постучали. Как раз в тот момент, когда подруга пыталась додушить меня корсетом. Затянула так, что у меня аж дыхание сперло.
Подхватив платье, я убежала одеваться в ванную. А Рыжик почапала открывать «дорогому гостю».
— Явился — не запылился. Надо же, какой пунктуальный, — нервно бормотала я, застегивая пуговки на лифе платья.
Даже не дал провести сеанс табакотерапии, что, кстати, очень быстро избавляло меня от непредвиденных стрессов. А сегодня этих стрессов мне наваляли вагон и маленькую тележку. И самый главный из них — вечер в обществе метаморфа — еще предстояло пережить.
«Жених» ждал меня, развалившись в кресле, и лениво перелистывал оставленную на столе книгу по магии стихий. Фабиола опять куда-то смылась. Мне, если честно, в тот момент тоже захотелось оказаться где-нибудь подальше от этого красавчика.
При моем появлении метаморф поднял глаза. Осмотрел меня с ног до головы и выразительно хмыкнул. Типа, какого дарха я так вырядилась.
— Вживаюсь в роль счастливой невесты, — злясь на себя, Фабиолу и наглого мага одновременно, выпалила я. Прозвучало как оправдание.
— Я так и понял, — снова усмехнулся нахал.
В отличие от меня, он над своим внешним видом долго не мудрствовал. И вообще, казалось, собрался не на романтическое рандеву, а на похороны. Весь такой готичный, в черных брюках, заправленных в высокие сапоги, в черном коротком плаще, накинутом поверх не менее черного жилета. Только светлая сорочка с высоким крахмальным воротником да серебряный перстень с до неприличия большим изумрудом разбавляли этот траурный наряд.
— Ну что ж, — поднялся со вздохом вейл, — раз наша звезда готова, пора начинать представление. — Распахнув передо мной дверь, он взглядом приказал выметаться из комнаты.
Настраивая себя на благодушный лад и убеждая, что пару часов в обществе зеленоглазого я уж как-нибудь перетерплю, машинально схватила плащ и вышла в коридор. И тут все мое самообладание как корова языком слизала. Именно в тот момент дверь соседней комнаты широко распахнулась и в коридоре нарисовалась Инаэль. Сейчас травница походила на разъяренную фурию и могла напугать похлеще монстра и метаморфа, если их скрестить вместе. Я неуверенно отступила назад и по традиции впечаталась в вейлову грудь. Почувствовала, как меня легонько пихнули в бок, побуждая выйти из ступора.
— Значит, это правда! — Голос Инаэль сорвался и стал похож на шипение змеи. Ну точно гадючка, прям вылитая! — Что, повелся на приданое?
— Это наше обоюдное с Раминой желание, — чтобы не ударить в грязь лицом, процедил Кайн. — Давай обойдемся без истерики, Инаэль.
Наивный. Не знает, что нет ничего страшнее брошенной женщины.
Как я и предполагала, альвесса и не думала затыкаться. Теперь выплескивала яд в мою сторону.
— Запомни, дорогуша, ты из-за него еще наплачешься. Сначала он с тобой наиграется, а потом проглотит всю с потрохами. И пикнуть не успеешь!
«Подавится!» — хотела возразить я. Хотя бы по той простой причине, что влюбляться в него я не собиралась. Но Кайн уже схватил меня за руку и потащил за собой, бросив через плечо ледяным голосом:
— До свидания, Инаэль. Хорошего тебе вечера.
Как я вскоре поняла, задушевный разговор с альвессой — это были только цветочки. Ягодки ждали нас впереди. Наше появление на публике произвело ожидаемый фурор. Народ не переставал пялиться и шепотом строить прогнозы на наше совместное с магом будущее. Возможно, Рамине такой пиар бы и понравился. Мне — однозначно нет! Сама не понимаю, зачем во все это ввязалась…
Кайн тоже чувствовал себя не в своей тарелке, поэтому у первой же лестницы подхватил меня под руку и поволок вниз.
— Может, на сегодня достаточно? Погуляли по академии — и баиньки.
— Еще не все круги ада пройдены, — патетично возвестил маг. — Сейчас поедем в оперу.
Я резко затормозила, едва не поскользнувшись на лестнице и не навернувшись с верхней ступеньки вниз. Кайн нетерпеливо обернулся.
— Ну, что еще?
— Мне нельзя покидать территорию академии. Главмаг наложил запрет на некоторые мои передвижения.
Но такая мелочь моего липового жениха не смутила и отказаться от посещения оперы не заставила.
— Не переживай, эл Барольд отпустил тебя под мою ответственность.
Я растерянно кивнула и продолжила спускаться. Это что же получается, с меня сняли заклятие, подарив шанс смыться из академии? Вопрос: воспользуюсь ли я им? Или все-таки останусь…
Пока ехали в театр, меня раздирали сомнения. С одной стороны, я жаждала поскорее расстаться с ненастоящей, пусть и весьма насыщенной жизнью Рамины и вернуться к своей. Обыденной и серой, зато абсолютно реальной.
С другой — было жалко вот так оставлять друзей, к которым успела искренне привязаться. Исчезнуть, даже не попрощавшись. И это значит — никогда не увидеть Рамину, не разгадать тайну замка, а самое главное — не выучиться на магичку. Если уйду, путь назад мне заказан.
За размышлениями дорога пролетела незаметно. И вот мы уже въезжаем в высокие кованые ворота. Прежде мне не доводилось бывать в Инайском театре оперы и балета, и сейчас я с любопытством глазела на освещенное огнями здание. От него вели широкие тенистые аллеи, а перед фасадом располагался портал для въезда карет, где гостей приветствовали вышколенные лакеи.
Оказавшись в просторном холле с сотнями зажженных свечей, я невольно зажмурилась. Такого великолепия я еще не встречала. Зеркала в позолоченных рамах, мраморные лестницы, банкетки, обтянутые вишневым бархатом, цветочные горшки в виде перламутровых раковин с экзотическими растениями.
Я во все глаза смотрела на разряженных гостей, словно гирляндами, увешанных умопомрачительными украшениями, и завистливо вздыхала. Вот, значит, как живут сливки общества. Все-таки везунчик эта Рамина.
Вскоре стало понятно, что Кайн неспроста выбрал театр для второго акта нашего персонального представления. Пока поднимались по лестнице, он только и успевал раскланиваться со знакомыми. А те не переставали любопытствовать, кто эта прелестная девушка рядом с ним. Услышав ответ — невеста, — спешили на правах первоисточников разнести новость дальше. Теперь Вивади могут спать спокойно и не тревожиться. Лед тронулся.
