Внутри театра располагалось несколько ярусов лож и центральная галерея. Все ложи были связаны между собой коридорами, по которым сейчас и дефилировали знатные бездельники.
Нам достался балкончик почти у самой сцены. Я скромно уселась в кресло и, схватив лежащий на столике бинокль, принялась осматривать партер и соседние ложи. Если надумаю сбежать, то точно не с пустыми руками. Знала бы, что ректор изволит снять с меня на вечер дархово заклинание, прихватила бы с собой Раминин мешочек с монетами. Потому как возвращаться на съемную квартиру без лунна в кармане было глупо. Наш скряга-хозяин меня даже на порог без денег не пустит.
Пока зрители занимали свои места, я размышляла над дилеммой: сбежать, нельзя остаться? Или же все-таки: сбежать нельзя, остаться? Постепенно склонялась к первому варианту.
Отвязаться от Кайна не составит труда. Уверена, он жутко обрадуется, если я навсегда исчезну из его поля зрения. Как говорится, нет тела, то бишь меня, — нет дела, то бишь свадьбы. Все останутся в выигрыше. Ну, кроме родителей метаморфа, конечно. Но, если честно, на их желания мне было глубоко наплевать.
Жаль только, с друзьями не попрощалась. Надеюсь, они поймут. Пора возвращаться домой, я и так уже заигралась.
Метаморф, хвала Диаре, мне не докучал. Вплоть до начала первого акта мило щебетал с какой-то блондинкой, нашей соседкой по ложе. И даже когда начали гаснуть огни, эти двое продолжали чирикать, мешая сосредоточиться на важном, а именно, как спереть всего и побольше.
Я все-таки не выдержала и цыкнула на мага:
— Ты меня отвлекаешь.
— Сейчас можешь расслабиться, — склонившись, шепнул он мне на ухо. — Нет необходимости изображать ревнивую барышню, когда нас никто не видит.
Я в ответ только фыркнула и вперилась глазами в показавшуюся на сцене пышнотелую приму. Заиграла одинокая скрипка, а вскоре к ней присоединились и другие инструменты. Шагнув к краю сцены, матрона запела ярким сопрано.
А я, подавшись вперед и подперев рукой подбородок, не заметила, как смежила веки и уснула. Проснулась от толчка в бок.
— Обычно благородные девушки не дрыхнут в опере, — заметил мой «ухажер».
Благородные, может, и не дрыхнут. Но я таковой не являлась.
Судя по тому, что в зале снова стало светло, а большинство лож и партер опустели, все самое интересное я проспала. Блондинистая соседка снова начала о чем-то щебетать с Кайном, тем самым предоставив мне идеальный момент для побега.
— Схожу припудрить носик и сразу вернусь, — с самым честным видом пообещала я. Но могла бы и не напрягаться, мой милый друг и ухом не повел в мою сторону, так был увлечен своей белобрысой.
Стоило выйти в коридор, как я сразу оказалась в круговороте парчи, шелка и драгоценностей. Глаза от такого изобилия начали разбегаться. Сразу и не сориентируешься, что предпочесть.
Пока в моей голове шла кипучая деятельность, ноги уносили меня подальше от кучерявого мага. В просторной галерее, где зрителям подавали шампанское и закуски, я притормозила. В такой толчее стырить пару-тройку украшений — для меня плевое дело. Стала присматривать побрякушки поувесистей, когда кто-то потянул меня за рукав, а уши заложило от радостного визга:
— Рамина! Дорогая, какое счастье, что мы с тобой здесь встретились!
От неожиданности вздрогнула и резко развернулась. Нервно улыбнулась миловидной шатенке, свалившейся на мою бедную голову так некстати. Та сразу полезла обниматься и чмокаться. Рядом с девицей замер, скукожившись, щупленький парнишка в больших круглых очках, который, как выяснилось после восторженных словоизлияний, оказался женихом моей лучшей подруги. Вернее, Иоланна, так звали словоохотливую барышню, была закадычной приятельницей Рамины. И именно на нее не повезло мне нарваться в самый ответственный момент. Проклятье…
— От тебя уже несколько месяцев ни слуху ни духу, — щебетала Иоланна, повиснув у меня на руке. Я же тем временем судорожно соображала, как бы поделикатнее избавиться от липучки.
Время работало против меня. Кайн в любой момент мог обнаружить пропажу и отправиться на мои поиски.
Только подумала, а он уже тут как тут. Демонстративно обнимает меня за талию, ослепляя нас белозубой улыбкой. С его-то данными ему бы на подмостках лицедействовать, а не в академии прозябать.
Иоланна, взглянув на метаморфа, завистливо вздохнула и скосила тоскливый взгляд на своего замухрышку. По сравнению с ее женихом мой высокий широкоплечий куратор был божеством неписаной красоты.
Я тут же приосанилась и по-хозяйски положила руку на плечо вейла. А что? Надо ж хоть какое-то моральное удовлетворение от этого вечера поиметь. А то пока все результаты — со знаком минус.
После взаимных расшаркиваний и обмена любезностями жених Иоланны предложил:
— Могу я угостить вас сигарой?
К сожалению, приглашение было адресовано не мне, хотя кто-кто, а я толк в сигарах знаю.
Мужчины удалились на балкон, оставив меня тет-а-тет с новоиспеченной подружкой.
— О боги! Он такой милашка! — захлебывалась та восторгами с легким оттенком зависти. — Где ты его откопала?
— Места надо знать, где копать, — загадочно улыбнулась я, а сама подумала: «Лучше бы не откапывала. Поди, не клад бесценный».
Пришлось озвучить любознательной нашей подготовленную заранее версию: встретились, влюбились… Хвала Диаре, пока что еще не женились.
— Значит, ты вернулась в академию, — неожиданно помрачнела приятельница Рамины. — Ты ведь уверяла, что ноги твоей там больше не будет.
— В последний момент передумала, — не краснея соврала я. Собиралась избавиться от докучливой девицы, когда следующие ее слова подействовали на меня не хуже холодного душа.
— И что, призрак Лаллы тебя больше не донимает?
— А? — только и смогла промычать я. Вопрос Иоланны застал меня врасплох.
— Ну, той девушки, что являлась тебе и умоляла освободить ее из плена.
Я рассеянно кивнула…
Значит, все-таки не ошиблась в предположениях, и Рамина пообещала помочь привидению вырваться на волю. Правда, это бестелесное нечто походило на девушку, как я — на лысого дикобраза.
— Ты ведь не собиралась ей помогать, — продолжала хмуриться Иоланна. — Лалла слишком многого хотела…
Меня так и подмывало спросить, чего же именно хотела эта Лалла. Вот только как это сделать, не вызвав ненужных подозрений? Вон Иоланна на меня и так уже настороженно косится.
Пока я размышляла, как бы половчее выудить из «подружки» нужные сведения, к нам подскочила долговязая девица с красными от возбуждения щеками. Даже не взглянув в мою сторону, бесцеремонно повисла на Иоланне и, о чем-то взахлеб щебеча, потащила ту в другой конец зала.
