в лицо своим утешительным перепихоном. Короче, скажем так: она слегка обозлилась из-за того, что он сам прикрыл их короткий роман.
— У тебя же вроде есть несколько сестёр, да? — спрашивает Рейд с ухмылкой. У меня глаза лезут на лоб. — О, ну нахер! — Он запрокидывает голову и смеётся.
Я указываю на него пальцем. — Любой, кто тронет одну из моих сестёр, покойник. К тому же они для тебя слишком молоды, брат. — Я говорю это вроде бы шутливо, но в голосе всё равно звучит предупреждение. Я до бешенства опекаю своих трёх младших сестёр.
— Да я просто тебя подначиваю, — фыркает Рейд, снова тянусь к своему пиву.
— У Тео тоже есть горячая сестра.
Я прищуриваюсь. — Тебе, блядь, жить надоело? — Он снова смеётся, качая головой.
Рейд — единственный ребёнок в семье, так что он не понимает этой врождённой защитной реакции, которая возникает, когда у тебя есть младшие, особенно сёстры. У парней в башке только одно — уж я-то знаю, я сам парень, — и я ни за что, блядь, не подпущу к своим сёстрам никаких мужиков.
Но, вообще-то, я понимаю, к чему клонит Рейд. Для дочерей альф довольно обычно становиться парой альфы из другой стаи. Альфа-самки не только отлично подходят на роль Лун, помогая управлять стаей, но такие союзы ещё и укрепляют альянсы между стаями. Хотя последнее в нашем случае не особенно нужно, потому что шесть стай и так уже объединены.
— А почему бы тебе просто не сказать стае, что ты ждёшь свою истинную пару? — предлагаю я.
Он слегка качает головой. — Уже пробовал. — Он подносит бутылку к губам и делает ещё глоток. — Какое-то время это работало, но чем старше я становлюсь, тем сильнее на меня давят, чтобы я просто кого-то выбрал.
— Не завидую тебе, брат, — бормочу я. Рейду двадцать шесть; какой же он, нахрен, «старый». Никто бы не выносил ему мозг так сильно, если бы он не был альфой.
— Скоро сам окажешься на моём месте, — говорит он, указывая на меня горлышком бутылки и приподнимая бровь. — И тогда увидишь, какая это сука — пытаться угодить всем.
Я допиваю остатки пива и ставлю пустую бутылку на стол. — Я не спешу. В смысле, я жду того дня, когда стану альфой, но пока меня вполне устраивает помогать руководить отрядом. Особенно после всей этой недавней херни с теневой стаей.
Рейд коротко кивает. — Это точно.
Я поднимаюсь на ноги, бросая взгляд через толпу в сторону бара. — Ещё по одной? — спрашиваю я, кивнув на пиво Рейда.
Он качает головой, подносит бутылку к губам и допивает всё одним длинным глотком. — Не, мне надо ехать обратно и поспать, — говорит он, ставя бутылку и вставая. — А ты оставайся. И можешь переночевать в доме стаи, я оставлю заднюю дверь незапертой.
Меня обламывает, что он уходит, но спорить с ним бесполезно. Рейд не из тех, кто поддаётся давлению или уговорам — если он сказал, что сделает что-то, значит, так и будет.
— Круто, спасибо, брат, — говорю я, протягивая кулак для удара. — Я, наверное, тоже не сильно задержусь.
Рейд смотрит на меня так, словно ни капли не верит, но я просто отмахиваюсь, отворачиваюсь и иду к бару. Скорее всего, он прав — с таким количеством женщин, набившихся сегодня сюда, я точно не уйду, не подкатив хотя бы к нескольким. По пути к бару я окидываю взглядом танцпол, оценивая выбор.
Вот именно поэтому я так опекаю своих сестёр — потому что я уже мысленно раздеваю этих девчонок на танцполе, и у меня есть стойкое ощущение, что сегодня ночью я с очень большой вероятностью кого-нибудь трахну. И мир полон таких парней, как я.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Куинн
Не могу поверить, насколько забит «Стиллуотер Тап» в среду. Когда мы с Кайлой входим внутрь, мои мысли тут же тонут в глухом грохоте музыки, а взгляд цепляется за бесконечное количество тел, набивших всё помещение. И хотя я ожидала совсем не этого, я приятно удивлена. Танцпол уже забит, и ещё до того, как мы вообще добрались до бара, чтобы заказать выпивку, меня уже тянет туда.
Кайла локтями прокладывает себе путь к стойке, чтобы заказать напитки, а я остаюсь чуть позади, сканируя толпу и подёргивая подол платья, которое она дала мне напрокат. Оно слишком маленькое и слишком короткое, но из всего, что я перемерила в шкафу Кайлы, это был единственный хоть сколько-то подходящий вариант. Я выше её добрых на пятнадцать сантиметров, не говоря уже о нескольких размерах груди сверху. Это облегающее чёрное платье без бретелек было моим единственным вариантом, если не считать футболку с логотипом пивоварни и рабочие шорты.
Я чувствую, как чья-то рука скользит мне за спину, и низкий голос у самого уха произносит: — Привет, Куинн. — Я слегка вздрагиваю от неожиданности, резко поворачивая голову и видя рядом парня Кайлы, Тони.
— А, привет, Тони, — выдыхаю я.
Он улыбается, его маленькие тёмные глазки скользят по моей фигуре, а рука всё ещё прилипла к моей пояснице. — Вау, ты потрясающе выглядишь.
То, как именно он это говорит, вызывает у меня мурашки от отвращения. Я обожаю Кайлу, но в Тони всегда было что-то такое, от чего мне становилось не по себе.
— Эм… спасибо, — бормочу я, как бы невзначай делая шаг в сторону, так что его рука соскальзывает с моей спины. — Кайла вон у бара, берёт нам выпивку. — Я киваю в её сторону.
Тони сверкает улыбкой. — Пожалуй, мне тоже стоит что-нибудь взять.
Я слегка киваю, заставляя себя улыбнуться в ответ. Когда он, шаркая, уходит, я снова перевожу взгляд на танцпол, всматриваясь в лица в толпе.
Есть что-то странное в том, чтобы быть окружённой таким количеством незнакомцев. Как дочь альфы, в Саммервейле меня знают все. Я никогда прежде не была среди стольких других оборотней и при этом не была… анонимной. И в этом есть что-то возбуждающее.
Сегодня ночью я могу быть кем угодно.
— Кто-нибудь уже приглянулся? — спрашивает Кайла, появляясь рядом со мной и протягивая мне стопку.
— Пока нет, — смеюсь я, с благодарностью принимая её. Я подношу стопку к губам и опрокидываю её. Охлаждённая текила обжигает мне горло по пути
