вниз.
Кайла морщит нос. — Фу, как ты вообще можешь пить эту дрянь?
Я пожимаю плечами, улыбаясь. — Потому что она вкусная. А ты свою не будешь? — Я смотрю на вторую стопку у неё в руке.
Она качает головой и протягивает её мне. — Она вся твоя, подруга. Терпеть не могу текилу. Тони несёт мне что-нибудь другое.
Я усмехаюсь, забирая из её руки вторую стопку и тут же опрокидывая её. Я люблю текилу — по сути, это почти единственный алкоголь, который я пью. В идеале шотами, чтобы руки оставались свободными, когда я выйду на танцпол, и обязательно охлаждённой, чтобы шла мягче.
— Спасибо, — говорю я, перехватывая обе пустые стопки в одну руку и указывая другой на свободный высокий столик. — Может, займём его, пока никто другой не успел?
Кайла согласно кивает, молча хватает меня за локоть и ведёт к свободному столику. Мы успеваем занять его буквально за секунду до того, как на него уже нацеливается другая компания. Через минуту нас находит Тони, обе руки у него заняты напитками. Он ставит их на стол — один для себя, один для Кайлы и ещё две стопки для меня.
— Кай сказала, ты любишь охлаждённую текилу? — спрашивает он, подвигая стопки ко мне.
Я киваю и улыбаюсь ему. — Спасибо, Тони.
Четыре шота подряд точно дадут мне то самое настроение, которого я добиваюсь, прежде чем выйду на этот танцпол. Я быстро расправляюсь с двумя шотами, которые принёс Тони, и сдвигаю пустые стопки на стол перед собой.
Мы втроём болтаем какое-то время, а Тони периодически исчезает, чтобы принести ещё напитков. Похоже, сегодня женский вечер и выпивка для девушек бесплатная, но я всё равно пытаюсь вести счёт шотам текилы. Я уже дошла до семи, когда Кайла наклоняется ко мне с дьявольской ухмылкой.
— Тот горячий парень у бара с тех пор, как мы пришли, глаз с тебя не сводит. — Она играет бровями и метает взгляд в его сторону.
Я прослеживаю её взгляд, пытаясь среди этой людской массы понять, о ком она говорит, когда мои глаза сталкиваются с другой парой. С такого расстояния я не могу различить их цвет, но, чёрт возьми, какой у него тяжёлый взгляд, и сердце у меня на секунду спотыкается, когда я понимаю, до чего же потрясающе красив мужчина, которому принадлежат эти глаза. Понятия не имею, как я не заметила его раньше, — он самый красивый парень из всех, кого я здесь сегодня видела. У него тёмно-русые волосы, чуть растрёпанные, слегка волнистые и уложенные так, что это одновременно выглядит небрежно, будто само собой, и при этом идеально. Его квадратная челюсть покрыта вечерней щетиной, придающей ему хищную грубоватую привлекательность, а его тело — чёрт, его тело. Он просто охренительно накачан. На нём обычные футболка и джинсы, но я не могу не заметить, как рукава футболки натягиваются на его мощных бицепсах, а ткань на груди туго обтягивает широкие плечи и торс.
И Кайла права — он смотрит прямо на меня.
У меня вспыхивают щёки, сердце начинает биться быстрее, пока я отворачиваюсь от него обратно к Кайле. — Кто это?
— Не знаю, я его раньше никогда не видела! — взволнованно отвечает она, снова косясь в его сторону. — Наверное, не местный… но он же охрененно красивый, да?!
Обычно я бы засмеялась, закатила глаза или поддела бы её за такую восторженность, но она права — этот парень просто гребаный бог, с которого так и сочится секс. Стоит мне только посмотреть на него, как всё внутри скручивается, и я сама начинаю задыхаться, гореть и заводиться. После всего, что было с Клэем, моё либидо как будто забилось в нору, но приятно видеть, что оно вполне себе живо. Этот мужчина заставляет меня думать очень, очень грязные вещи.
— Пойдёшь с ним заговоришь? — напирает Кайла, тыкая меня локтем в рёбра.
Я поджимаю губы, обдумывая. Я не совсем уверена, как здесь лучше сыграть, — я не против сделать первый шаг, но этот парень кажется охотником. — А почему бы нам не выйти на танцпол? — предлагаю я с подмигиванием.
Кайле даже не нужно отвечать вслух — улыбка, расползающаяся по её лицу, и решительный блеск в глазах говорят мне всё. Она хватает меня за руку, бормочет Тони, что мы скоро вернёмся, и ведёт через толпу в самый центр забитого танцпола.
Я начинаю покачивать бёдрами в такт музыке, как бы невзначай бросая взгляд назад, в сторону того сексуального парня, — и снова сталкиваюсь с ним глазами.
Он всё ещё смотрит на меня.
Я отрываю взгляд, отказываясь смотреть на него ещё раз. Пусть сам ко мне подходит. Я начинаю танцевать, подняв руки над головой, крутя бёдрами, и мои длинные волосы колышутся за спиной как продолжение моего тела.
И он подходит.
Я чувствую, как кончики его пальцев скользят по моему бедру, чувствую, как его присутствие нависает у меня за спиной. Ещё даже не обернувшись, я уже знаю, что это он, — от него будто исходит властная энергия. Я позволяю своему телу откинуться назад, вжаться в него, соприкасаясь с каждой жёсткой линией его груди и торса, и только тогда поднимаю взгляд на него через плечо.
Голубые. Вот какого цвета его глаза. Светлые, серо-голубые, с более тёмной каймой по краю радужки. Красивые, как и он сам.
Мы не обмениваемся словами — мы просто танцуем. Его руки скользят по моей талии вниз, крепко сжимая мои бёдра и удерживая меня вплотную к себе, пока мы двигаемся в такт музыке. Я трусь задницей о твёрдую выпуклость, натягивающую перед его джинсов, выгибаю спину и тянусь рукой назад, чтобы провести пальцами по его шее, и открытая кожа под моим прикосновением кажется почти электрической. Между нами такая густая, почти осязаемая тяга. Кончиками пальцев одной руки он ведёт по моему животу вверх, по груди, к горлу. Потом берёт меня за подбородок большим и указательным пальцами, разворачивает моё лицо к себе через плечо, и его губы накрывают мои.
Такое чувство, будто меня прошибает электрическим разрядом, и за закрытыми веками вспыхивают звёзды. Это всего лишь поцелуй, но он выбивает мой мир из привычной оси. У меня подкашиваются колени, пульс срывается в бешеный бег — я не пытаюсь это осмыслить, я просто знаю, что хочу ещё. Я углубляю поцелуй, губы размыкаются, мой
