Злата! Пожалуйста! – Умоляю, пожалуйста, открой мне! – раздалось за крепкой дверью.
– Так уж и быть, открою ему! – раздобрилась Злата, оповещая Гришу.
– В таком случае, допью кофе…, – ушел Кисточкин на кухню, чтобы не мешать.
Злата отворила Демиду: – зачем пришёл?
– Златочка, милая, пусти пожить! Пощади меня! – заныл бывший сожитель. – Я стучался и стучался к тебе ночью, а ты не открыла. Пришлось мне на чердаке спать. Брр… Смотри, как меня голуби облюбовали… И замерз до трупика.
Злата посмотрела на него. «Жалкий тип, обляпанный голубиным помётом».
Гриша, допивая кофе, прислушался к их разговору…
– Ты такая хорошая, Злата, пожалуйста! Заживём дружно, распишемся, родим девочку, – заливал Демид от всего сердца, заискивая.
«Без ложной скромности она простит его, а этот субъект недостоин её! Злата необыкновенная, добрая, чуткая и заслуживает большего!» «Но увы, у него самого видимо тоже нет шансов», – мысленно обдумал и смирился Гриша.
– Златочка, ты такая очаровательная, как утро в лесу…, – подлизывался Демид.
– Куда же подевалась Симона? – сухо спросила Злата.
– Отвёз её на вокзал, – ответил Демид бесстрастным тоном. – Туту Симона, туту…! Сама подумай! Ну что ей тут делать, в Москве?! Я ведь всю ночь работал над ошибками, под голубиную песню. Жизнь учит…
Гриша, полагая, что тут он третий лишний, собрался в дорогу… Подойдя к Злате, он обратился: – извините, что прерываю вашу милую беседу, но хочу попрощаться с тобой Злата. Я поехал!
– Прощай! – отмахнулся от него Демид.
У Златы нахмурились глаза: – счастливого пути, Гриша! Береги себя! Удачной дороги!
– Спасибо большое за всё! – вымолвил Кисточкин, несколько вдавливая кнопку лифта. – Ладно, я пешком, что-то лифт не вызывается. – Пока, Злата!
– Пока, Гриша!
Застучали Гришкины шаги, удаляясь по лестнице.
– Злата, ну не держи меня здесь уже, дай пройти в квартиру, – взмолился Демид.
Злата медлила с решением. «Для чего ей его впускать? Доверия к нему нет, а любовь? По-моему, её тоже не осталось…»
На этаже открылся лифт, из которого вытащилась помятая Симона с чемоданом и ещё какой-то тяжелой поклажей: – слава богу, что вы на месте, я переживала, что никого не застану! – промусолила она.
– Зачем вернулась, Симона, я же оставил тебя на вокзале! – спросил Демид предъявляя претензии.
– У меня украли сумку! Паспорт, билет, деньги! Теперь мне некуда податься, я здесь никого не знаю! – заплакала Симона, – пожалейте меня!
Демид смягчился и растаял, подступая к ней: – Симоночка, успокойся малышка моя… Вытри слёзы свои, вот так! И ни о чём не беспокойся, всё решаемо! Не плачь, прошу! С моими связями в два счёта восстановим паспорт, деньги заработаем, жизнь с новой силой забьёт ключом, – жалел её Демид, любя.
Наблюдая за Самаркандским гусем и жирафихой, Злата опомнилась: – Гриша!
Не мешкая, она схватила сумку с документами и рванув первым делом к лифту, вдавила на кнопку. – Вот чёрт! Не реагирует!
– А как же мы!? – выкрикнул во след Демид.
– Разбирайтесь сами! – на ходу ответила Злата, перепрыгивая через каждые две ступеньки.
На улице новенький джип пронёсся мимо неё, а в салоне Гриша, похищенный головорезами.
– Гриша! – прокричала она вслед, с наворачивающими слезами.
21
Без промедления, Злата пробежкой вознеслась обратно, к чердаку. «Лампа, лампа!» – прокрутилась мысль, вспоминая куда они с Гришей перепрятали лампу.
«Точно, между трубами, прикрыв строительным мусором!» – сформировала в голове порядок.
Потерев серебряный инструмент, лампа сама выскользнула из рук. Закрутилась, завертелась и пшикнула выпуская голубой дымок.
– О моя повелительница, я не сказано рад видеть вас, Злата!
– И я, так же рада! Нужно срочно отменить наши последние желания, чтобы загадать по новой.
– Пожалуйста! – Джунн похлопал в ладоши, – готово!
– Почему Гриша не появился!? – в недоумении спросила Злата, затоптавшись на месте.
– Потому, что он в эту минуту пытается попасть в подъезд, не зная кода.
– Извини Джунн, но я побежала за ним!
– Жду вас, но знайте, что сила моя почти исчерпалась… Больше не смогу отменить желания!
– Приняла к сведению, прости, нужно бежать!!!
Злата поторопилась и бросилась к лестнице, рысью пролетая ступеньки.
– Здравствуйте, тётя Рая! – поздоровалась она с уборщицей.
– Здрасте! День только начался, а ты уж в мыле…
– Что поделать!? – ответила Злата.
Растворяя входную дверь, Гришка оказался за ней: – Злата, вот удача! Как десять минут стою тут под дверью, и не могу войти…
– Заходи скорее, – поторопила она его.
– Здравствуйте! – вежливо поздоровался Гриша с уборщицей, нажимая кнопку лифта.
– Здрасте, лифт не работает. Лифтёров уже вызвали.
– Что ж, поднимемся пешком, – решили ребята, привычные к таким передвижениям.
– Эх…, расходились тут всякие, клопов на вас нет! – выразила своё недовольство тетя Рая, домывая подъезд.
На шестом этаже ребята остановились.
– Кто-то плачет, – услышал Гриша.
– Верно! Не Ульяна?
Вихрем поднявшись выше, на подоконнике между восьмым и девятым этажом они заметили Ульяну, которая всхлипывала, прикрывая лицо руками. Слёзы катились по щекам и стекали в фиалку.
– Что случилось, Уленька? – подошли к ней ребята.
– С мамой что-то? – уточнил Гриша.
Уля мотнула головой. – Маме совсем худо. Папа говорит, осталось только молиться и уповать на бога.
– Господи, Уля, не плачь. Иди домой, попей водички, – утешали её Злата с Гришей.
– У меня и фиалка не хочет расцветать. Поливаю её, поливаю! Подвела она меня! – ещё сильнее заревела Уля.
Гриша прижал Ульяну к себе. – Давай договоримся, ты идёшь домой, выпьешь воды и успокоишься. И маме покажешь, какая ты стойкая, заодно и маму приободришь.
– И случится чудо?
– Обязательно! Кто верит в них, у того они случаются.
– Уля! Куда зачуралась? – заорал отец, без всякого настроения.
– Папа ругается! Пойду!
– Беги, Уля!
22
Злата и Гриша остались наедине в тусклом подъезде. Солнце прикрылось тучами. Жара отступала. День обещал быть спокойно-размеренным.
– Ты что-то задумал? – намекнула Злата про Улю.
– У нас же есть третье желание. Ты как смотришь?
– Правильная мысль, нужная.
– Так же подумал, но со своим желанием я погорячился, братки алчный народ, им сколько не дай, зарятся на чужое. Но поспешим, время в обрез!
– Задержись на секундочку!
– Что такое?
– Ты помнишь вчерашний день?
– Помню…, и утро помню, – ответил Гриша, заглядываясь на Злату обезоруживающе. – Спасибо, что вернула меня на круги.
– Привыкла видимо…, – без утайки сказанула она, – но нам пора! Силы Джунна на исходе.
– Тогда быстрее!
Ребята поднялись на чердак.
– Джунн, ты где?
– Тут! – раздался голос Джинна, вальсируя с крыши.
– Ты опять там был?
– Подзарядился немного солнышком. Мои силы скоро закончатся, и я исчезну вместе с лампой по трансцендентальному каналу. Так что определяйтесь с желаниями, друзья мои… Возврата не будет, но с вами было славно!
– Минуту же есть у нас?
– Ми, – ну, – та, – замаячил Джинн, пропадая и появляясь, –
