поморщилась Ряжская — Павел, с ним такой подход не сработает.
— Ну почему же? — я снова уселся на стул — «Заплатить и очень много» — хорошая фраза. Мне она нравится. Вот только «много» — это сколько?
Ряжский, было, хотел что-то сказать, даже рот открыл, но после его захлопнул, не издав ни звука.
— Вот! — рассмеялся я — Все говорят — много, только оно у каждого разное. У каждого свое. Ваше «много» и мое наверняка не совпадают, и вы сейчас это поняли. Лишнего платить не хочется, назовешь мало — я, неровен час, снова взбрыкну, потому как характер у меня говно редкое. Так ведь?
— Так — подтвердил Ряжский — Потому — назови цифру, и мы вместе решим, много это или мало.
— Деньги, деньги, деньги — я изобразил пальцами в воздухе некую фигуру — Деньги — это хорошо. Жаль только они не столь всемогущи, как про них судят люди с начала времен. Потому не стоит все ими, родимыми, мерять.
— Не деньги — значит, не деньги — влезла в беседу Ряжская — Скажи, что тебе нужно.
— Беда в том, что сам не знаю — задумчиво произнес я — Мало ли, что мне завтра может понадобиться? Может, частный самолет для поездки куда-нибудь в Исландию. Может, сто жестяных почтовых ящиков. Или, к примеру, сбор исчерпывающей информации о десятке-другом разных людей.
— Интересная у тебя жизнь — отпив зеленой жижи из высокого стакана, заметил Ряжский — В чем-то даже позавидовать могу. Хотя хоть убей не пойму, на кой тебе сто жестяных ящиков.
— Так и я не знаю. Может, и не на кой.
— Да или нет? — Ряжская была бледна, на виске у нее пульсировала синяя жилка.
— Завтра наведаемся к вашей сестре — мягко произнес я — Она где, у Вагнеров лежит? Туда положили?
— Да — выдохнула женщина.
— Машину к дому пришлите часам к десяти — попросил я — И, надеюсь, вы сами мне компанию составите? Не стану врать, я немного по вам соскучился.
— Александр, вы так и не назвали цену — произнес Ряжский, снова переходя на «вы» — Хотя бы в первом приближении. Люблю, знаете ли, определенность.
— Мои услуги обойдутся вам недешево. Но последнее не заберу, не переживайте. Да и вообще — может, оплату брать уже и не за что. Я не волшебник и не чародей, мертвых не воскрешаю. И тех живых, которые уже пересекли черту невозврата — тоже. Понятно излагаю?
— Предельно — подтвердил бизнесмен — Ольга, не забудь, завтра вечером у нас юбилей «Анттрансойла». Мы должны там быть. Оба!
— Будете — ответил за Ряжскую я — Думаю, мы с Ольгой Михайловной управимся с нашими делами довольно быстро. И даже несмотря на то, что давно не виделись.
Вот накой я его сейчас-то злю этими двусмысленностями? Поигрался — и будет. А я все бью, бью по этой болевой точке. Множественные удары по мужскому самолюбию добром не кончаются. Вот разозлю его капитально, он даст команду найти хорошего стрелка (а с ними в России-матушке всегда дело обстояло неплохо), и тот мне пулю в голову всадит как-нибудь поутру. И все. Привет родителям.
— Хотелось бы верить — буркнул Ряжский.
— Так и будет. А теперь прошу прощения, пойду, пожалуй. Вы не единственные старые друзья, которых мне сегодня надо навестить. Да, вы не против, если я воспользуюсь вашей машиной?
— Разумеется — Ряжская встала из-за стола и подошла ко мне — Саша, я обещаю, на этот раз никаких фокусов не будет. Просто помоги мне — и я навсегда исчезну из твоей жизни.
— Это вряд ли — покачал головой я — Вы исчезнете ровно до следующего раза. Кроме сестры есть вы сами, муж, еще какая-то родня, деловой партнер, что ближе брата, и готовый за свою жизнь отдать вам часть бизнеса… Список длинный. И всякий раз вы будете приходить ко мне, обещая, что он-то точно последний. Мы с вами уже это проходили, не так ли?
— И как же быть? — заглянула мне в глаза Ряжская.
— Поглядим, потянете ли вы в этот раз мою цену — усмехнулся я — Вот тогда ясность и появится. Очень может статься так, что овчинка не будет стоить выделки.
Глава 15
Я покинул обеденную залу, на ходу шепнув Жанне:
— Останься и послушай, о чем эти двое беседовать станут. Ясно?
— А то сама бы не сообразила — фыркнула девушка, повернулась и отправилась обратно. Ну, а я вышел во двор и уселся в ту же самую машину, которая привезла меня сюда.
— Куда едем? — осведомился у меня уже знакомый водитель.
— На кладбище — ответил я.
— Какое? — удивился он.
— Вот это — я показал ему экран смартфона — И можешь не спешить, до ночи времени полно.
— Ух — сказал водитель — Неблизко, настоимся в пробках будь здоров.
— Говорю же — не к спеху. Главное доехать в принципе.
— Интересно живете — он завел машину — Ночные прогулки по кладбищу — это звучит внушительно.
— Еще как — подтвердил я — Да, ты со мной пойдешь.
— Я?
— Ну да. Да не бойся, там чудо как хорошо. Воздух чистый, свежий, тишина, покой, деревья молоденькой листвой шумят. Тебе понравится.
Ничего на это водитель не ответил, то ли не счел нужным, то ли еще отчего. Ну, а я, под его задумчивое сопение и ненавязчивую мелодику играющего в машине «Радио Монте-Карло» как-то незаметно для себя взял, да и задремал.
— Приехали — вырвал меня из дремы голос водителя — Уважаемый! Приехали, говорю.
— Меня Александр зовут — пробормотал я, открывая глаза — Можно без отчества.
А ведь хорошая машина, удобная, с мягкими сиденьями. И водитель вроде мужик неплохой, хоть, конечно, и боится мертвых. Вон, с опаской на меня смотрит, думает, что я его на самом деле с собой потащу. Впрочем, это не редкость. И ведь бесчисленное количество раз было говорено всем и в книгах, и в кино — бояться живых надо. Мертвые без веского основания никогда никого за собой в могилу не потащат, а вот живым в большинстве случаев вообще повода для уничтожения собратьев по виду не нужно. Иногда для убийства достаточно обычной скуки или банального «ну, вот захотелось пострелять». Иногда еще добавляют «как в игре».
Игруны, блин!
— Который час? — потянувшись, спросил я у водителя.
— Почти десять — отозвался тот — Вон, стемнело уже.
— Хорошо — я открыл дверь и неторопливо выбрался наружу — Самое
