не могла назвать себя любителем тратить деньги, осознав их ценность без поддержки родителей, и всё же первые пара магазинов ей понравились. Она активно поддерживала беседу, смотрела, как подруги меряют одежду, сама исследовала ассортимент. Дея даже перестала оглядываться и посматривать в окно, гадая, как много людей Дерека за ними следят. После пятого бутика энтузиазм Пандеи начал спадать, ноги устали, волосы электризовались от постоянных примерок, голова гудела от обсуждений и выбора, общение с консультантами давалось с трудом. Они свернули в ресторан на поздний обед, а затем решили ограничиться ещё двумя магазинами.
Пандея уже бездумно искала, что бы примерить. Подруги тоже немного притомились, хотя их стремление найти интересные наряды не угасало. Дамали первой ушла в примерочную, а Аэлла предупредила, что проверит второй этаж. Пандея согласно кивнула и пошла мерить выбранную блузку. Примерочные были роскошными: круглый холл с зеркалами и широкими кабинками. Две из шести были закрыты, и Дея направилась к свободным. За спиной в многочисленных зеркалах отразилась тень, сердце девушки упало куда-то вниз. Незнакомец встал вплотную, а в спину упёрлось дуло, предостерегая от крика. Даже если бы Дея захотела закричать, то не смогла бы: горло словно парализовало.
– Заходи, – тихо приказал голос.
Грубый толчок в спину, и Дея на негнущихся ногах ввалилась в ближайшую кабинку. Она отпрянула к дальнему углу: места оказалось достаточно для двоих. Незнакомец зашёл следом и закрыл дверь на защёлку. Слабую. Если навалиться всем телом, может, Пандея её сломает. Или создаст достаточно шума, чтобы кто-нибудь пришёл. Взгляд опустился к направленному на неё пистолету, убеждая в обратном. Высокий мужчина остался стоять, преграждая выход.
Деловой, хорошо сидящий по фигуре серый костюм, белая рубашка, галстук, чёрное пальто. Красивое, хоть и немного грубое лицо, русые волосы и голубые глаза. Не человек и вряд ли палагеец. Пандея нервно сглотнула, ощущая тошноту, тело предательски потряхивало. Если Дамали и могла бы сказать, из какого Клана этот даорий, то Дея понятия не имела, не чувствуя гула и не зная между ними разницы.
– Присядь, мне не нужен твой обморок, – велел мужчина, дёрнув дулом в сторону круглой банкетки.
На тех же негнущихся ногах Дея буквально упала на неё.
– Что… вам нужно?
– Правильный вопрос, Пандея Лазарис. Будешь вести себя тихо, и наш диалог пройдёт хорошо. Я здесь, чтобы тебе кое в чём помочь.
– Помочь? – едва шевеля губами, переспросила Дея.
Она лихорадочно думала, как выбраться. Телефон в сумочке, но она не сможет его незаметно достать. Какое количество времени люди Дерека посчитают приемлемым, прежде чем начать её искать? А Дамали и Аэлла? Дея едва не застонала. Если этому незнакомцу что-то нужно от неё, то с её подругами он, скорее всего, разделается.
Взгляд вернулся к пистолету. На мужчине не было перчаток, а на пальцах и ладони не оставались отметины. Он из Клана Металлов?
– У меня есть к тебе деловое предложение. – В его тоне звучала слабая, но насмешка.
Пандея сосредоточилась на том, чтобы успокоиться, взять собственное тело под контроль. Дрожь немного, но уменьшилась. На предложение незнакомца она не ответила, ожидая пояснений.
– У тебя есть проблема, а я знаю, как её решить. – Он говорил вполголоса, стараясь сохранить анонимность.
Неужели в холле не было камер? Их хоть кто-то смотрит или всё ради записи? Если второе, то их проверят лишь после того, как её пристрелят?
– У меня нет проблем, – хрипло выдавила она.
– Ты больна, Пандея, и знаешь это, – снисходительно заверил незнакомец.
– Нет.
– Похоже, тебе промыли мозги настоящие специалисты. – Он наклонился, сократив расстояние, и их глаза оказались на одном уровне. Девушка вжалась в зеркало за спиной. – Ты больна и знаешь, что произошло с тобой. Знаешь, почему твой брат вопил от страха при виде тебя, пока и ему не промыли мозги. «Ничего не было, это последствия психологической травмы». Так они говорили? Сколько раз они повторили, чтобы вы поверили?
У Деи пересохло в горле, каждый вдох и выдох резали глотку. Почти все показания её брата были уничтожены, включая ранние записи разговоров с психотерапевтами. Отец сказал, что всю ересь стёр, потому что всё неправда. Трое целителей подтвердили, что это неправда, их проверили. Пандея недовольно сжала губы, но её кожа покрылась холодным потом. Незнакомец пристально следил за её реакцией, и она его явно удовлетворила.
– Ты больна, Пандея, – твёрже заявил он. – И даже если говоришь искренне и действительно не понимаешь, то чувствуешь, что я прав: тебе нужна помощь.
Зубы заныли от того, как сильно Дея их сжала. Сердце стучало лихорадочно, мышцы нервно вибрировали, но она держала внешнее спокойствие настолько, насколько могла.
Ничего не было.
Этот мерзавец ею манипулирует.
– Я могу тебя вылечить. Это моё предложение. Всё ещё неинтересно?
Нет.
Да.
Дея не ответила. Не смогла. Два разных внутренних голоса требовали от неё и согласия, и отказа. Дрожь по телу уже была не только от страха, но и от гнева. Кто-то опять копался в их прошлом, о котором им с Мениском удалось забыть.
– Хочешь, чтобы это преследовало тебя и дальше? Знаешь, а таких, как ты, раньше убивали, чем быстрее, тем лучше. И, к счастью, истребили. Прошло так много столетий, что все о вас позабыли, да вы и сами-то не помните, но ты… произошедшее с тобой скорее стечение обстоятельств, Пандея, и тебе не нужно с этим жить.
Самодовольный тон сменился на убеждающий, более мягкий. Дея лишь удостоверилась, что ею манипулируют, однако последняя фраза… Было глупо думать, что она сумеет избавиться от кошмаров, но чувство вины…
Отголоски воплей Ника зазвучали в голове. Брат пытался в панике отползти от неё. Он был настолько напуган, что надул в штаны и отключился. Даже на похитителей он так не реагировал, но она привела его в панический ужас. Пандея сглотнула, помня, что он забивался в угол, если она приходила к нему в спальню. Так продолжалось месяцами, пока специалисты не убедили его и Пандею, что все их страхи – плоды пережитого в комплексе с седативными, которые им давали. И ещё годы понадобились, чтобы примириться. Медленно их отношения вновь стали близкими, как раньше. Ник перестал пугаться сестры, но Дея прекратила приходить к нему в спальню, боясь, что в любой момент травма Ника вернётся.
Направленный на неё пистолет сдерживал, но перестал так пугать. Если бы мужчина намеревался её убить, он бы уже это сделал. Пандея обхватила себя руками, невольно погружаясь в старые кошмары.
Ей не стоит вспоминать.
Надо, наоборот, забыть, потому что этого не было.
Никто
