За барачным городком, что напомнил мне давно оставленный Уголек, расположенный у стального зева Зомбилэнда, начиналась одна из портовых зон Церры. Местность пошла на понижение, каменные плиты медленно уходили под воду и наконец утонули, а дальше меня повела широкая деревянная дорога на сваях. Еще десяток метров по ней и глубина вокруг выросла примерно вдвое, на воде запрыгали привязанные к сваям небольшие лодки. Кое-где сидели старики с нахлобученными на лбы соломенными шляпами и удочками, больше занимаясь пивом и болтовней, чем ловлей. Я шагал дальше, легко расходясь с усталыми, но вполне довольными жизнью встречными, о чем-то спорящими, тащащими вручную и везущими различные грузы на деревянных тачках, пока наконец не дошел до трапециевидной формы кирпичного чуть перекошенного здания с идущей по фасаду огромной трещиной, заделанной бетоном.
Здание со шрамом — не мое. Сухой крытый док — огромные ворота в торце распахнуты, видны поддерживающие сохраненный верхний этаж и крышу сваи. Здание это я смутно помнил из прежних времен и вроде как в нем было не меньше шести этажей. Под воротами видна побелевшая от соли металлическая кромка отгораживающей воду стены, а во внутреннем пространстве свободно разместились сразу три баржи. Две старые и вроде как на ремонте, еще одну только строят и там больше всего суеты. Покосившись на намалеванного много где однорогого красного быка, я пробежался глазами по стоящим у стены бездельников и сходу вычислил среди них неплохо маскирующуюся охрану. Но подходить к ним само собой не стал, просто направившись к открытым воротам. Дойти до них мне не дали — от стены меня окликнул прижавшийся к ней задом широкоплечий парень в дырявой майке, серых шортах по колено и с нехилыми бицепсами, на каждом из которых был вытатуирован все тот же бык. На веревочной перевязи через плечо свисал мачете в ножнах.
— Эй, пеон! Ты не заблудился?
Глянув на крикуна, я больше никак не отреагировал, продолжая шагать.
— Эй! Я тебе говорю! Сюда подошел! — голос парня дрогнул и едва не сорвался на фальцет.
Остановившись, я окинул его спокойным взглядом и столь же спокойно и дружелюбно спросил:
— А сам чего не подходишь? Жопа стену всосала?
Один из пьющих что-то из бутылки поперхнулся, закашлялся, орошая соседей и выронил тару. Бутылка со стуком ударилась о доски, покатилась и закрутилась у моей ноги. Когда она замерла, парень с бицухами наоборот отмер и неспешно подался вперед, поигрывая руками так, как разминаются перед дракой. В этот момент я издал губами долгий чмокающий звук. Парень снова замер. А я кивнул:
— Ну вот. Отсосалась. Штукатурку только из ануса вытряхни. И идем поговорим.
— Зря ты нарываешься! — предостерегающе произнес сидящий прямо на досках почти голый костлявый старик, скручивающий самокрутку — Он хороший боец! Лучше отступись, незнакомец.
— Боец? — повторил я с недоумевающим видом — Да я не драться пришел, а поговорить. Работу ищу.
— А нашел кровь! — бросил мне в лицо стремительно подошедший парень, одновременно выбрасывая вперед правый кулак.
Его слова задели мои уши, а вот кулак прошел мимо, равно как и второй идущий следом удар. Парню надо отдать должное — равновесие он удержал, сумел резко повернуться и повторить серию, на этот раз добавив к ней удар ногой. И опять промахнулся, а получив от меня толчок ладонью в плечо, закрутился, сделал пару неловких шагов и рухнул с края дощатого причала в воду, но еще до того, как он коснулся тупой башкой гребня волны, я присел на корточки рядом со стариком и щелкнул зажигалкой, подкуривая ему самокрутку. Старик хекнул, глубоко затянулся и, выдыхая дым, задумчиво покрутил головой:
— И что за работу ты ищешь?
Сидя рядом с ним, я пожал плечами:
— Да я разное умею.
— Но больше по части мордобоя, да? — его внимательный взгляд скользнул по моим ладоням, на миг впился в шею, где хватало старых шрамов и рубцов — И под пулями бывал.
— Случалось — кивнул я.
С плеском выбравшийся на причал парень с бицепсами содрал с себя безрукавку, проревел что-то непонятное, шагнул ко мне и… замер на месте, когда наткнулся на холодный взгляд беседующего со мной старика.
— Да я его прибью, дон Кабреро!
— Не прибьешь — старик снова пыхнул дымом и потянулся за разложенными на досках вещами — Не сможешь.
— Я боец!
— Ты? Да, ты боец. Но не лучше его. Захоти он — и ты бы уже валялся в отключке со сломанным носом. Но он не захотел, и ты всего лишь искупался и как мне кажется, тебе стоит быть за это благодарным, Пепито — переведя глаза на меня, дон Кабреро поднялся, закинул шмотки на жилистое плечо и качнул головой на здание — Пошли в тенечке поболтаем. Хватит с меня на сегодня солнечных ванн. Один хер от ревматизма не помогает, что бы там не болтал старый док Галлуэй.
Я пожал плечами:
— Можно и в тенечке поболтать. Можно и здесь.
— В мешке что?
— Вещи мои.
— И что за вещи?
— Да обычный набор каждого нормального мужика — чуток грязного шмотья, чуток монет и два ствола. Ну и кусок пахнущего жопой мыла.
— И ты так просто в этом признался? — приостановившись, старик окинул меня задумчивым взором.
— В том, что ношу с собой нестиранные трусы?
— В Церре нельзя владеть огнестрельным оружием. Если нашел — сдаешь куда надо, получаешь немало песо и радостно тратишь на самогон и девочек — говоря, старик не сводил с меня глаз, явно пытаясь прочесть эмоции.
Я снова пожал плечами.
— Ваших порядков не знаю. Недавно здесь.
— Иди за мной — он, чуть косолапя и припадая на правую ногу, зашагал ко входу в здание, я пошел за ним, оставляя любопытную толпу и бурого от злости искупавшегося парня позади. Старик не смотрел на меня, но это не мешало ему задавать вопросы.
— Откуда ты?
— Приплыл с юга.
— Прямо вот с юга?
— Приплыл с юга, а в океан вошел с запада, но опять же далеко на юге отсюда.
— Как далеко?
— Очень далеко. Недели и недели пути.
— На чем добрался?
— Плот.
— Путешествуешь в одиночку?
— Верно.
— А чего тебе дома не сиделось?
— Я беглый.
— От кого бежал?
— От накопившихся проблем.
— И что за проблемы?
— Серьезные.
— Кровью пахнут?
— Скорее кровью залиты.
— Многих убил?
— Многих.
— И была причина?
— Да.
— Серьезная?
— Для меня — да.
— Вендетта?
— Можно сказать и так.
— Тебя ищут?
— Кто знает… но вряд ли — я ушел далеко.
— Но назад тебе ходу нет?
— Верно.
— Служил одному или разным хозяевам?
— Разным.
— Тебе приходилось предавать нанимателя, чужак?
— Да.
— И почему же ты так поступил?
— Он не сдержал слова.
— И что ты с ним сделал за это?
— Пытался убить.
— И как?
— Не получилось.
— А он тебя?
— Да.
— И у него тоже не получилось раз ты жив. И вот ты здесь…
— Да.
— С руками по локоть в чужой крови.
— Да.
— И как тебя звать?
— Ба-ар.
— Выдумал или так мама назвала?
— Выдумал.
— Правильный ход. Ко мне тебя кто послал?
— Хозяйка кантины. Но ты и так это знаешь.
— С чего ты взял?
— Она предупредила тебя. И ты лениво ждал меня, подпаливая старую кожу на солнце.
— Ты ведь лжешь.
— Нет.
— Ты прокололся, Ба-ар.
— Ты это о чем?
— Ты знал меня в лицо.
— Нет.
— Но ты сходу подсел именно ко мне.
— Верно.
— Хочешь сказать — угадал?
— Не угадал. Увидел.
— Это как?
— Не каждый день увидишь, как кучка мускулистых парней с ножами на виду и спрятанным огнестрелом с придыханием наблюдают как тощий старик принимает солнечные ванны, подставляя палящим лучам прикрытую красным лоскутком власяную кучу седого лобка. Тут два варианта — либо все они повернуты на твоей увядшей красоте и мечтают присунуть тебе промеж дряблых…
— Эй!
— Либо ты их босс.
— Я их босс.
