— Жопой лося волки пихту красят! — пробормотал я хрен пойми с чего пришедшую в голову считалку из далекого детства — Какие знакомые слова… прямо пахнуло в ноздри оторванной жопой… Сдерживание и пресекание мать вашу…
Именно эти слова то и дело орала подыхающая от боли и невозможности провалиться в спасительную темноту комы так располовиненная девка в медбоксе. Та, кто предрекал мне списывание со счетов и ощущение своей тотальной ненужности на солнечной пенсии. И соврала, сука половинчатая — чтобы не платить пенсию меня заморозили к херам, а до этого сделали полным ампутантом. Вот и вся благодарность к пенсионерам…
А басовитый продолжал нагнетать атмосферу в эфире, делая это с таким ражем, словно выступал перед битком набитым залом внимательных слушателей.
— Даже если случилось самое страшное и они погибли — что ж! Такова наша судьба — судьба Регуляторов! Нам уже многие столетия доверена важнейшая миссия и мы все готовы погибнуть ради ее выполнения! Святая Накмаурта создала Регуляторов не ради того, чтобы они жили вечно! О нет! Она знала, что многие из нас погибнут в расцвете сил ради исполнения ее заветов! И коли двое молодых и отважных сгинули в болотах… что ж… мы выбьем их имена на стене почета и возложим черные орхидеи — символ Регуляторов как и окровавленный серп! — к поминальным алтарям! Но слезы лить мы не станем! Все горе и печаль мы направим в правильное русло — в выяснение причин их гибели и… в суровое наказание тем, кто был к этому причастен! Вы все услышали меня⁈
— Да, Карающий второго ранга сеньор Ардитос — чуть ли не хором проорал весь личный состав прущего по болотам отряда — Мы услышали!
— Сдерживание!
— СДЕРЖИВАНИЕ! — проорал отряд.
— Пресекание!
— ПРЕСЕКАНИЕ!
— Хорошо! Кмари!
— Да, Карающий второго класса сеньор Ардитос!
— Впредь… не пререкайся с командиром… дисциплина прежде всего. Я считаю, что командир Баррага обошелся с тобой слишком мягко… возможно мне следует усилить твое наказание в разы… а в рапорте на командира упомянуть, что он излишне мягко и снисходителен к своеволию подчиненных…
— Брат Ардитос! — «кисель» вступил в дело и зазвучал укоризненно — Родственные узы… братство… тревога… даже столь жесткий Регулятор как ты не может не принять это в расчет и проявить каплю доброты…
— Возможно — произнес Ардитос — Быть может и ты и прав. Да! В этот раз я пропущу это мимо ушей, но впредь не допускайте подобные перепалки, братья и сестры! Мы едины! Командир Баррага…
— Слушаю!
— Насколько мне известно сигналы с экзов пропавших бойцов исчезли рядом с довольно большим, я бы даже сказал слишком большим поселением дикарей?
— Все верно, господин Карающий второго класса сеньор Ардитос!
— Этот гнойник так разросся… природа стенает… а вы, находясь так близко, ничего не предпринимали для усечения этой опухоли?
— Не предпринимали — подтвердил командир — Не было приказа!
— А проявить инициативу?
— Не я главный на базе, сеньор Ардитос. Не я принимаю решение. Но знаю, что поселение находится вне зоны доверенных нам территорий. До океана всего ничего и поселение находится в поясе дозволенности.
— Ох уж этот прибрежный Пояс Дозволенности — Карающий тяжело вздохнул — Порой мне слабому и скудоумному мнится, что Святая Накмаурта была слишком добра к этому… к этим… существам… Столь славные и богатые природой земли отдавать им на разграбление…
— Не нам идти против воли Святой Накмаурты! — мягко возразил Сострадающий второго класса — Что дозволено — то даровано её милостью!
— И как вонючие обезьяны распоряжаются ее милостью? Уничтожают все вокруг себя? Плодятся и плодятся… словно кличут новую Великую Беду!
— И все же, брат! Не нам судить!
— Не нам — тяжело согласился Карающий — Но… раз уж так сложилось, что наше прибытие на малую базу с проверкой совпало с исчезновением двух бойцов, то… быть может это судьба, что боевая Сольпуга с ее сокрушительной силой окажется у разросшейся опухоли ближе к закату? Разве это не знамение? Будто сама Святая Накмаурта призвала нас сюда, буквально указав пальцем в гниющую мерзость! Мы словно раскаленный скальпель!
— Это прибрежный Пояс Дозволенности, брат Ардитос! Я Сострадающий второго класса и, обладая той же властью что у тебя, но на иной чаше весов Взвешенного Решения заявляю — я против! Ибо это против наших правил! Мы не станем уничтожать поселение! Ибо не все дозволено и нам! Мы врачи, а не убийцы!
— А разве врач пройдет мимо раковой опухоли? — вкрадчиво поинтересовался Карающий.
Отряд, обогнув скрывающий меня холм со стальной нашлепкой мертвого транспортника, рухнувшего сюда столетия назад, звенящей сейчас на всех радарах и сканерах отряда, уже удалялся прочь, но замедлился на болотистой местности, где даже оборудованная под вязкую грязь Сольпуга не могла двигаться слишком быстро. И это позволяло мне слышать их из безопасной точки, оставаясь для них полностью скрытым.
— Не пройдет — едва слышно ответил Сострадательный «кисель» — Если верить данным, то еще несколько лет и вместо селения появится малый городок… что притянет сюда еще сотни новых жителей. Но уничтожать мы права не имеем!
— Не имеем… а если… лишь поджечь с наветренной стороны, а когда самые шустрые ринутся в болота с другой стороны… мы лишь немного убавим их мерзкое количество, особый упор делая на самых малых — ведь их спасают первыми. Ну а затем мы уйдем, милостиво оставив жизнь в чадящей дикарской мерзости…
— Что ж… звучит удивительно мягкосердечно… — признал Сострадающий — Я, второй пилот боевой Черной Сольпуги, Сострадающий второго класса, возражать не стану, брат мой Карающий второго класса Ардитос! И заодно покажем нашим младшим соратникам на что способна Сольпуга при умелом управлении! Так наша миссия с проверкой принесет даже не двойную, а тройную пользу! И дабы проявить истинное милосердие, мы отберем среди младенцев минимум пятерых и унесем с собой, чтобы вырастить из них истинных Регуляторов! Сдерживание и Пресечение!
— СДЕРЖИВАНИЕ И ПРЕСЕЧЕНИЕ!
Шагающий впереди мех осел на задние манипуляторы и задрал передние к небу, словно принося клятву:
— СДЕРЖИВАНИЕ И ПРЕСЕЧЕНИЕ! ДА ПОЛЫХНЕТ ОГОНЬ!
— Да вот же мать вашу, членососы херовы — прошипел я, змеей выползая из смятой стальной коробки — С-сука!
Теперь оставить их в покое я не мог…
* * *
Хренососы останавливались трижды. Первые два раза ради выбора маршрута, для чего посылали вперед сначала дроны, а следом легких экзов для проверки почвы — даже средний мех пройдет далеко не везде, а утопить его также легко как наковальню. Окружение главной боевой единицы так натужно усиралось ради неё, что я окончательно удостоверился — в стальном пауке сидели крайне важные персоны. Эти остановки позволили мне не отстать от вражеского отряда и продолжить слушание их слащавых диалогов. Когда они остановились в третий раз, чтобы разобраться со вставшим движком лодки, я, окопавшись на новой позиции, понял, что так дело не пойдет.
Мне нет резона возвращаться к островному поселению, но и оставить все как есть я не могу — там дети, а эти твари отчетливо выразили свое желание позабавиться. И судя по словам и голосам некоторых бойцов они не прочь устроить охоту за девками помоложе, чтобы «порадовать» их перед смертью. Изнасиловать и убить матерей, выкрасть детей и превратить их в свое подобие… Я не страдаю высокой моралью, но на поселение их навел именно я… мне и расхлебывать.
Вот только мой экзоскелет для ног уже разрядился и недавно я вставил последние батареи. Лодки с багги и снаряжением уходят в обратную сторону, а что самое хреновое — даже убей я их прямо сейчас, это не отменит следующую карательную экспедицию… которая упрется в то же самое поселение. И если я каким-то чудом доберусь до мякотки внутри Сольпуги, тем самым прикончив кого-то очень важного, то тут вообще выжгут в округе все живое…
Это как раз тот гребаный случай, когда не следовало трогать меньшее зло, чтобы не накликать беду покрупнее. Не пристрели я тут тварь — она бы сожрала лишь одного из экипажа и то не факт и ушла бы на дно переваривать. Выживи тварь — не явились бы ответственные за нее регуляторы. Не тронь я их — они бы изучили подвешенную дохлятину, забрали бы имплантаты, убили бы парочку пьяных матросов и исчезли бы в болотах. И тогда на их поиски не явился бы гребаный поисковой отряд. Каждый мой шаг приводил к новым последствиям и вот он сраный эффект летящей с вершины снежной лавины, начавшейся с пинка по снежку…
