Да, — наконец отвечает он. — О ком-то очень конкретном.
Сердце колотится так, что я боюсь — он услышит.
— И... что ты собираешься делать?
Рейвен усмехается. Но в улыбке есть что-то грустное.
— Ничего. Пока она сама не решит, что готова.
— Готова к чему?
— К мужлану вроде меня, — он повторяет свою фразу из уборной.
И я понимаю.
Он говорит обо мне.
Всё это время. Он говорил обо мне.
— Рейвен, я...
— Спи, Элира, — он переворачивается на спину. — Завтра большой день.
Лежу. Смотрю на его профиль. На то, как вздымается и опускается его грудь.
Хочу что-то сказать. Что угодно.
Но слова застревают в горле.
Вместо этого я медленно протягиваю руку. Нахожу его ладонь на одеяле.
Переплетаю пальцы с его.
Рейвен вздрагивает. Поворачивает голову.
Смотрит на наши сцепленные руки. Потом на меня.
— Элира...
— Не отпускай, — шепчу я. — Пожалуйста.
Он сжимает мою руку крепче.
— Не отпущу.
И мы засыпаем так. Держась за руки. В огромной кровати. Под шум океана за окном.
Просыпаюсь от солнечного света, льющегося сквозь панорамные окна.
Сонно тянусь рукой в сторону — кровать рядом со мной пуста. Простыни на месте Рейвена совершенно холодные.
Он ушёл давно.
Сажусь, отбрасывая волосы с лица. Оглядываюсь по сторону, пытаясь понять, который час.
На прикроватном столике лежит записка, сложенная пополам. Аккуратный, чёткий почерк, который я уже начинаю узнавать:
"Отбыл налаживать безопасность в ангаре. Доминик распорядился доставить завтрак в номер. Жди сопровождения в 10:00. Не выходи одна. — Р."
Всё. Больше ни единого слова о вчерашнем вечере. О том, как мы засыпали, держась за руки в темноте.
Комкаю записку в кулаке, чувствуя странное разочарование. Потом разглаживаю её, стараясь не порвать бумагу. Аккуратно складываю. Прячу в сумочку, словно это что-то ценное.
Завтракаю на террасе, любуясь видом на океан. Свежие фрукты, только что испечённые круассаны, ароматный кофе. Но всё кажется безвкусным, словно я жую картон.
Ровно в десять утра в дверь номера стучат.
Открываю. На пороге стоят четверо охранников Доминика, все как один в чёрных костюмах. На поясах у каждого заметны кобуры с оружием.
— Мисс Стормвейд, — старший из них вежливо кивает. — Мы проводим вас в космопорт.
Спускаемся на лифте в полном молчании. Садимся в бронированный транспорт с затемнёнными стёклами. Машина несётся, окружённая двумя эскортными флайерами, которые патрулируют воздушное пространство над нами.
Усиленная охрана. Такая, словно я глава государства или ценный свидетель.
Ангар оказывается расположен на самой окраине космопорта, в промышленной зоне.
Заброшенное когда-то здание с высокими сводчатыми потолками. Ржавые балки пересекают пространство под самой крышей. Но внутри сейчас ярко — рабочие установили мощное временное освещение, которое заливает каждый угол.
Повсюду снуют люди. Рабочие в комбинезонах таскают декорации и строительные материалы. Техники в защитных очках протягивают толстые кабели. Кто-то с шумом монтирует подиум в центре пространства, и звук дрели эхом отдаётся под высоким потолком.
И посреди всего этого организованного хаоса стоит Рейвен.
Он в чёрной рубашке с закатанными до локтей рукавами, которая подчёркивает мускулистые предплечья. Тактический жилет поверх, плотно застёгнутый. Коммуникатор на запястье постоянно мигает уведомлениями. Он даёт чёткие указания охранникам, проверяет планировку помещения по голографической схеме, внимательно осматривает каждый угол и каждый вход.
Рейвен выглядит... потрясающе.
Собранный и уверенный. Полностью контролирующий ситуацию. Опасный в своей сосредоточенности.
Настоящий начальник охраны. Профессионал в своей стихии.
Наши взгляды встречаются через весь зал, разделённые десятками метров и снующими рабочими. Он замечает меня и коротко кивает. Профессионально. Отстранённо.
И сразу же возвращается к своей работе, поворачиваясь к одному из охранников.
Что-то болезненно сжимается где-то в груди.
Погружаюсь в подготовку с головой, стараясь не думать о Рейвене.
Декорации требуют постоянного внимания. Нужно грамотно установить проекционные экраны для световых эффектов. Подобрать правильные ткани для задника сцены, чтобы они дополняли валарийский текстиль. Создать ту самую неуловимую атмосферу роскоши и эксклюзивности.
Рассадка гостей превращается в настоящую головоломку. Кто где должен сидеть, чтобы не возникло конфликтов между светскими львицами. Как правильно распределить места, чтобы самые важные персоны были ближе к подиуму, но при этом никого не обидеть.
Модели ещё не прибыли, но их нужно будет тщательно подобрать, проинструктировать о специфике валарийской ткани, провести хотя бы одну полноценную репетицию.
От количества задач голова идёт кругом, а в висках начинает пульсировать от напряжения.
К обеду появляется Мира, буквально светящаяся от восторга.
— Коллекция почти полностью готова! — радостно заявляет она, подбегая ко мне. — Стабилизаторы работают просто идеально! Ткань держит форму, цвета переливаются как надо. Элира, это будет настоящая бомба!
Обнимаю её крепко, чувствуя прилив благодарности и облегчения.
— Ты настоящий гений.
— Знаю, знаю, — беззаботно хихикает она, отстраняясь.
Рядом с нами внезапно возникает Рейвен, появляясь словно из ниоткуда. Он складывает руки на груди и смотрит на нас обеих с абсолютно серьёзным выражением лица.
— Мисс Стормвейд, мисс Чен, — обращается он к нам подчёркнуто официально. — Нам необходимо обсудить дополнительные меры безопасности для завтрашнего мероприятия.
Мира театрально закатывает глаза, но послушно замолкает и принимается слушать.
— Абсолютно все гости без исключения будут проходить тщательное сканирование на входе, — начинает перечислять Рейвен, загибая пальцы. — Никакого оружия любого типа. Никаких необъявленных предметов в сумках или карманах. Модели будут проверены лично мной перед выходом. Весь обслуживающий персонал — тоже.
— Ты абсолютно серьёзно? — недоверчиво переспрашивает Мира, приподнимая бровь.
— Абсолютно, — твёрдо отвечает Рейвен и переводит взгляд на меня. — После вчерашнего инцидента не может быть никаких компромиссов в вопросах безопасности.
При упоминании вчерашнего вечера я невольно вспоминаю наш ночной разговор. Его тихие слова в темноте. Его проникновенный взгляд.
Торопливо отвожу глаза в сторону, чувствуя, как краснеют щёки.
— Хорошо, — едва слышно шепчу я, уставившись в пол.
Весь оставшийся день Рейвен находится где-то поблизости.
Он словно материализуется рядом, когда я забываю пить воду, и молча протягивает мне бутылку. Появляется с чашкой ароматного кофе именно в тот момент, когда я начинаю клевать носом от усталости. Вежливо, но непреклонно отгоняет особо назойливых рабочих, которые пытаются задать мне десятки вопросов одновременно. Строго следит за тем, чтобы я хотя бы на пять минут присела и отдохнула.
Он заботится обо мне. Внимательно. Трогательно. Как о настоящей принцессе.
Но при этом не говорит ничего личного. Старательно держит дистанцию между нами. Обращается ко мне
