не удивишь. Такие личности снуют в тех помещениях постоянно".
Что-то не давало мне успокоиться. Какая-то ассоциация со словом "доки".
"Блин! Так это же те самые доки, где произошел взрыв", — было первое, что я вспомнил. Однако это было что-то не то, в голове крутилось и что-то другое, но я никак не мог ухватить мысль за хвост.
"Что же это?" — и я вновь посмотрел на док, но у меня так и не возникло никакого точного понимания, что же вызвало мой опасения и сомнения. Тогда я последовательно начал просматривать весь путь, проследив его до второго выхода из туннеля. Он как раз упирался в ту самую переговорную комнату.
"Так вот же, — дошло до меня, — инженер упоминал техника, который погиб в доках и которому там, по идее, делать было нечего".
Я посмотрел на найденный туннель. "Что-то больно много вырисовывается совпадений, — констатировал я и решил: — Нужно будет при первой возможности проверить, пользуется ли кто-то этим ходом".
Следы того, что там кто-то периодически появляется, можно обязательно обнаружить. Пыль или ее отсутствие, грязь, оставленные вещи, ну или еще что-то, о чем я пока не догадываюсь, но что натолкнет меня, на понимание судьбы этого туннеля.
"Неужели этот техник по каким-то своим делам втихаря хотел проникнуть в доки во время проведения боевой операции?" — задался вопросом я.
И этот вопрос был не случаен. Только вот за ним сразу тянулась и цепочка совершенно других связанных с ним вопросов. Но вот зачем ему это было нужно? И знал ли об этом мой новый начальник? Или техник выполнял его приказ, когда попал под взрыв истребителя, устроенный мною? Или тут что-то еще? И почему это моя до сих пор дремавшая интуиция именно на последнем вопросе решила проснуться?..
— Не понятно, — мысленно произнес я, — но с этого момента надо бы приглядывать за этими учеными, слишком уж много совпадений, хоть они и лежат в совершенно разных плоскостях.
На этом я и закончил.
Через некоторое время. Бар "Дохлый пират"
Тем более как раз в этот момент со мной связался Гаал. Он сказал, что договорился с одним из бригадиров другой группы мусорщиков о том, что мы посмотрим на то, что у них есть.
Как обычно, встречу назначили в баре "Дохлый пират", видимо, для людей нашего уровня это было основное место встреч и развлечений, так как на верхние палубы линкора нам путь был закрыт, а другие бары хоть и были, но не пользовались такой популярностью из-за постоянных разборок между посетителями, устраиваемых там. Здесь же и кормили неплохо, и, как я понял, выпивка была приемлемая, не с офицерских столов, конечно, но за дополнительные деньги хозяин мог достать и ее. Ну и кроме всего прочего, тут собирались те, кто приходил в этот бар вести свои дела, а не поразмять кулаки. Хотя и вышибалы в баре были, несколько десантников из абордажников, которые подрабатывали тут в свободное от основной деятельности время. Вот и сейчас в баре было достаточно многолюдно. Линкор стоял на приколе и работали только сменщики, находящиеся на боевом посту, все остальные были в большинстве своем свободны и занимались чем хотели. Вот и получалось, что большую часть времени они на текущий момент проводили в заведениях, подобных этому.
— Вон он, сидит, — показал мне Гаал на крупного и коренастого темнокожего мужика, расположившегося за отдельным столиком. — У него в подчинении самая крупная бригада и есть свои собственные техники, но как мы поняли, есть и кое-что из того, что они не смогли осилить и восстановить самостоятельно. Я проверил через своих знакомых в мастерских, он хотел обратиться к ним за помощью, но там заломили за ремонт имеющегося у него оборудования такие несусветные деньги, что ему проще стало избавиться от него, — быстренько ввел меня в курс дела троглодит. — Мы с его людьми пересеклись у утилизаторов, когда они как раз и собирались переработать эти не восстановленные модули на компоненты, чтобы те не занимали место у них на складе. Вот я и предложил ему встретиться и посмотреть на то, что у него есть. Может, нас что-то и заинтересует.
Я кивнул, однако меня смутило несколько моментов в его рассказе.
— Про утилизатор это ты хорошо вспомнил, — сказал я Гаалу. — Значит, для них это оборудование не имеет никакой материальной ценности. Но вот про наш интерес к нему вы упомянули зря. Теперь, если он не дурак, то может зацепиться за это и заломить цены. — И я поглядел на темнокожего гиганта.
— Хотя, конечно, если он будет сильно зарываться, то мы спокойно пойдем в отказ. Нам-то особо этот товар не нужен. Однако если он согласится на вполне вменяемые условия, то коль уж мы вызвали его на переговоры, то и нам придется поторговаться и что-нибудь приобрести у него. Да и вообще, посмотрим на то, что там у него есть. Возможно, и правда найдем что-то интересное. В общем, поглядим. — И я замолчал, так как в этот самый момент мы как раз подошли к столику, за которым и сидел этот самый бригадир.
— Макс, знакомься, это Крогас, — представил нас Гаал. — Крогас, это наш техник, Макс.
Тот кивнул мне в ответ головой и указал на стулья напротив него.
— Так, говорите, вам интересно что-то из нашего оборудования? — Сразу перешел к делу тот.
Но я не хотел попадать в эту простую уловку и поэтому ответил:
— Нет, — отрицательно покачав головой, сказал я. — Как я понял, он, — и я кивнул в сторону Гаала, — и его парни ввели вас в некоторое заблуждение. По дороге он мне рассказал, что у вас уже есть собственные техники и они не смогли восстановить то, что вы хотите нам предложить. Так что и для нас это особо не интересно. Не думаю, что техник третьего ранга сможет справиться с восстановлением сложного оборудования, а как мне известно, у вас работают более квалифицированные специалисты.
Крогас хмуро посмотрел в мою сторону. И я, вроде как оправдываясь, постарался объяснить ему:
— Они, — и я, с сожалением посмотрел на Гаала, — должны были договариваться с теми, у кого нет собственных техников, не с такими мощными бригадами, как ваша. Так что тут вышла небольшая накладка.
Бригадир был достаточно разумным человеком и понимающе кивнул головой. Однако и отступать так просто он не собирался. Ведь не просто так же он появился здесь, видимо, и тут живут по принципу — с паршивой овцы хоть шерсти клок. Поэтому он произнес:
— Но я потратил время, — между
