делом посматривая в нашу сторону. А вот это уже то, чего ждал именно я, и в мою ловушку он все-таки попал. Теперь мне было за что зацепиться в нашем разговоре.
— Да, я понимаю, — сказал я ему в ответ, — и поэтому в качестве извинения мы готовы выкупить у вас все то, что вы собирались отправить в утилизатор, по цене на пять процентов большей, чем платят местные скупщики, приобретающие блоки концентратов стандартных смесей металлов. Думаю, это будет справедливо. Вас такое предложение устроит?
— Десять процентов, — быстро, даже не задумываясь, произнес бригадир.
Если названа первая цифра, то пошел торг. Значит, общий принцип его устроил, теперь идет дележка остатка, за который мы сейчас и торгуемся. Я отрицательно покачал головой.
— Нет, не пойдет, — глядя на него ответил я, — слишком большая сумма получается в качестве принесения наших извинении за это недоразумение.
Хотя, если быть честным и до конца откровенным, меня бы и десять процентов устроило. Ведь мы сейчас воюем не за полученные блоки концентратов стандартных смесей, а за то оборудование, что там может быть и что, возможно, у меня получится восстановить. Но все равно сразу соглашаться нельзя.
— Могу предложить шесть, — подключился к торгу и я.
— Тогда семь и по рукам, — произнес Крогас, глядя на меня.
Я задумался, делая вид, будто свожу концы концами.
— Хорошо, но тогда в качестве бонуса вы добавите нам что-нибудь из нормального работающего оборудования.
Теперь задумался бригадир.
— Согласен, — ответил он, — но на сумму не больше чем на тысячу кредитов.
Я подозрительно посмотрел на него. Что-то мне не нравился хитроватый блеск его глаз, да и сумму он предложил немаленькую, и как оценивать то, что мы приобретаем? Вроде парни говорили мне всего лишь об одном погрузчике.
"Так, стоп, — остановил я себя, — это они видели всего лишь один погрузчик, но вот сколько у этой бригады утильсырья, на самом деле они же не знают. И если этот Крогас готов подкинуть мне тысчонку в качестве бонуса, лишь бы я избавил его от всего этого хлама, то там его и правда гораздо больше, чем мне сообщил Гаал".
— Не пойдет, — ответил ему я, — я так понимаю, что слово я уже дал, и утильсырье мы у вас в любом случае будем выкупать. Но вот сколько его там, никто не знает, однако коль вы спокойно добавили тысячу как бонус, то получается, что его не так и мало. Поэтому не пойдет. Договоримся так, я возьму у вас любую деталь или две тысячи кредитов наличкой.
Я знал, что говорил. В рейде с наличкой туго. А вот деталь, модуль, оборудование может стоить и гораздо дороже. Но это знал и сидящий напротив меня человек, поэтому он крепко задумался.
— А ты не так глуп, — сказал он, обращаясь ко мне, — хорошо, пойдет. Но только остановимся на том, что ты берешь любой модуль, деталь или оборудование. Без наличности. Извини, ее не так и много, поэтому я не могу ею разбрасываться таким образом.
Я сразу кивнул, соглашаясь с ним.
— Пойдет, — подтвердил я нашу сделку, — а теперь, пожалуйста, передайте мне список оборудовании и его технические характеристики.
— Зачем? — удивился тот.
— Ну, я хоть человек и доверчивый, но так, во избежание, — ответил я ему, — мне необходимо знать, что у вас помечено как то, что вы готовы передать в утиль. Ведь с этого момента все это утильсырье чисто формально принадлежит нам. И мне нужно оценить, во сколько это обойдется.
Крогас посидел немного, но потом перекинул мне список. Я его быстро посмотрел и укоризненно поглядел на темнокожего гиганта.
— Не пойдет, — произнес я в ответ на полученный документ. — Он изменен буквально несколько секунд назад. Меня это не устраивает. Мне нужен документ, составленный как минимум за час до нашей с вами встречи. Вы уж извините, но вы тоже продали нам все, что на тот момент посчитали пригодным лишь для утилизации.
Бригадир пристально вгляделся в мое лицо и, слегка перефразировав один раз уже сказанную фразу, повторил:
— А ты не так прост, — сказал он мне и переслал новый документ. Я проверил дату его составления, дату внесения последней записи. Время внесения последнего изменения. Проверил, не изменены ли специально записи времени создания документа. Ну и для порядка проверил его контрольную сумму и наличие продолжений. В этот раз все было в порядке.
После этого чисто из интереса сравнил оба списка, пытаясь понять, что же старался скрыть сидящий напротив меня бригадир. Ага, понятно. Видимо, этот Крогас хотел немного смухлевать и самое ценное утильсырье быстро выкинул из общего списка. Кстати, оно само по себе нас не интересовало. Но вот зачем он это сделал, я не понимал. Хотя… И я быстро просмотрел цены на подобные концентраты стандартных смесей металлов, предлагаемые по линкору различными перекупщиками. Все ясно. У нас на корабле они гораздо дешевле, чем при реализации их где-то на планете или станции, сейчас же Крогас избавлялся от того, что занимало много места у них на складе и при этом разница в цене при продаже сейчас и в будущем, когда линкор встанет на прикол, была бы не велика. Тем более эта разница частично компенсировалась нашей надбавкой. Тогда как для очень дорогих концентратов стандартных смесей продажа их на станции или заводах была гораздо более выгодной, чем при продаже тут, на корабле, и там разница была бы значительно более существенной между предлагаемой там стоимостью и местными ценами.
— Угу, все в порядке, — ответил я. — Сейчас рассчитаю, сколько мы вам должны, и переведу деньги. Ну а потом подъедут парни и заберут наш товар.
Бригадир мусорщиков согласно кивнул головой.
— М-да, — посмотрел я на него, — не зря вы просто сходу согласились на тысячу, думаю, тут я прогадал? Ну да ладно.
Я проверил окончательную сумму.
— Сорок семь с половиной тысяч кредитов. Все верно?
Крогас, видимо, связался со своим бухгалтером.
— Смотри-ка, — удивленно посмотрел он на меня, — у тебя получилось даже на пятьсот кредитов больше, чем назвал мой человек. Так что все нормально.
— Хорошо, — сказал я и перевел деньги на указанный Крогасом счет. — Ну а теперь мне можно посмотреть то, что у вас есть в качестве нашего бонуса?
— Конечно, — согласился мусорщик, — это ведь чисто формально тоже уже ваше.
Получив деньги, бригадир значительно подобрел и относился к нам уже более дружелюбно, поняв, что мы не собираемся его надувать, я же начал просматривать переданный мне список уже на предмет того, что бы там могло меня заинтересовать.
— Слушай, — обратился
