Несколько минут Рейш молча смотрел на него. К сожалению, толстяк еще нужен им, но даже в таком состоянии опасен; несмотря на все свои показные страдания, он не переставал исподлобья следить за Адамом.
— Вудивер, — наконец объявил Рейш, — ты едва не погубил меня.
Огромное тело Айлы затряслось от рыданий; сейчас он казался омерзительным ребенком-переростком, дрожащим от страха перед наказанием.
— Хотите пытать меня, а потом убить?
— Ты читаешь мои мысли. Но у меня есть гораздо более важное дело: закончить строительство звездолета и возвратиться на Землю с сообщением об этой адской планете. Ради такой цели я даже откажу себе в удовольствии наблюдать за твоей смертью.
— Что ж, — как ни в чем ни бывало заявил Вудивер, словно разговаривал с деловым партнером, — тогда все остается по-прежнему. Уплати мне деньги, и мы продолжим работу.
Рейш от изумления вначале даже не нашелся, что сказать. Он засмеялся, ошеломленный потрясающей способностью толстяка мгновенно менять тон.
Но Анахо и Траз не были настроены на веселье. Субдирдир ткнул палкой в огромный рыхлый живот.
— Вспомни прошлую ночь! — мрачно сказал он. — Вспомни пытки током и плетеный кнут...
— Вспомни Дейна Зарра и его несчастных детей! — добавил юноша.
Вудивер бросил умоляющий взгляд на Рейша.
— Кто из вас здесь имеет решающий голос?
Адам медленно произнес, тщательно подбирая слова:
— У каждого из нас более чем достаточно причин для ненависти. Ты ведь не настолько глуп, чтобы рассчитывать на пощаду, и...
— Он узнает, что такое страдание, — процедил Траз.
— Ты останешься жить, — объявил Рейш, — но только для того, чтобы служить нашим интересам. Если прекратишь приносить пользу, я перестану тебя защищать.
В глазах Вудивера вновь показался холодный зловещий блеск.
— Хорошо.
— Я хочу, чтобы ты нанял компетентного главного техника вместо Дейна Зарра, и как можно быстрее!
— Такой обойдется дорого, слишком дорого, — отозвался делец. — Нам повезло с Зарром.
— Ты виноват в том, что его уже нет, — едва сдерживаясь, сказал Рейш.
— В жизни мы часто допускаем ошибки, — согласился Вудивер. — Да, это была ошибка... Однако выход есть: я знаю подходящего человека. Но предупреждаю: он стоит много, очень много цехинов!
— Сумма не имеет значения. Во-первых, нам нужен лучший специалист. Во-вторых, я хочу, чтобы ты снова вызвал сюда технический персонал. По телефону, конечно.
— Здесь не предвидится никаких затруднений, — дружелюбно улыбаясь, заявил Вудивер. — Работу выполнят быстро и четко!
— Ты должен немедленно организовать доставку всех необходимых материалов и оборудования, возместить расходы и выдать жалование.
— Что? — взревел Вудивер.
— Далее, — спокойно продолжал Рейш, — мы будем держать тебя здесь на цепи. За свое питание и пребывание на нашем попечении ты станешь платить тысячу... нет, лучше две тысячи цехинов в день.
— Платить? Вы, как видно, решили совсем доконать несчастного больного Айлу!
— Ты принимаешь наши условия? Если нет, я разрешу Анахо и Траза убить тебя: каждый из них предвкушает возможность поквитаться со своим мучителем.
Вудивер выпрямился.
— Я согласен, — произнес он важно. — Ну а теперь, раз уж приходится финансировать реализацию ваших бредовых идей и терпеть страшные убытки, надо скорее приступить к работе. Поверьте мне, день, когда вы, наконец, исчезнете навсегда, станет самым счастливым в моей жизни! А сейчас побыстрее освободите меня от цепей, чтобы я мог позвонить.
— Ты никуда не пойдешь. Мы принесем телефон, — объявил Адам. — Теперь скажи, где ты держишь деньги?
Толстяк в ужасе выпучил глаза.
— Деньги?! Не надо так зло шутить с бедным Вудивером!
В ангаре на краю солончаковых равнин Сивиша на маленькой табуретке примостился Айла Вудивер. Надетый на него железный ошейник соединяла с натянутым вдоль верха стены кабелем длинная цепь. Так он мог передвигаться, волоча ее за собой, от стола до каморки в углу, где он спал.
Айлу сделали пленником в его собственных владениях. Казалось, такая вдвойне ужасная ситуация должна вызывать у своенравного субдирдира приступы неистовой злобы. Однако он смирно сидел на табуретке; жирные ягодицы свисали, как вьючные сумки, а на лице застыла нелепая улыбка мученика.
Возле космического корабля, занимавшего большую часть помещения, стоял Адам Рейш и не отрывал взгляда от Вудивера. Странная безмятежность Айлы тревожила его гораздо сильнее, чем ярость, которую он ожидал увидеть. Остается надеяться, что такие бы планы ни строил коварный толстяк, он просто не успеет их осуществить. Наладка звездолета близилась к завершению; примерно через неделю Адам собирался покинуть древнюю планету Тчаи.
Вудивер развлекал себя плетением кружев; время от времени он подносил их к глазам и любовался рисунком — живое воплощение терпения и благодушия!
Вошел Траз. Он хмуро посмотрел на пленника и, верный нехитрой философии своих соплеменников, кочевников Эмблемы, потребовал:
— Избавься от него! Прикончи прямо сейчас, и конец!
Рейш неодобрительно хмыкнул:
— Он прикован за шею и ничего дурного нам не делает.
— Как бы не так! Забыл уже его фокусы?
— Я не могу убить без причины.
Траз презрительно буркнул что-то и, громко топая, вышел, выказав свое отношение к непостижимому мягкосердечию товарища.
— На сей раз я полностью согласен с нашим юным сыном степей: настало время жирной скотине получить по заслугам! — объявил субдирдир Анахо.
Вудивер, догадываясь о сути разговора, кротко улыбнулся. «А он похудел», — подумал Рейш. Некогда пухлые щеки болтались словно пустые мешки; большая верхняя губа нависала как клюв над острым маленьким подбородком.
— Ты только посмотри на его мерзкую ухмылку! — прошипел Анахо. — Дай ему только волю — сварил бы нас заживо! Уничтожь его немедленно!
Рейш попытался его успокоить:
— Через неделю мы улетим. Как он нам навредит, прикованный, беспомощный?
— Он Вудивер! Этим все сказано!
— Нельзя забить его, как скотину.
Анахо молча воздел руки и последовал за Тразом. Рейш зашел внутрь корабля и несколько минут наблюдал за погруженными в свою работу специалистами. Они занимались очень тонкой процедурой балансировки энергетических насосов. Адам ничем не мог им помочь. Технология дирдиров, как, впрочем, и их психология, были выше его понимания. Они целиком основывались на интуитивных посылках; в любом случае, поведение представителей этой диковинной расы свидетельствовало о полном отсутствии логики.
