Солнце уже зашло за горизонт и в зале зажглись находящиеся на потолке несколько длинных узких полос, дающих желтовато-зеленые фосфоресцирующие лучи. Мягкое свечение придавало некоторый уют большому помещению. Если не считать стул, на котором сидел Ульф, и располагавшийся на возвышении трон, слепленный, как и стены, из многочисленных сценок, в зале больше не было ничего из мебели.
Раскрылась двустворчатая дверь, встроенная позади трона, и в помещение вошел Император. Голое тело главного мимикрийца отличалось от остальных лишь своими размерами. Массивное, на полметра выше и в два раза объемнее, чем у стоящих здесь охранников и Хранителя усадьбы, оно говорило о том, что с аппетитом у Императора все в порядке. Короткими шагами, не торопясь, он проследовал к трону и занял свое место. Он обратил свой взгляд на Ульфа, и его тело стало менять облик, имитируя Смотрителя. Охранники, поддавшись какому-то древнему инстинкту, тоже стали менять тела, но Император зло посмотрел на них и те вновь приняли свою природную форму.
– Почему? – произнес главный мимикриец, закончив трансформацию. – Я не спрашиваю: как? Это я просмотрел на записи. Ответь только, зачем тебе надо было это делать?
Хакеннен молчал.
– Я использовал мое эксклюзивное право воспользоваться телепортером, – продолжил Император. – И, оказавшись здесь, выясняю, что мой тринадцатый сын не найден, а Смотритель маяка убивает Главного Чистильщика, вместо того, чтобы совместно с ним заниматься своими прямыми обязанностями. Найти моего сына и скрыть следы его пребывания здесь. Ты считаешь, что я могу простить тебе это? Отвечай! Я приказываю!
– Я считал, что все происходящее – заговор. И делается лишь для того, чтобы избавиться от меня, подставить или, возможно даже убить.
– Ты думаешь, что являешься человеком, ради смерти которого, надо было бы затевать похищение моего сына?
– Да, я так считал. Но теперь понял, что ошибался.
– Считаю нужным сообщить вам, Император, – вмешался в разговор Хранитель усадьбы. – Смотритель маяка был не себе, у него явные признаки паранойи, связанные, скорее всего, с постоянным употреблением алкоголя.
– Идиот!.. Я правильно произношу это слово? – Император посмотрел на Склане и тот в ответ качнул головой. – Мне нужны специалисты, разбирающиеся в нравах этой планеты для поисков Винпулькера. Но один из них идиот, а другой убит этим идиотом. И как же я должен поступить?
– Император, – произнес Хранитель. – Я нахожусь на этой планете большую часть своего существования и неплохо информирован о жизни во многих государствах. Интересовался политической и экономической обстановкой в России. Это – государство, которое постоянно тревожит всю планету своими выходками. Думаю, вы должны взять меня на поиски Винпулькера. Смотрителя же надо отправить на лечение, и лучше всего это сделают на Флонге.
– Ты уже выучил этот русский язык?
– Да, очень давно.
– Вот и отлично. Мне, пока я ждал прибытие Смотрителя маяка и Главного чистильщика, тоже пришлось пройтись по двум обучающим программам. Теперь я владею местным международным, так называемым английским, и также русским. Но все равно считаю, что нам надо взять Смотрителя маяка с собой. И снимите с него наручники. Видно же, что он не опасен.
Один из охранников нажал на кулон, висевший на его шее, и желтый туман, окружавший кисти Хакеннена, исчез.
– Примените все нужные для этого случая препараты и полностью лишите его спиртного и аналогов. Завтра, при восходе звезды, мы отправляемся на ближайшую от места падения спасательной капсулы базу. Сделайте все приготовления и предупредите Старшего той базы. И еще, вы убедили меня, Хранитель усадьбы. Вы полетите со мной. И на этом мы закончим разбирательство поступков позорного подданного, – Винпулькер указал пальцем в сторону Ульфа, – моей империи.
Глава всех мимикрийцев встал с трона и направился к выходу из зала. Хранитель усадьбы принял форму Хакеннена. Охранники тоже, видя, что Император удалился, стали изменять тело, копируя Смотрителя маяка.
– Пойдемте, Ульф, я покажу вам комнату, в которой вы будете отдыхать, и советую вам хорошо выспаться, иначе Император вас ликвидирует.
– Что значит для меня смерть, когда честь династии Хакенненов потеряна.
– Прекратите ныть, Ульф. Возможно завтра вы восстановите свою, поруганную вами же, честь. Все в ваших руках.
Смотритель маяка нащупал свою кобуру и, обнаружив, что оружие по-прежнему там, подумал: «Все в моих руках».
Когда Ульф встал со стула и, поправив любимую фуражку, направился в сторону дверей, за ним проследовали три двойника, но лишь он один из четырех совершенно одинаковых особей имел на теле одежду.
19 октября. Россия. 25 км южнее г. Сухой Лог. 8-25. Время местное.
Орлов проснулся оттого, что сильно замерз. Он лежал, свернувшись калачиком и дрожал от холода. Снаружи доносился какой-то шум и треск горящих сучьев. Григорий выполз из палатки. Светало. Утреннее небо пока еще не охватили лучи солнца. Где-то недалеко слышался ритмичный стук дятла. Жухлая трава покрылась влагой. Сильно пылал костер и жар от огня горячей волной хлынул прямо в лицо Григория. Стоящий возле полыхающих сучьев Винпулькер помешивал что-то в котелке, не боясь при этом обжечься. Сэмплер прошел за палатку и, помочившись на трухлявую березу, вернулся к костру и протянул руки ладошками вперед.
– Что готовишь? – спросил он хриплым голосом и прокашлялся.
– Две банки пообедать. – Двойник указал пальцем на пустые жестянки, валявшиеся недалеко от него.
– Гуляш, – произнес Григорий, определив по этикеткам.
Сэмплер присел возле костра и вдруг стал лихорадочно хлопать себя по карманам и, просунув правую руку во внутренний карман куртки, достал оттуда квадратную дискету.
– Черт, совсем забыл о ней, надо немедленно ее спрятать.
– Что это? – спросил Винпулькер.
– Лучше тебе пока не знать. Это может обернуться сплошными неприятностями, и поэтому я пока не буду говорить тебе, что это такое, и зачем мне оно нужно. Согласен?
– Согласен.
– Ну, тогда я пойду, спрячу это где-нибудь, а ты забудь, что вообще видел эту штуку. Договорились?
– Договорились.
Григорий обследовал рюкзак и, найдя небольшой полиэтиленовый мешочек, в котором вчера лежали ложки, положил туда органическую дискету. Недалеко от костра он увидел лежащий промасленный кусок бумаги, в которую при продаже были упакованы части печи, и завернул в него пластиковый пакет. Потом Сэмплер перевязал все это шнурком, выдернутым из рюкзака, и направился искать место для тайника. Обнаружил он то что надо на самой верхней части возвышенности. На расстоянии около трех метров от земли в стволе сосны находилась дупло-трещина. Григорий вскарабкался на дерево, цепляясь за жесткую кору руками и коленями. Втолкнув сверток в пустое пространство ствола, он оттолкнулся от ствола, спрыгнув вниз, но не удержался на ногах и сел на землю.
