заклинаний, которые взаимодействуют с этим измерением. Но они очень затратны на Парифате. Крайне тяжелы. Проникнуть же в мир отражений во плоти я не могу вовсе. В мире, где мы были в прошлый раз, что-то среднее. Ближе, чем здесь, но не столь доступны, как на Земле. Наконец — в этом месте… Я уже встречал такое. Это как дно ручейка. Еще не прорыв в явь, но коснуться — только руку протяни.
— И что это значит для нас? — Кларна решила уточнить.
— Для Парифата снаружи — ничего. Cистема безопасности тут на уровне. Стоит запечатать всю систему снаружи — и этот кусок пространства будет жить своей жизнью. Зеркаль рассосется или заберет его. Не важно. Для нас же… Внизу нас ждет много интересного. Я расскажу про первые два слоя Тафипы, чтобы вы были немного в курсе.
Глава 30
— Тут никого нет?.. Совсем? — тихо спросила Кларна. Её голос эхом разнесся по узким коридорам комплекса. Вокруг была пустота. В смысле, только тела на входе около ворот нас и встретили. Но больше ничего. Ни одного тела, человека… Хотя бы мышка какая-то проскочила! Конечно, крыс тут не водится, но все же.
— Мне не нравится здесь. Словно что-то наблюдает за нами… — Джемма поморщилась.
— Я не чувствую, — Кларна покачала головой.
— Попробую начитать Пронзительный Взор. Он многое показывает из сокрытого.
— Ты разве им владеешь?
— Да, я не говорила?..
Мы шли уже больше десяти минут, но кроме гула собственных шагов и редких потрескиваний магических барьеров, закрывавших входы в некоторые помещения, ничего не слышали. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом тяжелых благовоний, напоминающих плесень и чего-то… неестественное. Словно дышишь туманом, воображенным кем-то посторонним. Как будто ненастоящим порождением чужого ума или фантазии. Это было нормальным на первом плане зеркали, я даже внимания на такую мелочь не обращал, когда гулял по этому слою, но мы все еще были в реальности, опасно близко приблизившись к границе небытия. Некоторые стены были покрыты инеем, а температура падала в некоторых местах до неестественно низких значений. Это вроде бы было нормально для некоторых зон, но зон огороженных. То, что такие аномалии появились в коридорах, означало, что часть чар внутренних помещений вырвалась в общее пространство. Тонкие налеты кристалликов льда переливались и блестели в свете магических светлячков, которые держали над нашими головами Ортинум и Магнус. Некоторые места были неестественно тусклыми. Чары, отвечающие за освещение, не работали или работали странно. Так что мы тащили пару светлячков над головами.
— Тише, — прошептала Джемма, остановившись и подняв руку. Ее глаза, светящиеся в полумраке светло-сиреневым мерцающим отсветом чар пронзительного взора, были устремлены вперед. — Что-то не так.
— Опять твои предчувствия? — Судя по голосу, Магнус усмехнулся, но его голос звучал напряженно. Он сжал кулак, и между пальцами пробежали искры молний.
— Она не ошибается, — вмешался Джеремус, его голос был сухим, как шелест опавших листьев. И я его таким не видел почти никогда. Он был сосредоточеннее, чем обычно, напряжен и словно был высушен. Кожа приобрела пергаментный оттенок, черты лица заострились, глаза словно остекленели. Аура стала густой, желтовато-зеленой, но это была не та зелень, которая обычно шелестит в кронах цветущих деревьев. Нет — это могильное зеленоватое марево, которое иногда появляется над неправильно упокоенными телами посреди предрассветных сумерек. Вот, как ощущался Джеремус в данный момент. Я хотел обратить на это внимание, но Ортинум явно присмотрелся к товарищу и ничего не сказал. Командиру доступны личные дела членов отряда, а мы сами о прошлом друг друга знали не так уж и много. Какие-то разговоры и намеки, но спрашивать в ЭКЧ слишком много про других бойцов не принято. Так что, видимо, все нормально. — Здесь слишком тихо. Слишком… пусто. Эфир одноцветный. Вы не чувствуете? Словно мы в толще чистой каменной породы или погружены в воды океана. Все однородное. Что бы друг от друга не отличалось — имеет общую природу.
— Пусто? — Лойн, стоявший чуть позади, провел рукой по стене, и тонкий слой льда мгновенно покрыл ее поверхность. — Здесь что-то есть. Я чувствую… холод. Не мой, — голос звучал отстранённо, будто он говорил не с нами, а с кем-то другим.
— Зеркала, — я покачал головой. — Они повсюду. Мы и есть в толще океана. Только не того, который привычен нам. Чем дальше идем, тем тоньше грань между нереальностью и явью. Я вообще не уверен, что мы все еще в яви. Словно пузырь, который стоит только ткнуть пальцем — и он лопнет глубоко под водой.
— Что эти умники тут такого делали? — хмурое лицо Кларны контрастировало с её обычным поведением с налетом легкой стервозности. Даже она прониклась атмосферой неопределенности. Теперь не только Джемма — все мы чувствовали, что что-то не так. Словно мы под чьим-то взглядом. Но пустые коридоры так ни о чем и не говорили. Ни о том, что тут произошло, ни о том, куда все подевались — трупов на входе точно было недостаточно для такого большого комплекса. — На инструктаже говорили готовиться к демонической скверне и некротическим противникам. Якобы здесь занимались демонологией и некрохимерологией.
— Ты забыла магические вирусы, — Иртан издал какой-то странный звук. То ли кхекнул, то ли хихикнул. — Те самые, которые должны превратить весь Парифат в полчище безумных мутирующих чудовищ, кидающихся на всё, в чем есть хотя бы частичка демонических эманаций.
— Драконов, предположим, они бы не затронули… — Иртан осекся: спиральный коридор, который пологим склоном вел вниз комплекса и предназначался для использования в качестве аварийной трассы, не имел ни препятствий, ни замыкающих механизмов, хотя все выходы из него и вели либо во второстепенные лаборатории, либо на склады — все переходы в общие зоны каждого из этажей как раз таки оборудовались системами защиты посерьезнее — стал выпрямляться после очередного поворота.
— Командир… — Магнус впервые на моей памяти был неуверен.
— Командир, что-то не так? — Первой подала голос Джемма, смотря на вставшего Ортинума. Он смотрел на часть прямого коридора, выходящего из-за поворота. Так-то мы прошли не столь уж много — этажей шесть-семь. Двигались медленно, потолки тут очень высокие, даже второй слой мерности пространства вопреки традициям архитектуры Парифата встречался не всегда. И уж точно не на аварийной трассе. Так что, несмотря на почти пятнадцатиминутный
