утром завалится спать после проведённой в «Ноте» бессонной ночи.
Ни Мичурин, ни Дроздов не захотели сегодня поехать вместе со мной в Средний Кисловкий переулок. Колян сообщил, что вечером «зависнет» на третьем этаже в комнате Персика. Василий объявил, что в наше отсутствие «посторожит» комнату — в компании Ксюши. Я парней не уговаривал. Потому что мне их шумная компания в редакции журнала «Нота» была без надобности.
* * *
Общежитие уже привычно гудело вечерними посиделками, когда я с тремя банками пива в позаимствованном у Васи рюкзаке отправился сочинять третью главу своего романа. Дроздов к тому времени уже давно ушёл. Мичурин и Плотникова ворковали, сидя за столом — они радостно попрощались со мной и заперли дверь комнаты на ключ. Около перил лестницы дымили сигаретами третьекурсники из шестьсот второй комнаты. Мы с ними перекинулись дежурными приветствиями. На пятом этаже я едва ли не нос к носу столкнулся с Наташиными соседками по комнате: с Ольгой Старцевой и Валей Лесонен. Девчонки при виде меня радостно вскрикнули, обступили меня с двух сторон. Заявили, что направлялись ко мне.
Взгляды девчонок мне показались встревоженными.
Я спросил:
— Что у вас стряслось?
— Максим, там Аркашу Мамонтова избили! — сообщила Валентина.
— Старшекурсник ему нос разбил! — пожаловалась Ольга. — У Аркадия всё лицо в крови!
Девчонки схватили меня за руки.
— А если подробнее? — сказал я. — Кто его избил? Почему?
Лесонен и Старцева заговорили одновременно. Обрушили на меня шквал информации. Говорили они торопливо, но многословно. При этом упорно тянули меня в сторону лестницы. Я пошёл за девчонками: мне с ними было по пути. Вычленил из их рассказов конкретные сведения. Со слов девчонок получалось, что в комнате костомукшан-первокурсников на четвёртом этаже сегодня состоялись очередные посиделки. Студенты «пили пиво, слушали музыку». С четверть часа назад староста моей группы вместе с другими парнями вышел на перекур: в умывальную комнату. Там они столкнулись со старшекурсниками. Мамонтов поспорил на не выясненную мной тему с «толстым парнем». Парень спор проиграл. Но ударил Аркаше кулаком в нос.
— У Аркадия всё лицо в крови! — повторила Старцева.
— Ужас, — произнёс я. — А Мамонтов ему куда врезал?
Лесонен всплеснула руками.
— Аркаша с ним не дрался! — сказала она. — У него же кровь идёт!
Я пожал плечами и посоветовал:
— Так умойте его. Смочите перекисью вату и вставьте ему в нос. От меня-то вы чего хотите?
Ольга и Валентина растерянно моргнули.
— Как это чего? — хором удивились они.
— Ты же Сержант! — сказала Старцева.
— Тот парень ударил нашего старосту! — сказала Лесонен. — Ни за что! Максим, дай ему по зубам!
— С какой стати? — спросил я.
— Он Аркашу ударил, — повторила Ольга.
Я пожал плечами и предложил:
— Так пусть Аркаша даст ему сдачи. Хорошенько так. Со всей дури. Кулаком в нос. Чтобы у того толстого парня тоже кровь пошла. Нос за нос, так сказать.
Мы спустились на четвёртый этаж. Я увидел студентов, толпившихся в конце коридора около комнаты костомукшан-первокурсников. Услышал их встревоженные голоса.
Валентина усмехнулась.
— Мамонтов не умеет драться, — сказала она. — Максим, у тебя это лучше получается.
Я кивнул и согласился:
— Неплохо получается.
Пообещал:
— Обязательно врежу тому толстяку. Если он на меня замахнётся.
Высвободился из рук девчонок и направился к ведущим на третий этаж ступеням.
Девчонки ринулись за мной следом.
— Максим, ты куда? — спросила Лесонен.
— Этот парень вон там! — сообщила Старцева и указала пальцем в конец коридора.
Я улыбнулся и заявил:
— Передайте этому толстяку, что я его осуждаю. Решительно. От всей души.
Сказал:
— А по морде этому парню надаёт Аркаша. Он ведь мужчина. Разве не так?
* * *
Сегодня мне повезло: я подошёл к двери редакции уже после того, как камера над ней повернулась в «разрешающее» положение.
Поднялся на второй этаж, в качестве входного билета вручил Гарику банки с пивом. Включил компьютер, обсудил и Игорем последние новости (в основном они касались новинок автомобилестроения и компьютерных игр — политику мы упомянули лишь вскользь).
«Готов служить, милорд», — сообщил тоскливый голос из стоявших перед Гариком на столе колонок.
Игорь отвлёкся от разговоров, погрузился в игру.
Я запустил текстовой редактор и напечатал: «Глава 3».
* * *
Третью главу я писал дольше, чем предыдущие.
Завершил работу почти в семь утра.
В университет приехал вовремя. С рюкзаком за плечами, где лежала папка с распечатанной на бумаге новой главой и с дискетой. Прогулялся к информационному стенду, который находился около деканата нашего факультета. Узнал, что первым уроком сегодня была история (лекция). Вошёл в лекционную аудиторию, поднялся на привычное место. Чувствовал себя превосходно, несмотря на бессонную ночь (активировал «Второе дыхание»). Кивнул парням из группы ГТ-2–95. Заметил, как в аудиторию вошли Наташа Зайцева и Ксюша Плотникова. Зайцева улыбнулась, поприветствовала меня ещё у входа взмахом руки.
Наташа и Оксана поднялись к моему ряду. На галёрку они на этот раз не пошли — уселись рядом со мной. Я вдохнул запах Наташиных духов, увидел ямочки на Наташиных щеках.
— Написал? — спросила Зайцева.
Уточнила:
— Третью главу.
Я кивнул и сообщил:
— Разумеется. Двадцать две тысячи знаков. Как с куста.
Наташа покачала головой.
— Молодец, — сказала она. — Мне бы так. Покажешь?
— Сейчас?
Зайцева пожала плечами.
— Так история же, — сказала она. — Ничего нового не будет. Я это всё ещё в школе проходила.
Улыбнулась и сообщила:
— Конспект потом у Ксюши перепишу.
Я вынул из рюкзака папку и положил её на столешницу перед Наташей. Зайцева нетерпеливо распустила на папке завязки и вынула оттуда тонкую стопку серой бумаги. Я коснулся взглядом надписи «Глава 3», но тут же поднял глаза. Потому что заметил явившуюся в аудиторию группу студентов. Взглянул на налившийся краснотой опухший нос Аркаши Мамонтова. Встретился взглядом с Аркашиными глазами — мне почудилось, что староста группы ГТ-1–95 сейчас целился в меня из крупнокалиберной снайперской винтовки и уже предвкушал, как вот-вот разлетится на куски моя простреленная черепушка.
Я вопросительно вскинул брови.
Мамонтов нахмурился, опустил взгляд и направился к ступеням. Он прошёл мимо моего ряда, не свернул на своё обычное место. В сопровождении свиты из пятерых моих одногруппников он поднялся на галёрку: туда, где вчера и позавчера сидели Наташа Зайцева и Оксана Плотникова.
