ярл. Причем повязанный с нами родственными узами. Все лучше, чем иметь дело с бандитами и контрабандистами. Но чтобы делать какие-то выводы, нужно знать что там, — боярин кивнул на лежащую с края стола папку.
— Именно, — кивнул Юрий Мстиславович. — Документ сложный. Чтобы его обсуждать предметно, нам нужно время на детальное изучение. Курьер сообщил, что Рогнеда и Наталья прибудут для официальных переговоров по этому проекту недели через две-три, в конце травеня или в начале изока.
— А сам ярл? — приподнял бровь Великий князь, в комнате повеяло звериной мощью. — Решил спрятаться за юбки жен? Или считает себя выше нас?
— Сам ярл, Ингвар, полетит в Великую Степь, договариваться с Абылаем, а оттуда направится в Таврию, к Евпаторам, — ответил Лобанов. — Об этом он так же заранее уведомляет нас через спецкурьера. Видимо, предвидя твою реакцию, — усмехнулся князь Юрий. — Пограничье развивается так стремительно, что я едва успеваю читать сводки. И меня, признаться, сильно нервирует то, как легко он приобрел у Империи дирижабли через тех же Евпаторов. У него теперь своя воздушная флотилия.
Ингвар досадливо поморщился и плеснул себе еще настойки, успокаиваясь. Олег, до этого молча слушавший старших, не удержался от легкой, понимающей улыбки:
— Не надо было волокитить продажу наших старых «Соколов», когда он просил. Хотели осадить выскочку, не давать ему слишком много независимости, а в итоге имперцы сыграли на опережение и положили золото в свой карман! При этом показав себя более надежными и договороспособными партнерами, чем мы. Я ведь предупреждал, что так и будет. Если Рагнару что-то нужно, он это возьмет. Не у нас, так у наших врагов.
Великий Князь прожег сына суровым взглядом.
— Ты его слишком идеализируешь, Олег. Да, он полезен. Но его независимость и непредсказуемость — это пороховая бочка под троном. Подумай лучше о том, что, когда ты сядешь на мое место, эта головная боль достанется тебе по наследству! И ты еще взвоешь от его выходок.
Олег ничуть не смутился. Он взял свой бокал, салютуя отцу:
— Дайте мне сотню таких «головных болей», батюшка, и, опираясь на них, я за пару лет возрожу Великую Росскую Империю.
По комнате прокатился одобрительный смешок. Даже суровый Бежецкий хмыкнул в усы.
— Ладно, Император ты наш будущий, — усмехнулся Ингвар. — Вернемся на землю. Молчан, что там со сводками по столицам? Мне докладывали о какой-то возне в трущобах?
— Возня есть, Государь. Эмиссары Рагнара ведут агрессивную вербовку среди беспризорников в Або и Новгороде…
— Опять этот Рагнар, чтобы его йотуны себе забрали!
— Мы сами разрешили ему набирать людей в трущобах, — пожал могучими плечами Молчан, ни капли не смущаясь под недовольным взглядом Великого князя.
— Знаю, — раздраженно буркнул Ингвар, — продолжай!
— Работают жестко, забирают самых способных, отбраковывают шлак. Группа из тех человек — некие Белый, Возгля и Яр. Действуют грамотно, на рожон не лезут, в криминальные разборки не вступают и плотно координируют свои шаги с местными отделениями «Ока», чтобы не светиться.
Лобанов с тихим стуком поставил бокал на столик и покачал головой, в его голосе проскользнула странная смесь отцовской гордости и профессиональной горечи:
— Знаете, что самое паршивое? Я чувствую, что моя собственная дочь меня скоро окончательно обойдет.
Ингвар удивленно посмотрел на старого друга:
— Юра? С чего такие выводы?
— С того, Ингвар, что Наталья сейчас занимает при Рагнаре ровно то же место, что я занимаю при тебе, — Лобанов горько усмехнулся. — По факту, сейчас и в Новгороде, и в Або работает ее агентурная сеть, делая мою работу. Она выстроила ему собственную службу безопасности. И мне, своему отцу и бывшему начальнику она об их операциях не докладывает ни слова. Она больше не сотрудник «Ока». Она — Раевская.
Великий Князь задумчиво выпил настойку, покатав ее на языке, и разочарованно кивнул.
— Ожидаемо. Они почувствовали вкус реальной власти. Встать у истоков нового Великого Рода, подмять под себя богатейший дикий край… Кто бы отказался?
— Верно, — согласился Белозерский. — Наталья, Рогнеда, да и эта эллинка… Девочки амбициозные, с прекрасным образованием, воспитанные управлять. Но вот загадка, друзья: почему они так быстро и безоговорочно прогнулись под вчерашнего простолюдина? Гордость бы не позволила.
Бежецкий, до этого задумчиво молчавший, иронично усмехнулся.
— А он не простолюдин, Никита. И девочки наши это быстро поняли.
В кабинете повисла плотная тишина. Ярослав Всеволодович обвел друзей взглядом.
— Вы же видите, как он держится. Как сражается. Как подчиняет себе Пограничье. Да и вот это, — он показал на папку, — явно не уровень простолюдина, пусть даже талантливого.
— Это может быть работа его жен, — покачал головой Белозеров.
— Технически — так оно и есть, — согласился князь Юрий. — Документы готовила Анастасия. По имперским стандартам. Но идеи… — Лобанов покачал головой, — то, что предлагается здесь, не делал до этого никто. Может быть до катастрофы и существовало нечто подобное, но об этом надо спрашивать у специалистов…
— Займись! — коротко распорядился Великий князь.
— Уже озадачил финансовую академию.
Ингвар кивнул и уставился тяжелым взглядом в Бежецкого. На что тот только развел руками:
— Вы сами убеждали меня, что возможно он представитель Древней крови.
— Возможно, но это не проверяемо, — дернул щекой Ингвар. С одной стороны представитель старой росской аристократии с мощным даром лояльный Княжеству и лично Великому князю, еще и друг Наследника — отличный козырь во внутриполитической борьбе. А с другой, кто знает, что на уме у этого Раевского? Древние были не просты и умели интриговать так, что современным политикам и не снилось. Может поэтому и довели Мидгард до катастрофы.
— Наши дочери не дуры. Они что-то знают о муже, чего не знаем мы.
— Дарина считает так же, — как бы невзначай бросил Юрий Мстиславович.
— Вот как⁈ — в удивлении вскинул брови Ингвар. — Почему не доложил?
— Бабью дурь? — усмехнулся Лобанов.
— Вы с Дариной всю жизнь будете вспоминать мне глупость юности.
— А что случилось? — любопытно сверкнул глазами Олег.
— Не твое дело! — тут же рявкнул Великий князь, своей яростью вызвав смех друзей.
Олег посмотрел на Лобанова, на что тот только развел руками и, сделав грозное лицо, кивнул на отца. Впрочем, и так понятно, что была у Дарины с Игваром какая-то давняя история, где Великий князь обидел женщину. А княгиня Лобанова не тот человек, чтобы простить и забыть. Даже Великого князя. Даже друга семьи. Злости она не затаила, а вот в таких мелких шпильках и подначках себя не ограничивала.
— И все же? — Великий князь посмотрел на Юрия Мстиславовича. Тот лишь пожал плечами:
— Не знаю. Девочки молчат. А Дарина… Даря сказала, что Наташа в самых надежных руках на
