её, ни меня, чтобы потом не метаться между женой и родителями, а жить в гармонии со всеми.
— Женщины… — вздохнул ротмистр. — Как же у вас всё запутанно… Но я прислушаюсь и к этому вашему совету. И кажется… Кажется, я только что заслужил поцелуй за такую покладистость. Не находите, моя прекрасная Дульсинея?
— Какой же вы, Юрий Донкихотович, правильный вымогатель! — рассмеялась я и с превеликим удовольствием подарила “награду”.
Наверно, так бы до вечера и просидели, наслаждаясь обществом друг друга и ведя шутливые, вперемежку серьёзными темами разговоры. Но неожиданный звонок в дверь заставил отвлечься от приятностей. На пороге стоял один из секретарей Победоносцева.
— Извините за вторжение, — серьёзно проговорил он. — Только что поступило известие о скверном событии в доме купца Вахромеева. По всем признакам буйный бесноватый проявился. Господин ротмистр, госпожа Бесова, необходимо ваше присутствие. К боеспособным жандармам из вашего отряда уже направили гонца. Подкрепление тоже ожидается. Встретитесь с ними около дома купца.
— Вахромеев? — нахмурился Саблин. — Я шапочно знаком с ним. Сам Алексей Алексеевич одержимым стал? Странно. Тихий же человек, мухи не обидит.
— Никак нет. Не он. Кто-то из близких. Но есть жертвы… Возможно, не последние.
— Жертвы? Выезжаем немедленно! — воскликнула я, прерывая ненужный разговор. — Анфиса! Дубинку мне!
40
Крытый экипаж Юрия ожидал нас неподалёку. Как только заскочили в него, кучер тут же щёлкнул кнутом, и мы на всех парах… если, конечно, такое выражение применимо к лошадям, понеслись к дому купца.
— Ну вот, Ирина, Петровна... Только вы пожаловались, что мало бесноватых обезвредили, как тут же они дали о себе знать, — мрачно произнёс ротмистр, доставая из-под сиденья свою дубинку и странный продолговатый кожаный футляр с ручкой.
— Да, — вздохнула я. — Мысли бывают материальны. Поосторожнее с ними надо. А что это у вас такое?
— Обещанный чехол для вашего оружия. Буквально утром забрал и запамятовал сразу с собой взять. Не желаете ли примерить?
Естественно, я желала. Быстро от шали освободив дубинку, запихнула её в футляр. Чётко по размеру!
— Смотрите, — начал пояснения Юрий. — Вот здесь под ручкой небольшая кнопка. При нажатии на неё саквояж моментально раскрывается, и вам не нужно тратить драгоценное время на замки. Именно этот механизм является самой сложной частью, из-за которой моему мастеру пришлось изрядно повозиться. Но вещь надёжная!
— Прекрасно! — довольно ответила я, несколько раз открыв и закрыв футляр. — Очень нужная вещь в моём хозяйстве. И элегантная к тому же. А то с этой шалью, действительно, немного нелепо выгляжу. Спасибо! А теперь рассказывайте про вашего купца. Вернее, его дом больше интересует. Сколько этажей? Какие входы-выходы есть? Задний дворик присутствует?
— Со своим подворьем двухэтажный дом на Васильевском острове. Ничего примечательного, так что правильное оцепление на случай бегства бесноватого выставить несложно. Говорят, Алексей Алексеевич Вахромеев хотел его продавать и переезжать в более приличный район. Но теперь, чувствую, на такой дом желающих не найдётся. Слухи по городу распространяются быстро, и мало кто из людей с деньгами захочет жить в месте со скверной историей.
По домочадцам плохо осведомлён. Знаю, что есть жена и трое детей. Слуги тоже имеются, но о них узнаем по приезде. Как и про нашего одержимого. Главное для вас, Ирина, что?
— Что? — не поняла я.
— Не лезть вперёд меня и жандармов! Ваша основная задача — понять, действительно ли перед нами одержимый бесами. Но это лучше всего сделать после захвата его. Ну а дальше уже решим, в какую тюрьму отправлять: для простых душегубов или нелюдей. Так что просто стойте на расстоянии. Очень прошу. А то вы всегда оказываетесь в самой гуще событий.
— Но ведь всегда же с пользой? — улыбнулась я.
— Без сомнения. Только каждый раз у меня сердце останавливается, когда вы рискуете собой. Пусть лучше мне шею свернут, чем вы пострадаете.
— Эгоист вы, Юрий Александрович! Я же за вас не меньше переживаю! Но уговорили: постою рядышком. Только если какой-нибудь бесноватый городовой вас опять душить станет, то не обессудьте! Я барышня нервная, поэтому бью со всей силы любого, кто на моё покусился.
- “Моё”? — слегка улыбнулся ротмистр. — Смею надеяться, что это относится ко мне? Приятно слышать. Но мы ведь с вами договорились? Точно раньше мужчин геройство проявлять не будете?
— Когда я вас обманывала?
— Женщины могут и с помощью правды облапошить. Но очень надеюсь, что сегодня такого не случится, и всё закончится без лишней крови. Пусть наш выезд окажется ложным, по причине того, что какому-то мужику с пьяных глаз чертовщина померещилась.
Надеждам Саблина не суждено было сбыться. Около дома купца было настоящее столпотворение. Зеваки, полиция и несколько карет полностью перекрыли вход. И… и ещё в стороне лежали два тела, накрытые простынями с большими кровавыми пятнами.
— Кто главный? — рявкнул ротмистр, пытаясь сориентироваться в этом бардаке.
— Околоточный надзиратель Улькин! — тотчас подбежал к нам щуплый полицейский и вытянулся по стойке смирно.
— Улькин! Беру командование на себя. Доложить обстановку.
— Дык… Ваше благородие, убийства в доме купца Вахромеева.
— Это я и без тебя знаю, — раздражённо произнёс Саблин. — Подробности давай.
— Юрий Александрович! — подскочил к нам мощный мужчина с окладистой бородой и в окровавленной рубахе, разорванной в нескольких местах. — Помогите, родной! Семью спасите!
— Что случилось, Алексей Алексеевич?
— Беда!
— Не волнуйтесь, рассказывайте всё по порядку. Сейчас мои орлы должны подъехать и со всем разберёмся. Обещаю сделать всё возможное и невозможное, — тихим, проникновенным голосом начал успокаивать купца ротмистр.
— Уж быстрее бы они! Вчера ко мне приехал родственник с Торжка. Братец двоюродный… Чтоб его по дороге размотало! Мот, пьянчуга и картёжник ещё тот, но как родичу в приюте откажешь? Вроде всё чинно поначалу было. А сегодня чай пили всей семьёй на первом этаже. Вот Фома… братец мой и заяви, что хочет у меня денег взять. Аж пятьсот рублей! Мол, по-родственному на пару лет чтоб дал.
Вы ж знаете, что я человек деловой и всё своё состояние не украл, а трудами нажил. Поэтому умишко кой-какой да имею. Такому денег в долг дать, что в Неву их выбросить. И ладно бы копейки ещё просил… Отказал Фоме, конечно.
Тут-то и началось! Брат аж в лице переменился! Задёргался, словно пчёлы жалят, скривился весь! Глаза навыкат, слюна пеной изо рта! Достал из сапога нож и служанку прямо им по горлу! Опомниться не успели, как на меня бросился. А тут Фрося… Ещё одна служанка на пути его… Не пожалел девку! Только кровь в разные стороны! И всё в мгновение ока! Не приведи господь
