них все еще остались следы крови на стене.
Эрбен развернулся и вышел на улицу. Под ногами хрустели осколки. Взгляд невольно остановился на обугленных обломках одонакоптера, проломившего ворота.
Они недосчитались семерых человек, включая самого полковника. Их трупы все еще где-то в лесу? Весь район оцепили и прочесали с лупой, но следов так и не нашли.
– Капитан!
Он повернулся. Парень из его группы, имени которого он не помнил, приближался едва ли не бегом. Знаки отличия на форме говорили, что он из техслужбы. Один из тех, кто работает в дата-центре.
– Докладывайте.
В руках парень держал что-то очень небольшое. Эрбен забрал у него пластиковый пакетик и поднес к глазам.
– …Это было подсоединено к одному из серверов. Мы пока не знаем, что это, – модель незнакомая; честно говоря, мы впервые видим подобное, но они явно смогли взломать внутреннюю сеть с помощью…
Эрбен кивнул. Первая серьезная зацепка. Если выяснить, где именно делают такие чипы – такие, что даже его техслужба не знает, что это за модель, – то можно будет выйти на настоящих исполнителей.
Но… Он проверит сам. Обратится за помощью к тем, кому точно доверяет. И не станет докладывать об этой находке, пока не выяснит, с чем имеет дело.
– Продолжайте работать.
Кивком он отпустил парня и положил в карман пакет с маленькой полупрозрачной платой, пронизанной золотистыми нитями, словно стрекозиное крыло.
* * *
Петер почувствовал в голове знакомое мерцание и перешел на бег. Ива проснулась – значит, у него совсем мало времени.
Сегодня он слишком задержался. Он давно потерял счет дням, а оказалось, что уже суббота, и ночью на улицах полно людей. К тому же он никогда не был так уж хорош в воровстве. И город был незнакомый.
Они двигались на север – медленно, слишком медленно. Каждый раз нужно было найти безопасное место для Ивы, а потом найти ближайший город, где есть все, что им нужно, а потом идти дальше, но сначала – снова найти безопасное место… А впереди были еще Пустоши, значит, необходимо достать хорошие респираторы, лекарства, дезинфектор, запас еды… И на все это – лишь несколько часов в день. Пока Ива спит.
Каждый день он старался не думать о том, что произошло во время их побега. Воспоминания заканчивались в тот момент, когда он спрыгнул с одонакоптера – и начинались заново уже в лесу, через который он бежал, держа на руках Иву. Да еще иногда в памяти всплывала черная воронка, и как он изо всех сил старался удержаться, чтобы не свалиться в нее, и как он звал Иву – и как она наконец его узнала и перестала бояться. Ему совсем не хотелось знать, как именно у них получилось сбежать.
Казалось, голова сейчас взорвется. Петер ломился сквозь подлесок, уже не заботясь о том, какие следы он оставляет, главное – успеть. Задыхаясь, он ввалился в заброшенный отель на берегу давно пересохшего озера и кинулся вверх по лестнице. На последнем этаже упал и не смог подняться, но не остановился. В комнату, где была Ива, он добрался уже ползком.
И тут же сознание прояснилось. Теперь-то он уже усвоил, что ей нужно видеть его, нужно знать, что он рядом, что ее никто не заберет и не запрет снова на минус втором этаже, что она не потеряется одна в сером тумане – и тогда все будет в порядке. Когда она видит его, ей не страшно. Когда ей не страшно, она может себя контролировать.
Петер встретил ее взгляд. Она улыбалась ему – совсем как раньше.
– Я здесь. – Петер поднялся с пола, подошел к ней, провел рукой по ее волосам. – Все хорошо. Нечего бояться. Я никуда не денусь.
Ива прикрыла глаза. В его голове возникло ощущение – «холодно».
– Да, – кивнул он, – знаю. Вот, смотри, я принес тебе теплую одежду. Давай, надень куртку. Сможешь сама? А потом поедим.
Он принялся доставать из рюкзака свой сегодняшний улов. Несколько упаковок протеиновых батончиков, консервы, орехи, мыло, фильтры, две бутылки воды, шоколадка для Ивы – ей понравится. На дне рюкзака лежал пистолет, его он доставать не стал.
– Я слышал новости в городе, – сказал он.
Ива не отвечала, но он чувствовал, что она его слышит и понимает.
– Нас все еще ищут. Еще бы, на мне, наверное, куча трупов… Но ничего, у меня есть план. Ближе к Пустошам постараюсь угнать машину, чтобы не приходилось так часто останавливаться. Да, я понимаю, что в машине спать неудобно, но это Пустоши, не знаю, сможем ли мы там найти дом.
Ива прикрыла глаза и откинулась на спинку изодранного кожаного дивана.
– Нам главное добраться, – сказал он, садясь рядом с ней.
Ива положила голову ему на плечо, ухватилась за его руку.
– Я найду того, кто тебе поможет, удалит этот имплант из твоей головы. Ничего не бойся. Они тебя больше не получат. Я тебе обещаю. Ты же мне веришь?
Он почувствовал ответ. Конечно она верит. Только эта ее вера и дает ему силы двигаться дальше.
– Мне нужно поспать, – шепнул он. – Посидишь со мной?
Петер вытянулся на диване, положив голову на колени Иве. Ее рука тут же опустилась ему на лоб. В голове возникло мерцание – теперь мягкое, знакомое, такое приятное. Она тоже заботилась о нем.
Петер почувствовал запах яблок и улыбнулся, уже проваливаясь в сон. Этот сон он тоже хорошо знал, всегда один и тот же – в котором он идет через сад к той, что стоит в дверях дома.
Он вернет свою яблочную девушку. Они доберутся до поселка Юстань, это будет их отправная точка, чтобы найти тех, кто делал эти нелегальные импланты. У них наверняка есть врачи, с которыми можно договориться. Он умеет быть очень убедительным.
А если не выйдет, если люди полковника найдут их раньше, – у него есть план Б. В его пистолете, лежащем на дне рюкзака, осталась ровно одна пуля.
Они ее больше не получат.
* * *
– А он в курсе, что за имплант скрытого ношения ему года два добавят? – спросил Ди, глядя на парня со вскрытой от плеча до пальцев рукой.
Ворон не спеша подключал разъемы один за другим.
– Это же буллет, – сказал он наконец, когда Ди уже не ожидал, что он вообще ответит. – Имплант последнего шанса. Если его и поймают, живым он сдаваться не собирается. Где тестер? Что ты смотришь, работай.
Ди запустил тестер и вывел на экран информацию. Рука подергивалась, отвечая
