Денис Кавченков - Обратная сторона жизни

Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397

— Ну, что «Спящие»?! Дождались?! Хреново выглядите! Ха-ха-ха! — закатился в злобном хохоте замученный работой с рабами сатир, не могущий сдержать садистскую радость и подошедший впритык к троице друзей. — Как обычная тупая скотина! Вот именно в такие моменты я понимаю, что «Спящие» на деле ничем не отличаются от земных животных! — он сильно ударил Такеши кулаком в живот и тот издал звучную отрыжку, неизвестно, как уместившуюся в столь тщедушном теле, но сто процентов являющуюся виновницей икоты, ибо спустя три секунды азиат облегченно затих.

— Спасибо, черт-сан! — непроизвольно пробормотал вежливый японец и испуганно ойкнул, расширив глаза, уж слишком нелепо выглядела благодарность жирному карлику-садисту, однако искренняя радость от исчезнувшей никуда икоты возмещала весь моральный дискомфорт.

— Хм… — ошеломленно пробормотал свинорылый демон, непривычный к словам вежливости, а затем ударил еще сильней, видимо не ожидая, что случайно избавит раба от физиологических неприятностей. — Пожалуйста, «Спящий»! — Такеши страдальчески загнулся, жадно хватая горячий воздух, однако быстро распрямился — давала о себе знать регенерация. — Так вот! — как ни в чем не бывало, продолжил толстожопый черт, поочередно заглядывая красными глазами в лицо каждому из друзей и держа наготове блестящий на двух солнцах мачете, больше повернутый в сторону напряженного, как мангуст Дмитрия. — Сейчас с вас снимут эти прекрасные, крепкие… — жирная рука сатира с любовью коснулась отлично выкованных, слегка поржавевших звеньев, соединяющих неразлучную троицу. — Цепи, и вы покорно… — демон молниеносно и устрашающе взмахнул клинком, а «Спящие» одновременно вздрогнули, отчего Лкетинг сердито заблестел глазами, но рядом стоящий черт шумно выпустил из козлиной пасти горячий воздух и наклонил побагровевшее на кончике копье в его сторону. — Пойдете в приготовленную вам клетку… — он вновь, но уже чисто символически махнул зазубренным мачете, указав на решетчатую дверь, возле которой успели расположиться два бесстрастных рогатых, неустанно прядающих козлиными ушами, будто гоняя воздух вокруг напеченных безумной жарой голов. — Особенно ты глазастый! — прямоходящий свин злобно и глубоко воткнул клинок в мускулистое бедро Лкетинга и моментально вытащил обратно, а глубокая рана сию секунду зажила. — Понятно тебе?! А?! Говори, обезьяна! — туземец в ответ и не шелохнулся, прекрасно осознавая собственное бессмертие и контролируя мимолетную ярость, вспыхнувшую во взоре, что не понравилось толстозадой свинье. — Не боишься, да?! Не оскорбляешься?! Ну-ну, обезьяна!! Ну-ну!! Ничего… — сатир все больше распалялся, пытаясь разозлить воина-масаи, но тот был невозмутим, как каменная статуя из года в год пачкаемая прожорливыми голубями. — У нас не такие бояться начинали! — он яростно запыхтел, нервно шевеля пальцами на рукоятке клинка, но так как сидящий неподалеку «Анубис» являлся гарантом смирения, шумно сопящий демон перевел налитый кровью взгляд на Диму, однако прямой, как трость английского джентльмена туземец внезапно заговорил.

— Лкетинг не боится диких свиней! Он охотится на них, убивает и жарит на большом костре, чтобы съесть! Жирные свиньи вку-у-у-усные! — большие губы масаи расползлись в белоснежной ухмылке, мгновенно взбесившей только-только отвлекшегося сатира.

— Жаришь на костре, говоришь!! — налившийся лютой злобой поросенок подцокал к невозмутимому масаи, чуть ли не упершись свиным рылом в его солнечное сплетение. — Я еще посмотрю, кого здесь первым зажарят! В месте, куда ты отправляешься, всяких строптивцев укрощают! Там тебя и сварят, и зажарят, и оживят, чтобы повторить заново! — ровно дышащий Лкетинг и глазом не повел на слова демона-карлика, бесстрашно смотря на того сверху вниз.

Разъяренный сатир посопел-посопел, но все-таки понял, что не добьется от Лкетинга даже подобия испуга и вновь перевел красные глаза на Дмитрия, напряженно прислушивающегося к монологу сатира, и не понимающего, что тот от него хочет, хотя с другой стороны не к японцу же придираться.

Из их троицы у Такеши самая хорошая репутация, его-то и тронули в первый раз совсем недавно, ибо вперед батьки в пекло полез, не дав выговориться разумной свинье, за что и получил от всегда готового черта. Поэтому ежели разозленный демон обратил взор не на Такеши, а Диму, значит, хочет сказать что-нибудь плохое или ударить для профилактики. Не любят черти «Спящих»… Очень не любят и подчеркивают это, как только возможно…

Они трое хоть и движутся рядом, но до сих пор почти не знают друг друга, если только в некоторых мелочах, а так каждый витает в собственных облаках. Болтливых среди них не оказалось, лишь иногда перекидываются парой слов и продолжают идтидальше, однако привязанности подобной этой Дмитрий никогда не чувствовал. Их отношения невозможно назвать даже дружбой, они будто являлись частичками безразмерного единого целого, до полного объединения которого не хватает еще многих уникальных частиц.

— А ты… Кривомордый! Ха-ха-ха! — гнусаво захохотал толстожопый черт, сбрасывая накопившуюся ярость в виде липких слюней на темно-коричневый живот замершего парня. — Знатно тебе, конечно, господин морду подправил, знатно! Приятно посмотреть! Сразу видно, что ты хороший «Спящий»! Очень ценный и шибко разговорчивый! Вас обычно вообще не трогают! — сатир с довольной миной уставился на лицо юноши, любяще оценивая работу собакоголового хозяина. — Ну, ничего! Тебе же не телом торговать, поэтому смазливость не требуется! А то был такой красавчик, что я всерьез подумывал на тебя взобраться, но… — свинорылый черт со скрипом почесал мохнатый, как болотная кочка пах и помахал членом в горячем воздухе Ада, а затошнившего Диму передернуло до звяканья цепи. — Господин Джумоук будет против! Ха-ха-ха! — «Анубис» не обращал внимания на пугающие шутки болтливого подчиненного, расслабленно сидя на импровизированном троне. — Тяжело тебе «Спящий»! Вы себя так любите, что когда видите собственные недостатки, начинаете горько переживать! Ха-ха-ха! — сатир гадко засмеялся и вдруг молниеносно чиркнул клинком по загорелой груди испуганно отшатнувшегося, вновь зазвеневшего цепью юноши, сделав тонкий, но широкий порез, из которого полилась багровая кровь, однако рана быстро затянулась. — Так вот! — внезапно успокоился свин, продолжая издевательски скалить мерзкую пасть. — Чтобы без лишних слов и движений заходил в клетку и попусту не дергался! Понятно!? — он сделал два «цока» назад, злобно вперившись в глаза худощавого юноши, а тот неуверенно кивнул, покрывшись мерзким ознобом от явного ощущения ярости, выражаемой взором недоросля с коротким членом.

Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397