Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397
— Ладно! Ладно! — отмахнулся засмущавшийся и одновременно возгордившийся Дима, чувствующий изнутри странную дрожь от осознания себя очень непростым человеком, а скорее даже не человеком. — Так вы будете слушать дальше? — масаи с азиатом закивали.
— Мне было видение, назовем его так, будто я являюсь одним из небольшого множества «кого-то», отправившихся на Землю помогать людям, а за нами должны были лететь другие… Сразу или нет, я не знаю. Знаю, что должны были… — он захлопал ресницами и посмотрел на друзей, по привычке смущаясь выдаваемого бреда, но Лкетинг с Такеши без каких-либо эмоций слушали его. — Там говорилось, что люди избрали не тот путь, на самом являясь великими и неповторимыми, хотя именно это у меня всю жизнь в голове проскакивает… Что они одни из лучших созданий во всех Вселенных, не осознающие своих способностей из-за обмана, переполняющего их жизнь… — Дима щелкнул ногтем по тяжелой металлической тарелке и сморщил кривую харю. — Больно, блин! — но боль ушла, не успел он засунуть «закричавший» палец в рот. — Вот собственно и все. Поэтому я и сказал, что вы из той компании, а я из первой. Думайте, что хотите… Но вообще получается, я круче вас! Йо-хо-хо! — он широко улыбнулся, походя на подростка, получившего волшебную палочку и теперь имеющего любую девчонку.
— Да мне как-то и не завидно! — отрешенно пожал узкими плечами заулыбавшийся в ответ японец, с жалостью поставивший третью миску внутрь двух предыдущих и тяжело вздохнувший от сытости. — Сразу было видно, что тебе в Аду привычней, чем остальным! Постоянно высовывался, словно что-то одному себе понятное выискивал… — Такеши покряхтывая, придвинулся к стене, пошевелив ягодицами, и блаженно вытянул немного растолстевшие ноги. — Эх! Подал бы кто-нибудь водички, а то так хорошо, что и подниматься неохота! — вырвалось умиротворенное у расслабленного азиата, положившего руки на полный живот и светло улыбнувшегося, будто пребывал сейчас не в Аду на Рынке, а солнечных Гавайях, и вот-вот должна прибежать пара фигуристых цыпочек, чтобы помассировать ему пятки.
Лкетинг же, воспринимающий все чересчур буквально, быстро поднялся и, взяв свою вылизанную до блеска тарелку, пошел к канаве с водой, где набрав по края, вернулся к опешившему Такеши.
— Держи, желтый брат! Пей! — он улыбнулся, осветив белоснежными зубами опустившего стыдливый взор японца, и поставив тарелку рядом с его ногами, уселся, как сидел до этого.
— Спасибо Лкетинг! Честно говоря, я бы и сам сходил, а сказал просто так… — неуклюже пробормотал Такеши, слегка расплескавший поднятую миску и принявшийся пить жидкость, уже не кажущуюся такой вкусной, как по приходу в камеру.
— Лкетингу не тяжело! Желтый брат хотел пить — Лкетинг сходил, чтобы помочь Та-ке-ши! — чернокожий воин вновь улыбнулся, и перевел ярко-голубой взор на Дмитрия. — Белый брат еще хочет ломать лицо? — задумавшийся парень сильно вздрогнул, и по его чуть обросшему мясом телу пробежала мгновенно исчезнувшая серость страха.
— Да! — ответил он чересчур твердым голосом и тяжко вздохнул, уныло пощупав кривую челюсть. — Буду! — еще раз вздохнул парень и нехотя поднялся, хрустя шеей и спиной. — Хоть и боюсь! — он грустно улыбнулся, заметно нервничая, судя по беспрестанно вылетающим изо рта фразам. — Ну! Я готов! Что делать? Как садиться? Ложиться? Стоять? — куча глупых вопросов так и сыпалась из него, показывая действительно сильное волнение.
— Ложись Ди-ма! — покрытый шрамами и крепкими мускулами Лкетинг взял тарелку, грозно царапнувшую камень пола и ловко перекинул ее из руки в руку. — Будешь, как воин-масаи! Пройдешь обряд! Ха-ха-ха! — видимо обнадеживающе на свой взгляд захохотал туземец, вогнав мальчишку в еще большую тоску. — Боль будет сильная, Ди-ма! — он проверяюще постучал железной миской о каменную стену, вследствие чего молниеносно обернулись массивные черти, кончики копий которых уже горели багровым. — Будем ломать лицо! Делать воина! — простой, как грабли туземец объясняюще кивнул в сторону напряженного донельзя Дмитрия, а козлоногие отвернулись, вновь уподобившись статуям.
«И понимают же друг друга…. Вот что значит быть воином с рождения, причем без разницы в каких мирах… Наверное эти черти с младенчества терпят избиения и мучения, чтобы заслужить серебристые узоры на копыта… Статус воина как-никак требуется заработать… Неспроста они такие выдержанные… Неспроста, а все жестокая и немилосердная дисциплина… Изо дня в день… Одни мучения и страдания… Почти, как у грешников…», — он с трудом сглотнул слюну в пересохшем от страха горле, как никогда желая ничего не делать с лицом, ибо уже чувствовал новую боль, представляя, как ломаются кости.
— Дима-сан! Дима-сан! — разморенный легкой жарой и сытной пищей Такеши кое-как отлепился от стены, поднявшись на ноги, отчего пузо явно выделилось, но уже не из-за еды, а того, что на нем наросло новое мясо. — Давай я тебе помогу! Подержу руки, а то еще начнешь размахивать! Ударишь Лкетинга или снова превратишься в того… — японец неопределенно мотнул головой, но оба «Спящих» понимали, о чем речь. — Так что? — он искренне желал помочь, но юноша отрицательно замотал головой, посматривая на свой загорелый живот, вроде бы тоже более выделяющийся.
— Не-не! — Дима непроизвольно сделал большой шаг назад. — Я и сам смогу! Тем более добровольно иду, так сказать на казнь! А если превращусь и начну буянить, то Лкетингу уже никто не поможет, как я понял из ваших рассказов! — он нехотя уселся, а затем улегся на теплый пол, брезгливо пошевелив ноздрями помятого носа, коим отлично чувствовал застарелую вонь, идущую из сортира. — Ну, Лкетинг! Давай! Выпрямляй! — слова вышли из горла с натужным хрипом, словно напуганный парень выталкивал их собственными руками. — Хватит рассусоливаться! Пока я не передумал! — он реально жутко боялся и даже трясся, хоть и знал, что боль мгновенна, а кости срастаются за несколько бесконечных секунд.
Туземец подошел к нему, встал на колени и крепко ухватил сильной пятерней посеревшее лицо, оставив на виду только дрожащие глаза.
— Сначала кость возле глаза, белый брат! — суровый и не привыкший считать «раз-два-три» воин нанес первый удар, от которого у сильно дернувшего руками Димы посыпались искры внутри головы, а в районе потемневшего глаза что-то хрустнуло, сам же парень еле сдержался, чтобы не пустить слезу.
Затем был следующий, еще один и еще, где каждый удар сопровождался мерзким хрустом, холодящим внутренности, и заливал кровью и так не самое симпатичное лицо. Разрывающийся изнутри криком парень проклял все и вся, мученически решив, что это никогда не закончится, как вдруг сосредоточенный Лкетинг отбросил неказистый «хирургический инструмент» и засунул удивительно гибкий палец под еще больше взвывший от боли глаз. Туземец умело шевелил осколком кости изнутри, пытаясь приложить его изначальному месту жительства, но отличная регенерация не давала времени, заживляя там, где не надо, да и поскуливающий парень непроизвольно дергался на каменном полу.
Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397
