чашу, сделанную из черного стекла, на дне которой было что-то сожженное. И банку "Стерно".
- А то, что было в чаше, не было сигаретной смолой или травкой?
- Ни в коем случае. Мы отправляем его в государственную лабораторию, но я почти уверен, что мы уже знаем, что это – древесный сок.
- Древесный сок?
- Совершенно верно, капитан.
- Откуда ты знаешь?
- Фредди срезал несколько веток с алого сумаха, принес их в комнату и повесил над тарелкой. Он собирал сок. Потом я увидел эту липкую обожженную дрянь в черной чаше...
- И полагаешь, что это должно быть одно и то же, - закончил Бернс, но так ничего и не понял. Сьюзен Мейтленд назвала свою пепельницу "кадилом", и Бернс быстро заглянул в словарь. Сосуд или кадило, в котором сжигают благовония, особенно во время ритуалов, вспомнил он.
- Это чертовски странно, - сказал Бернс.
- О нет, капитан. Это не самое странное. Это не все, что мы нашли. Один из тех разлинованных желтых блокнотов. На страницах были написаны разные надписи, все почерком Джонсона.
- И что же он написал?
- Ну, на первом листе был эскиз того странного рисунка, который был на его татуировке.
Бернс почувствовал приступ тошноты, вспомнив свой сон.
Ли продолжил:
- А остальные? Ну, просто подождите, пока не увидите.
- Слова? - Бернс моргнул. - Какие-то инструкции?
- Я не знаю, что это, капитан. Наверно, что-то на каком-то иностранном языке. Похоже на почерк Джонсона, но...
- Деревенщина без образования, вероятно, не знает иностранных языков.
- Правильно.
Бернс задумчиво уставился в стену. Мейтленд сказала, что Фредди скопировал какие-то инструкции и оставил их ей и другому сообщнику. То, что нашел Ли, должно быть подлинной копией.
Но если это были инструкции для ритуальных убийц, то какая от них теперь польза? Убийства уже имели место, в марте прошлого года в Приорате Святого Иоанна...
- Сделайте мне одолжение, сержант. Прежде чем вы сохраните эти бумаги в качестве улики, мне нужно, чтобы вы отсканировали их и отправили файл по электронной почте сюда.
- Я уже послал своего парня в округ, чтобы он воспользовался их сканером, - сказал Ли.
- Спасибо.
Голос Ли, казалось, на мгновение затих.
- Хотите знать, что меня больше всего беспокоит, капитан? Не знаю почему, но это так. Когда я нашел Фредди висящим в своей камере...
- Да?
- Он был мертв, как камень, но на его лице все еще была та же беззаботная улыбка, золотые зубы сверкали и все такое.
- Я в это верю. Но ты же его слышал. Он хотел умереть. "Когда вечеринка закончится, все будет кончено", - сказал он.
Ли издал мрачный смешок.
- Ну, этот подонок-деревенщина сейчас не веселится.
- Или, может быть, наоборот. В аду, - сказал Бернс и повесил трубку.
После того как он повесил трубку, кабинет показался ему странно тесным; он чувствовал себя ущемленным. "Древесный сок", - подумал он и закурил. Какого черта он сжигал древесный сок в стеклянной чаше?
Глава двенадцатая
1
- Что это? Деревья?
- Дуб Друидов. Они используют их для сока, - сказал Александр, когда цепная банда различных Демонов и Проклятых Людей тащила дерево вниз по зловонной улице. - Они тащат его туда. - Он указал на широкое серое здание из неровного кирпича, увенчанное дымящейся трубой. Глаза Рут тут же наполнились слезами.
- В Аду используют Дуб Друидов и Сосны Элдрича. Аналогом в Живом мире являются сумаховые деревья и кустарники, кешью, стагхорны. Это потому, что их сок похож – он ядовит в разной степени. Держу пари, у тебя сейчас слезятся глаза, а?
Рут нахмурилась и кивнула.
- Помнишь зал Гете? Все так, как я говорил тебе в Нечистотах, - продолжал священник, тяжело ступая вперед на своих чудовищных ногах. - В каждом районе есть свой зал автоматических писателей.
Вывеска на этом здании гласила: "МОЦАРТ – ЗАЛ АВТОМАТИЧЕСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ".
- Пойдем посмотрим в окно, - предложил Александр.
Внутри стояло сто столов, и за каждым сидело несколько писцов, что-то маниакально писавших на листах пергамента. В комнате было дымно, как в бильярдной, а в центре стоял большой каменный камин. Над огнем стоял железный котел, внутри которого Рут увидела кипящий сок. Пузырьки лопались, выпуская оккультные испарения, которыми дышали все. Големы охраняли каждую дверь, их лица из безжизненной глины были каким-то образом разумными. Наконец Рут заметила, что все писцы прикованы к своим стульям.
- Дым от сока вызывает транс. Писцы дышат им, и с помощью различных Заклинаний Транспондирования и усиленных Потоков Гекса они способны поддерживать психический контакт с коллегами на Земле, которые дышат подобными парами.
Рут чувствовала себя столь же смущенной, сколь и скучающей.
- И что бы там ни записывали эти люди...
- Одновременно записывается человеческим двойником в Живом Мире, в основном членами культа и подлинными сатанистами.
- Но что они пишут?
- Инструкции по заклинаниям, последовательности заклинаний, архивные материалы, - сказал священник.
- Ладно, все это чертовски интересно, - сказала ему Рут, - но мне на самом деле наплевать. Я умираю с голоду. Давай что-нибудь поедим.
Александр неодобрительно нахмурился.
- Рут, это очень важно. Ты должна понять эти детали. Так уж случилось, что вся наша миссия существует потому, что автоматический писатель в Аду доставлял инструкции членам культа недалеко от того места, где сейчас находится Венеция. Один из них был тем самым человеком, который много лет назад построил Приорат Святого Иоанна, и он был архитектором Ватикана.
Рут попыталась изобразить интерес.
- Как междугородная телефонная связь...
- Совершенно верно, Рут. Линия связи между Миром Живых и Адом.
Она последовала за крепконогим священником, пытаясь осмыслить все, что узнала. В кроваво-красном небе кружили птицы с кожистыми крыльями. В этом разрушающемся районе Рут заметила еще больше бездомных бродяг, Демонов и проституток. Стройная Ликанимфа со светлым мехом цвета шампанского, постукивая на высоких каблуках, огрызнулась на Рут.
- Волосатая сучка, - фыркнула Рут. - Она просто завидует моему телу, как та фиолетовая задница в магазине нижнего белья.
- Говори тише, - предупредил священник. - Не устраивай неприятности. Здесь не место для этого.
Рут скорчила гримасу, увидев в сточной канаве обезображенное лицо, и ускорила шаг, когда лицо поморщилось в ответ.
- Что такого особенного в этом месте?
- Кольридж-авеню. Это большой наркопритон.
- У них здесь есть
