всего ни один из предыдущих этапов до банкротства не приносит результата, именно поэтому должники начинают верить в собственную неприкосновенность, что сказывается на их процессуальном поведении: они начинают игнорировать суды и думают, что, раз приставы ничего не смогли сделать, значит, опасность миновала и теперь можно расслабиться. А зря.
В случае если должник пропустил вспышку и процедуру банкротства уже ввели, у него становится все меньше вариантов, как можно избежать негативных последствий. Один из таких вариантов – размыть требования независимых кредиторов, заявив в реестр требований дружественных лиц.
Именно про это и поговорим в следующем разделе.
IV
Включение требований
Реестр требований кредиторов – это важнейшая вещь в процедурах банкротства, ведь именно с помощью него происходит учет обязательств должника, создавая порядок в требованиях кредиторов.
Отсутствие такого порядка привело бы к хаосу, при котором первый обратившийся кредитор мог бы забрать все ликвидное имущество должника, оставив прочих ни с чем. Именно для предотвращения таких ситуаций и была создана система реестра, которая позволяет распределять средства пропорционально имущественным возможностям должника.
Реестр формируется с даты введения первой процедуры (после введения наблюдения у кредиторов есть 30 дней на заявление требований в реестр) и до момента открытия конкурсного производства (в течение двух месяцев с даты открытия).
Сроки для заявления требований начинают отсчет с даты публикации в специальном разделе газеты «Коммерсант» («Ъ»). Это важный момент, поскольку, если управляющий, отвечающий за публикацию, вовремя ее не сделал, кредитор может успеть в реестр, даже упустив момент введения процедуры судом.
Например, суд ввел наблюдение 30.08.2025, а управляющий опубликовал сообщение в газете только 30.09.2025, следовательно, только с этой даты начался 30-дневный срок.
Те, кто не успел в сроки после публикации в «Ъ» о введении наблюдения, но все же заявил свои требования, пусть и с пропуском 30-дневного срока, будут рассмотрены в следующей процедуре.
Те же, кто опоздал с подачей заявления на включение после открытия конкурсного производства, будут учтены за реестром.
Такие требования погашаются только после полного погашения всех требований кредиторов, зафиксированных в реестре, в связи с чем вероятность погашения зареестровых долгов близка к нулю.
Требования, включаемые в реестр, должны соответствовать определенным критериям.
На этапе наблюдения в реестр можно включить только денежные обязательства, возникшие до момента подачи заявления о банкротстве.
На стадии конкурсного производства допускается включение как денежных, так и неденежных обязательств – но последние необходимо перевести в денежную форму.
Например, должник должен был исполнить обязательство по поставке товара либо оказать услуги – в таком случае стоимость товара/услуг конвертируется в денежные обязательства, которые и предъявляются в реестр.
В век тотальной цифровизации подача заявлений о включении стала максимально прозрачной и удобной процедурой: требования кредиторов направляются в суд в электронном виде и, как правило, рассматриваются без судебного заседания (если нет возражений), после чего акт о включении требований публикуется в карточке дела.
Единственным неприятным момент является необходимость уплаты госпошлины в размере 50% от обычного размера пошлины, рассчитанного от размера долга. Если же требования кредитора уже подтверждены судебным актом, уплата пошлины не требуется.
Включение требований в реестр всегда имеет смысл, даже если соответствующий срок был пропущен.
Когда требования заявлены в дело о банкротстве, даже если они учтены судом за реестром, у кредитора все же есть право на активное участие в процедуре, а значит, и есть о чем поговорить с должником.
Мы часто сотрудничаем с крупными корпорациями, у которых есть проблемы со сложными долгами. Несмотря на то что в юридических департаментах таких корпораций зачастую работают десятки человек, специалиста, профессионально занимающегося безнадежными долгами, среди них не находится.
Оно и понятно: зачем держать на зарплате очень узкого специалиста, потребность в котором возникает не так часто? Вот и выходит, что проблемы копятся годами, а потом в определенный момент обнаруживаются несколько десятков должников, с которыми ничего не получается сделать.
Именно так оказалось и в этот раз. Руководитель юридического департамента крупного холдинга связалась с нами и, уже будучи знакомой с нашей работой (мы помогали им по одному делу), предложила в этот раз взять на аудит всю проблемную задолженность.
Из предложенных двух десятков компаний мы отобрали тех, с кого было реально хоть что-то взять, и начали по ним работу.
Одним из должников оказалась компания – провайдер интернета из Московской области. С ней была проблема: наш доверитель пропустил срок на включение своих требований в реестр на несколько лет. Конечно же, мы увидели это на этапе анализа, но не сильно переживали, ведь мы знали, что нужно делать.
Первым делом мы заявили свои требования за реестр, направив соответствующее заявление в суд. Так мы показали, что про долг не забыли и в отношении него будет вестись работа, хоть и с опозданием в пару лет. Естественно, из бывшего руководства должника это никого не напугало.
Судебное заседание по включению требований нашего клиента прошло очень быстро, вся сумма была включена за реестр, и мы начали заниматься тем, что получается у нас лучше всего, – поиском виноватых и привлечением их к ответственности.
Первым делом мы выяснили, что руководили компанией несколько человек: депутат муниципального совета города, откуда была компания-банкрот, и известный в городе бизнесмен.
После этого на основе анализа открытых источников и материалов дела о банкротстве мы установили точные причины банкротства, а также выявили сделки, подлежащие оспариванию, и нашли компании, куда перекочевала деятельность банкрота.
Как только все обстоятельства были установлены, надо было это изложить в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, чтобы оно имело соответствующий эффект.
Здесь опять стоит отметить реформу института субсидиарной ответственности 2017 года, после которой заявление о привлечении к субсидиарной ответственности стало возможно подавать даже зареестровым кредиторам. Раньше у таких кредиторов не было прав от слова «совсем» – сиди да жди, пока закончится дело о банкротстве.
Для контролирующих лиц все осложнялось тем, что, помимо возникшей из ниоткуда проблемы в виде заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в отношении компании внезапно началась налоговая проверка: фискалы хотели доначислить налоги компании, которая уже несколько лет как была в банкротстве.
После того как контролирующие лица получили заявление, в котором было подробно и в красках изложено, как, кто и зачем владеет всеми компаниями, что стало причиной банкротства, какие сделки были совершены и кто во всем этом виноват, с нами быстро вышли на связь.
Я никогда не забуду, как проходила встреча. Мы встретились
