арбитражных управляющих (СРО) подает заявление об освобождении в случае, если управляющий вышел из состава членов такой СРО или изначально не мог быть утвержден в качестве арбитражного управляющего в процедуре банкротства.
2. Отстранение
Оснований применения такого механизма больше, но все они имеют общую черту – неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей.
Именно поэтому выбор арбитражного управляющего – это серьезное решение, ведь если он окажется неудачным, просто так вы не расстанетесь. Не получится развестись по инициативе кредиторов или должника. Либо договариваться, чтобы управляющий ушел сам, либо действовать силой – жалобы, убытки, дисквалификация.
С аксиомами вроде закончили, поэтому можно переходить непосредственно к описанию фигуры арбитражного управляющего.
Дэвид Майстер в своей книге «Управление фирмой, оказывающей профессиональные услуги»[25] разделил все фирмы на три категории: «Конвейер», «Седина» и «Мозги».
Если кратко описать идею, то получится следующее:
Если говорить о юристах и арбитражных управляющих, подавляющее большинство из них можно отнести к категории «Седина».
Давайте честно: дела о банкротстве, в которых требуется абсолютно новый подход или решения, никогда не применявшиеся ранее, встречаются очень редко – их можно пересчитать по пальцам[26].
Тем не менее типология Майстера применима к арбитражным управляющим: среди них также можно выделить тех, кто работает по «конвейерным» схемам, ежедневно выполняя рутинные задачи, и тех, кто сталкивается с уникальными вызовами и попадает в категорию «Мозги».
Свою деятельность и деятельность своей компании я безусловно отношу к очень плотной «Седине», ведь мы выработали универсальные подходы и применяем их от дела к делу, каждый раз все ювелирнее оттачивая.
За время своей работы я встречал несколько типов арбитражных управляющих:
1. Управляющий-ремесленник
Такие управляющие обычно работают индивидуально либо с одним-двумя помощниками, ведут конвейерные процедуры банкротства физических лиц или процедуры банкротства обычных юрлиц.
Основной заработок для таких арбитражных управляющих – официальное вознаграждение в процедурах банкротства, и получают они его за счет количества, а не качества дел в производстве.
Напомню: в процедурах банкротства юридических лиц размер вознаграждения управляющего составляет 30 000 руб. в месяц, а если управляющего утвердили на процедуру банкротства физического лица, то он получает 25 000 руб. за всю проведенную процедуру, которая в среднем длится шесть-семь месяцев.
При этом в случае с юридическими лицами процедура порой может быть возбуждена вообще без гарантий оплаты услуг управляющего.
Да, иногда суд может потребовать, чтобы инициатор дела внес денежные средства на депозит суда для погашения вознаграждения и расходов управляющего, однако это происходит не всегда.
Если этого не произошло, то арбитражный управляющий, который провел процедуру банкротства, может потребовать свое вознаграждение и расходы с инициатора дела – но только в том случае, если доказано, что с должника нечего взять.
Вот и получается, что заниматься банкротством юридических лиц – это, хоть и теоретически более доходный, но достаточно авантюрный вид деятельности, в отличие от банкротства физических лиц, где точно получаешь несгораемую сумму в 25 000 руб. за проведенную процедуру плюс можно получить 7% за погашение требований кредиторов.
В процедурах банкротства юридических лиц, особенно если оно связано со взысканием сложных долгов, такие управляющие встречаются крайне редко.
2. Управляющий-номинал
Когда речь заходит о номинальных лицах, в голове сразу всплывает образ зиц-председателя Фунта из романа Ильфа и Петрова «Золотой теленок».
Напомню, что этот персонаж стал яркой метафорой для людей, которые формально занимают ключевые должности, но на самом деле не принимают никаких решений.
Фунт исправно подписывал бумаги, ходил на допросы и даже садился в тюрьму вместо реальных организаторов мошеннических схем, довольствуясь скромным вознаграждением за свою «работу».
Если что, и сейчас за участие в схемах с номинальными лицами может наступить уголовная ответственность. Основные статьи Уголовного кодекса РФ, которые применяются в таких случаях, – это 173.1 УК РФ (незаконное создание юрлица) и 173.2 УК РФ (незаконное использование документов).
Например, если человек соглашается стать зиц-председателем или передает свои данные для фиктивной компании, ему грозит штраф до 300 000 руб. или лишение свободы до 3 лет.
Звучит страшно, но реальных приговоров по этим статьям я не встречал.
Нет, не подумайте, ситуации привлечения к уголовной ответственности по указанным статьям есть, но только в совокупности с другими составами, например 159 УК РФ (мошенничество).
Как работает уголовная юстиция, я уже рассказывал в главе «Про взыскание долгов с помощью полиции». Все то, что я написал там, применимо и здесь.
Теперь, когда нагнал страху, откачусь немного назад. Рисую ситуацию.
Я, являясь арбитражным управляющим, доверяю некоторые направления работы внутри большого проекта своим сотрудникам. Я перестаю принимать какие-либо решения и не участвую в обсуждении возникающих вопросов.
А если я делегирую таким образом ведение всего проекта, выполняя, как английская королева, только представительские функции? Становлюсь ли я в этом случае номинальным руководителем?
Формально да.
А если возникает ситуация, при которой управляющий, утвержденный в нескольких процедурах банкротства фирм из одного холдинга, просит своего товарища утвердиться в качестве управляющего еще одной компании из холдинга, дабы между компаниями группы не было конфликта интересов при оспаривании сделок и взыскании дебиторской задолженности?
Управляющий-товарищ, который согласился выручить коллегу в такой ситуации, тоже становится номинальным руководителем?
И опять – формально да.
Не останавливаемся. В некоторых крупных корпорациях и банках, особенно если им приходится сталкиваться с непрофильными активами, есть целые отделы взыскания, в которых рука об руку с юристами работают арбитражные управляющие.
В таких отделах 99% работы выполняет кто угодно, кроме арбитражного управляющего, утвержденного в процедуре. И что, такие управляющие тоже номиналы?
Не поверите, но и тут – формально да.
Самое интересное, что номинальные управляющие бывают очень разные, но если формировать общее понимание, то давайте исходить из того, что бывают номинальные управляющие по необходимости (попросили; так сложилось; такая ситуация в силу должностных обязанностей), а бывают и совсем номинальные – в профессиональных кругах таких называют «махровыми номиналами».
В чем различие между этими двумя типами номиналов?
Отвечаю – в ответственности.
С управляющими, которые стали номинальными по необходимости, можно договориться. Да, часто диалог будет строиться не с самим управляющим, а с руководителем проекта или старшим юристом, который принимает решения в процедуре банкротства, но диалог возможен, так как утвержденным управляющим дорожат.
Совсем другое дело, когда вопрос касается махровых номиналов.
Таких берегут специально под определенную процедуру и обычно пускают на убой, подставляя под очень неприятные вещи вроде убытков или уголовной ответственности.
Я несколько раз сталкивался с такими ситуациями, и каждый раз в таких процедурах в качестве управляющего утверждали человека, для которого это дело становилось первым и последним.
Самое интересное, что такого управляющего никто
