Тысячи миль королевства - Эва Эльс

умерла. Из головы торчала стрела со знакомым оперением, и отличительными знаками в виде насечек на древке. Ей стало тошно, то ли от яда, то ли от трупа лежащего настолько близко к ней. Высокая фигура стояла перед ней, вновь привлекая внимание ярко-горящими глазами от которых она не отрывала взор. Тянул её за руки, брал под плечо и пытался помочь встать. Делая первый шаг она вскрикнула, сильнее хватаясь за край его плаща и пытаясь не упасть вновь. Огонь в лёгких выбивал остатки воздуха.

— Зачем… — кашель перебивал слова, вызывал боль в грудине и она прервала попытку что-либо сказать, стараясь волочить ноги. Одну за другой. Время тянулось вечно за счёт боли и головокружения и ей хватило несколько мгновений, чтобы различить светлые волосы с проблесками седины. Глаза были закрыты, лицо не выражало ни единой эмоции, словно он спал. — Стой… П-пожалуйста, стой! — тратила кислород на слова, которые он пропускал мимо ушей, идя дальше. Призрак держал достаточно крепко, не позволяя отойти, но даже если бы отпустил, она бы вряд ли дошла до трупа, только если бы доползла. Пройдя ещё несколько шагов Эрис теряла Даэрона из поля зрения и лишь тогда они останавливались и Призрак усаживал её на землю, придерживая за плечи. Роясь под плащом он доставал из поясной сумки небольшую склянку наполненную бледно-зелёной, мутной и густоватой жидкостью. Эрис скрючилась, прекрасно узнав в этом пузырьке противоядие, которое на вкус было хуже всех пройденных ядов. Когда он открывал пузырёк и протягивал в её руки, то она отводила голову в сторону, морщась. — Сам эту дрянь глотай, я без неё справлюсь. — её гордость губила её саму, пока органы вскипали и кровь бурлила в жилах, она отказывалась от единственного способа прекратить эти мучения. Мужчина подносил руку к её лицу, хватаясь за щёки поворачивал к себе и подносил склянку к потрескавшимся губам на которых застыла кровь, запрокинув её голову он опрокинул флакон противоядия, принуждая его принять. — Да чтоб ты… Сдох! — сквозь рвотные позывы и очередной приступ кашля возникала эльфийка. — Ты убил…

— Ошибаешься. — впервые его тон поменялся на насмешливый, словно она была ребёнком сказавшим очевидную глупость. — Я убил стрелка и того разъярённого и явно обиженного на что-то мальчишку. Даэрона я не трогал. — он посмотрел в сторону, пряча взор от той, кто отчаянно пытался найти ответ в нём. — Ему я должен.. — Эрис закрыла глаза в раздумиях, пытаясь связать всё произошедшее, но на ум приходило лишь то, что её безумие дошло до крайней точки и ей это всё просто кажется под действием яда. Только вот горькое послевкусие и липкий осадок лекарства не давали усомниться.

— Он имел в виду тебя, когда говорил о том, что обо всём позаботился и мне нужно бежать. — не спрашивала, утверждала. Она с силой прикусывала и без того разбитую губу, вызывая новую боль и сильнее ощущая солёный металлический привкус. — Да я ни за что в это не поверю.

— Будто у тебя много вариантов, Полумесяц. — Призрак наблюдал, стоя над ней угрожающей большой тенью, как стервятник и не сулил хороших намерений о которых сейчас вёлся разговор. — Я знаю, что как только ты оправишься — попытаешься вспороть мне брюхо. Я не против, даже если ты захочешь отравить меня. Можешь попытаться. — слова не являлись предупреждением, а были прямой угрозой с колючим морозом в его голосе.

Именно в этот момент всё пошло не так и ситуация принимала иной оборот, а история чей-то жизни теряла смысл написанный чужими чернилами с каждой секундой, пока размеренные мысли шли быстрее, превращаясь в бушующий поток, накатывающий панику на эльфийку. Горький вкус утраты смешался с кислым, от примешанного ощущения предательства и лжи.

— Договорились. — мужчина склонил голову вбок, не понимая её резкой перемены решения. За ней охотились свои же, названного отца отправили убить её, поставив в приоритет, не обращая внимания на Призрака, который был прямо у них под носом и это уже многое объясняло. — Только ответь на один вопрос: зачем тебе это? — Призрак смеялся, закатывал свои золотистые глаза и наклонялся ближе к ней, словно раскрывал какой-то секрет.

— Жизнь за жизнь.

Он уходил, больше ни на что не ответив, оставляя её одну сидеть под деревом, и его шуршащей листвой, пока на небе вновь собирались тучи. Сезон менялся постепенно, темнеть начинало раньше и температура воздуха падала с каждой неделей. Эрис сидела на прохладной земле у камней, укрывших тело. Девушка прижимала колени к груди и поглаживала шершавую поверхность булыжников кончиками пальцев, чувствуя как их холод проникает в сердце. На его теле не было ран, следов схватки с кем-то или чего-то подобного, но с крупной ладони были рассыпаны ягоды иссиня-чёрного цвета, что оставили фиолетовый сок на поблекшей коже. Она душила ту часть себя, которая хотела реветь навзрыд и кричать, подавляла этот детский каприз, лишь бы это ушло, но это оседало, оставляло шрам как в душе, так и в разуме. Её мысль о том, что Даэрон мог остаться жив ценой лишь её жизни ломала всё сильнее, но была всё так же прекрасна, будто оставалась вероятность, что в какой-нибудь другой реальности всё так и произошло: он не был похоронен под грудой камней, без каких-либо почестей и посмертных наград. Чужая смерть ещё не успела достаточно близко подобраться к холодному разуму, не вцепилась острыми когтями выдирая последнее желание жить. Тем не менее тишина давила, терзала, пока кто-то со смирением наблюдал из-за спины и она была ему немо благодарна за это, за шанс хоть как-то попрощаться с единственным близким, но при этом чувствовала поражение за эту благодарность.

В такие моменты она приходила к именно к нему, отцу, высказывалась и получала надлежащий совет. Теперь ничего не осталось. Не осталось ни крупицы тепла в преддверии наступающей зимней стужи.

Автор приостановил выкладку новых эпизодов