делать? Разве не ты дал ему пилюлю?
— Нет.
— Отхлестал бы его плетью «Непоколебимой Чести» до смерти?
— Я хотел тянуть время, пока бы вы добрались сюда. — туман его взгляда был непроницаем.
— Да, я получил твою записку и хочу искренне сказать спасибо, Мин Ю. Но больше ты ничего не можешь сделать.
— Могу. Позвольте мне. Вам же нельзя самому. Это рассердит императора. А я никого уже не интересую. Никому нет до меня дела.
Лей Хуа поднял брови, с удивлением смотря на князя. Он не понимал, что за связь появилась у его учеников в его короткое отсутствие. Что этот честолюбивый и горделивый Мин Ю не просто хочет помочь, а даже просит ему позволить.
«Может Ри открыла печать для князя, и он соблазнился ее истинным, почти потусторонним обликом. А соблазняться он очень любил.»
Он продолжал изучающие смотреть на него.
«Ну нет, он зачастую прямо так бы и сказал. Тут дело в чем-то, что он скрывает. В чем-то, что не может мне открыто поведать. Хочу ли я об этом знать? Это совсем другой вопрос.»
— Хорошо, я позволю. Но мне придётся передать тебе энергии. Я думаю, мы можем использовать один из кристаллов. Иначе тебе не преодолеть преграды.
— Силы у меня есть, в этом нет необходимости.
Лей Хуа продолжал сверлить его взглядом:— По-прежнему. Ничего не хочешь мне сообщить?
— Сяомин помогла мне по старой дружбе, — не моргнув глазом, соврал он, нисколько не заботясь о ее репутации. Это было вообще последним, что его волновало.
Лей Хуа был, конечно, немало шокирован, но промолчал.
«Это их дело. Понятно, почему князь неохотно об этом говорит. Но это нисколько не снимает с повестки дня вопроса по его желанию помочь Мао Ри.»
В своем любопытстве Лей Хуа неожиданно поддался на уговоры.
— Хорошо, Мин Ю, но я хочу, что бы ты был осторожен. Ри с испугу может сама стать порождением тьмы. Я не знаю, что ты там себе думаешь, но за то время, что ты обучаешься, у нас не было никаких проблем и конфликтов. Ты очень ценен для меня и Дражайшего Жу. Прошу принять это и не преуменьшать свою значимость. Твоя травма не лишает тебя тех хороших качеств, которые ты сам в себе развил. И я рад, что в тебе проснулось желание помочь соученику. Это хоть и неожиданно для меня, но очень радостно.
Мин Ю невольно удивился, как снег на голову слышать такое от скупого Лей Хуа и стоял честно, не зная, что и сказать.
«Нехорошо конечно, что я утаил часть правды. Но неизвестно, какая бы реакция последовала на это.»
— Тогда приступим вечером. Приготовься, пожалуйста. И возьми оружие. Я, конечно, рассчитываю, что оно не пригодится. Надо быть осторожным.
Мин Ю поклонился и вышел. А Лей Хуа в задумчивости опять перевел взгляд на бледную Ри.
Мао Ри.
Сколько она не пыталась зажечь огонь, осветить тьму, ничего не выходило. Вообще ничего не выходило. Шло время, и казалось, все тело стало каменным, застыло льдом в этой мгле. Пальцем не пошевелить. Густая темнота поселилась не только снаружи, но и внутри.
«Наверное и свет во мне черного цвета, а мгла не может ничего осветить.»
Уже неизвестно, сколько времени она тут пробыла, но начала догадываться.
«Тут только мое духовное тело. Ведь пить и есть не хочется. Это ещё хуже. Так бы я умерла просто от истощения. Но есть шанс, что умрет мое тело там. Где оно сейчас? В холодной каменной тюрьме? Возможно, я выпила пилюлю уже мертва! И возвращаться мне больше некуда. Я так и останусь в этой темной густой пустоте навечно. Это пугает больше всего на свете. Я не хочу! Надо придумать что-то и бороться, так поступают духи взошедшие на небеса. Не сдаются!»
Какое-то время руками она растирала окоченевшее тело. Потом медленно поползла вперёд на коленях. Идти на четвереньках было не так страшно, как идти во весь рост.
«Какая я все таки трусиха. Князь не зря ругал за это, и смеялся надо мной. Никакой страх бы не овладел бы им столь сильно, что бы ползти на коленях. Я уверенна в этом.»
Пол под ее ладонями был прохладным и абсолютно ровным.
«Если бы я доползла до стены, могла бы, держась за нее, куда-то дойти.»
Но никаких стен не предвиделось.
«Радует что за время пребывания тут на меня никто не напал. Может, здесь не так страшно, как в Бездне. Никто не причинит мне боль.»
Она ползла так долго, что уже потеряла всякий счёт времени. Потом остановилась и в отчаянии села, уставившись открытыми глазами в пустоту.
«Все бесполезно. Думаю, даже если я начну бежать, мне никуда не прибыть в итоге. Дражайший спит. Лей Хуа в отъезде. Князь только рад, что я заперта тут по собственной доверчивости и трусости.»
В отчаянии она уронила лицо на открытые ладони. Левая уже была абсолютно ледяной.
Глава 21.1 Похоть
Князь Чжи Мин Ю
Лей Хуа смотрел на князя с толикой недоверия, и Мин Ю это чувствовал. Он опять взял с собой меч, позаимствованный у Тао, но был уверен, что ему не пригодится оружие.
«Мао Ри даже в тренировочных схватках никогда не проявлял агрессии. Хитрость и ловкость — это его, но агрессия совершенно отсутствует в характере мальчишки.»
Он опять почувствовал тянущую тоску, когда подумал о нем. Сейчас ему продолжал видеться его женский образ в алом ханьфу, тот, что предстал перед ним в иллюзии. Князь тогда смотрел, как Мао Ри сорвался с веревки, и тонкий шелк свадебного платка слетел при падении, обнажая лицо. Когда Джундже поймал его, в сердце, как в масло, вошла неприятная тонкая игла.
«Что это ревность? Бред!»
Было довольно далеко, но каждый видел, Ри не просто был переодет в женщину в этой иллюзии, он был ею по-настоящему. Самой настоящей женщиной.Черты лица его, и без того трогательные, смягчились и стали чарующими. Он был прекрасен, подобен нежному цветку. Князь бы сказал о такой женщине: — «Просто поразительно утонченная и сладкая.»
«Сяомин попала мне просто в солнечное сплетение, своей иллюзией выбив из легких весь воздух. Как она смогла это сделать так. И если это возможно, я хотел бы застрять в таком месте на какое-то время.»
Дурман в его мыслях сгущался и пах спелыми фруктами и цветами.
«Наверное, это навеяно моими непрекращающимися снами о нем. С тех пор, как он проглотил эту гадость и уснул,
