же их двигала… Неужели Бладсворд до миллиметра помнит их расположение? Проклятье! Только не оборачивайся! Я в ужасе от того, что он может меня разглядеть в эту щель, которую я сейчас не рискну закрыть.
Я напряженно следила за тем, как владетель потер ключицу, расправил плечи и, помедлив, все-таки взял один из платков, после чего в задумчивости обошёл комнату и, встав перед шкафом, начал разматывать кушак.
Я уже видела Бладсворда без рубашки. Тогда в день прибытия в «Соколиную башню» там, на поляне. Но вблизи это зрелище было не только впечатляющим, но и крайне смущающим.
Теперь, когда владетель находился в двух шагах от меня я могла видеть не только рельеф, но побледневший шрам на груди, созвездием залегшую россыпь родинок над левым соском, дорожку темных волос, выглядывающую над поясом…
И в этот момент сильные пальцы взялись за штаны.
У меня потемнело перед глазами.
На всякий случай, я зажмурилась.
Лучше поздно, чем никогда, но спустя секунду, я подумала и приоткрыла один глаз.
— Я могу продолжить, — тягучий баритон бросил меня в омут паники.
Что? Это же он не мне?
— Леди Чествик любит подглядывать за мужчинами?
О проклятье! Какой позор!
Это было так стыдно!
Мамочки, я никогда ни за что не покину этот шкаф.
Я останусь здесь навсегда.
Лишь бы не смотреть в глаза Бладсворду.
— Давай, Энни, будь смелой. Выходи.
Вместо этого я просто схватилась за дверцы и захлопнула их.
Снаружи до меня донесся заливистый хохот.
— Тебе хоть понравилось? — веселился владетель.
Ну зачем он продолжает? Ведь сам же у источника за мной подглядывал?
Но я точно не решусь задать ему подобный вопрос.
К моему ужасу, створки шкафа потянули на себя с той стороны, и я хоть и старалась удержать их, но Бладсворд все равно был сильнее, и в итоге я просто выпала ему в объятия.
Почувствовав горячую кожу под руками, я затрепыхалась.
— Ну-ну, — попытался он успокоить меня, но в его голосе все равно был слышен смех. — И где же твоя отчаянная храбрость?
— Пустите! — мой полузадушенный писк не тронул черствое сердце Бладсворда. Он лишь прижал меня к себе крепче.
— Не раньше, чем ты расскажешь мне, что ты тут забыла?
— Я…
— А ты глаза так и не будешь открывать? — подколол меня владетель.
Набрав в грудь воздуха для решимости, я распахнула ресницы и первое, что увидела, это знакомое коричневое пятнышко на ключице, которое издалека приняла за одну из родинок.
Отметина Бладсворда выглядела немного иначе, но толком рассмотреть ее мне не дали.
— Энни, давай, я жду. Что ты там собиралась врать?
Я подняла взгляд на владетеля и чуть не пропала в его глазах.
— Я…
— Да? — изогнув бровь, он приподнял мое лицо за подбородок, отчего почему-то мои губы защипало.
— Не скажу! — последовал от меня ну очень взрослый ответ, за который мне тут же стало еще более неловко.
— Ты опять хотела найти себе чтение, да? — глаза Бладсворда смеялись. — Я все еще предлагаю тебе «Колдовскую страсть». Нет, не хочешь?
Я насупилась, не понимая, как выкрутиться.
— Ты же хотела «почитать» не книгу, правда? И как? Нашла что-нибудь интересное?
Было непохоже, что владетель возмущен. Скорее, ему было любопытно.
— Какая ты упрямая, Энни, — покачал он головой. — Говори, что присмотрела.
Мой взгляд выдал меня, сам собой метнувшись в сторону кинжала.
— О! Неплохой выбор, — одобрили меня. — Я, знаешь ли, частенько кладу его на ночь под подушку. Может, и саму подушку допросишь? Одеяло тоже наверняка скрывает много тайн. Ну что ж. Вперед, дерзай.
Бладсворд даже развел руки, давая мне полную свободу.
Не ожидав от него проявления доброй воли, я покачнулась и еле устояла на ногах.
— При вас?
— А что тебя смущает? — вгоняя меня в краску, мурлыкнул владетель. — Ты уже два раза делала это со мной.
Глава 36. То есть «Башня» ему все-таки нужна
С одной стороны, Бладосворд демонстрировал жест доброй воли, предлагая мне для чтения свою вещь. Мол, смотри, Энни, мне нечего скрывать.
С другой — ну кто добровольно станет выворачивать душу перед посторонним человеком?
Что-то тут было не так.
Я бы могла заподозрить владетеля в том, что он хочет исказить мое восприятие о нем в свою пользу.
Однако «чтение» очень непредсказуемо.
Никто не знает, какое воспоминание подкинет вещь. Оно может быть не только бесполезным для меня, но и вредоносным для Бладсворда.
Да и я бы в жизни не поверила, что у владетеля нет никаких тайн.
— Все еще трусишь? — поддел меня он.
— Ваша открытость подозрительна, — не стала я скрывать своих сомнений.
— И что? Не рискнешь? — искушал меня опытный интриган и манипулятор. — Другого шанса может не случиться. Ведь теперь я знаю, какие хорошенькие мышки шастают там, где не положено.
В самом деле, мне нужна была дополнительная информация. Без нее я могла оказаться впутанной в игру Бладсворда, которую он несомненно вел. Увы, не было никаких гарантий, что я узнаю нечто стоящее, однако проворонить возможность — в моем случае непозволительная роскошь. Мне пригодилась бы любая мелочь, способная пролить свет на намерения владетеля. Его обещания рассказать мне свой план выглядели недостаточно убедительными.
То есть, я уверена, что он мне, конечно, расскажет. Но вот все ли?
Лошадь в шорах удобнее вести в пропасть.
Даже то, что я чувствовала симпатию Бладсворда в мою сторону, не делало его для меня безопасным.
Люди у власти всегда выбирали власть и свою выгоду, порой жертвуя даже близкими. Что уж говорить про какую-то леди Энн Чествик, совершенно постороннюю, нездешнюю и за которую некому вступиться?
Приходилось лишь надеяться на то, что сумею выудить полезные сведения и не поддамся на то, на что видимо рассчитывает Бладсворд.
Надежда. А что еще остается, когда уверенность испаряется, и ты остаешься один на один с обстоятельствами?
Вздернув подбородок, я под насмешливым взглядом прошла к стойке для оружия. Протянув руку к кинжалу, я немного помедлила. Интересно, в работе с вещью владетеля как поведет себя мой дар? Будет ли таким же отстраненным, как при просмотре воспоминаний мачехи и Освальда, или оглушит меня всей гаммой эмоций, как в момент прикосновения к моей шпильке? Я ведь так и не поняла, почему глубина погружения разная. Потому ли, что вещь принадлежала мне, или потому что мы одновременно находились в месте, которое проявилось в чтении?
Был еще один вариант, от которого я пока отмахивалась, надеясь, что это не он.
Впрочем, сейчас все станет понятнее.
Собрав всю свою решимость
