сонно пробормотала я, пытаясь оттолкнуть пушистое тело, упрямо пробирающееся к груди. Громкое мурлыканье, сопоставимое с работой трактора, прекратилось.
− Какой такой Басик? – отчётливо пробурчал над ухом тот же мужчина. Тёплый плед очень бесцеремонно сдёрнули, а от резкого неприятного толчка в бок сон мигом улетучился.
Я лежала внутри чётко очерченного круга посреди лесной полянки, прямо на примятой траве. Под головой обнаружилась знакомая расшитая сумочка… Там же яблоки! Как бы не подавились! Рядом, опираясь на локоть, возлежал очень красивый незнакомый, мужчина с иссиня-черными волосами, укрывающими плечи мягкими волнами. Цветастый бухарский халат, небрежно распахнулся на мощной груди… Мужчина буравил меня очень недовольным взглядом ярко-зелёных глаз, скептически приподняв одну из соболиных бровей.
− Так кто такой этот Басик, о котором ты всё время твердишь? – повторил он.
− Да как сказать? – замялась я, экстренно соображая, кого напоминает строгий красавец и стоит ли его пугаться. Неужели... – Трифон, это ты?
Избавление от лишней растительности до неузнаваемости преобразило лицо бывшего кота. Из помятого неопрятного типа он превратился не иначе как в сказочного принца, или скорее в коварного неотразимого чародея.
− Ну вот, − скривил он губы, − у тебя напрочь память отшибло? Вроде головой не билась. Кто ж как не я?
− Не узнаю вас в гриме…− фраза из известного фильма показалась очень уместной. − Ты что ли опять в кота перекидывался?
Он поглядел на меня как на умалишённую.
− Я тебе не скоморох, красками мазаться. А в кота конечно перекидывался. Неужто не знаешь, у них температура тела выше чем у людей. Кроме того, в шубе намного теплее, чем в наколдованной одежде. Ты дрожала – не хотелось, чтобы простудилась.
Трифон тряхнул шикарной гривой и вместо бухарского халата оказался одет в давешний «военный» костюм, прекрасно гармонировавший со строгим выражением лица. В таком виде он напоминал иллюстрации к романам о космосе, главными героями в которых становились такие вот грозные звёздные генералы, призванные спасать всех вокруг. Я тут же почувствовала себя «девой в беде», но ненадолго.
− Хватит разлёживаться, − провозгласил «генерал». – Пока Ягина на нас не набрела, нужно отправляться в путь…
В этот момент живот выдал громкую жалостливую руладу, и никак не желал останавливаться, сколько бы я ни зажимала его руками.
− Позавтракаешь на ходу, − скомандовал Трифон. – Изысков не гарантирую, но стакан кофе и бутерброд с ветчиной – вполне.
Он тут прикрыл глаза и извлёк обещанное прямо из задрожавшего летним маревом воздуха. Сунув мне в руки белую дымящуюся кружку источавшую дивный аромат, и бутерброд, а точнее громадный сэндвич с аппетитным толстым куском ветчины, он покрутил рукой у моего лица:
− В темпе, в темпе! И так большую фору Ягине дали.
Пить горячий кофе, пытаясь быстрым шагом преодолеть извилистые лесные тропки и преграды из валежника, удовольствие так себе, но жаловаться даже не пришло в голову.
− А еда – тоже иллюзия, как и твоя одежда? – спросила я, расправившись с завтраком, протягивая чародею пустую кружку с остатками гущи. Он скривился и отмахнулся – кружка исчезла с тихим шипением воздуха, спешно заполнявшим образовавшийся вакуум.
Глава 45
− Ты сыта? − спросил он. Я кивнула. – Вот и ответ на твой вопрос. Иллюзией не насытишься, и не согреешься. Она так, для вида.
− Но как же плед ночью? А остальное? − совсем растерялась я.
− Вот любопытная! Всё тебе так прямо и расскажи! Как мир устроен знаешь?
− Ну как? Обыкновенно! Есть мир, в котором я жила, а есть другой… Где Мельник, ты, Ягина и всякое другое.
− Да уж, − протянул чародей. – Ты невежественнее, чем я думал. Миров множество. Все они существуют одновременно, как и каждый момент жизни. Только люди, проживая свою жизнь не замечают этого. Явь ограничена, а вот Навь – огромна. Ты вот в Ирии была − там свои правила и насельники. Есть Царство мертвых – туда те уходят, кому в Ирии не рады…
− А мы Полуденницу видели, − перебила я его. – Она где живёт? Мы до Ирия ещё не дошли тогда…
− Тоже в Нави, но в своём мире. Хотел бы сказать, что миры как слоёный пирог, но это не так. Они пересекаются, сходятся, расходятся, друг в друга проникают иногда… Сложно это. Так вот, еду я вытянул из Яви, а плед из ближайшего мира Нави, а потом вернул его на место.
Я разинула рот от удивления. Почему-то проще верилось в иллюзию или создание из ничего, а так…
− На воровство похоже, − озвучила я зудящую в голове мысль.
− Ты предпочла бы простудиться насмерть? – оскорбился Трифон. – Или с голоду маяться? Хорошо, в следующий раз предоставлю такую возможность…
Он хотел ещё что-то сказать, но не успел: откуда-то с неба раздался гневный вопль:
− А-а-а! Вот вы где! Попались!
Я не успела ничего сообразить, как Трифон сгрёб меня в охапку и бросился под прикрытие ближайшего дерева. Очень вовремя – в то место, где мы только что стояли, ударила самая настоящая шаровая молния.
− Тришка, негодяй! Изменник! – вопила Ягина. – То-то мне эта костлявая, которую Силантий притащил, сразу не понравилась!
Ещё одна молния угодила в дерево, за которым мы прятались. Кора мигом обуглилась, нижние ветки занялись жарким пламенем. Трифон подул на него, дерево погасло – только сизый дымок тянулся к небу… Колдун, прижал палец к губам, надавил мне на плечи, заставляя сесть на землю. Потом, он выскочил из нашего общего укрытия, как заправский спецназовец перекувырнулся, встал на ноги и бегом ринулся за кусты, куда тут же прилетела очередная молния. Загоревшиеся было укрытие, тут же погасло.
− Ягина! Заканчивай молниями швыряться, весь лес спалишь! – попытался урезонить разозлённую ведьму Трифон.
− А ты возвращайся! – прокричала она. – Тогда я твою мелкую зазнобу не трону!
Услышав это, я немедленно выглянула из-за дерева, чтобы оценить угрозу. Ступа Ягины висела в каких-то десяти метрах от моего хлипкого опалённого укрытия. Над рукой ведьмы парил ярко-фиолетовый раскалённый шар, которым она целилась прямо в меня.
Попытавшись снова применить коронное заклинание невидимости, я потерпела сокрушительное поражение – видимо, лимит на использование за короткий временной промежуток был исчерпан. От отчаяния, я вложила все оставшиеся силы и произнесла второе заклинание, которое успела изучить у Мельника – «открытие вод».
Ничего не произошло. Напрягшаяся
