её аж под люстру спрятали.
— Короче, он найти её никак не мог.
— Попросил нас её убрать.
— И всё.
— Хотя нет, не всё!
— Он нам ещё наказание выдал — дежурить по ночам.
— Мы про тебя ни слова не сказали!
— А сегодня узнали, что ты тоже наказана.
— Нам об этом Дотарин рассказал.
— А ещё сказал, что плохо подставлять своих союзников.
— И мы поняли, что тебе про нас навешали лапши.
Они сделали глубокие вдохи и выдохнули синхронно:
— Ева, не злись на нас!
Н-да, значит, интуиция не подвела. Я ведь чуяла, что меня пытаются обвести вокруг пальца.
— Клянетесь, что сказали правду?
— Клянемся!
— Ладно, — протянула я. — Так и быть, поверю вам.
— Значит, мир?
— Мир, — согласилась охотно.
— Ой! А вот тут тебе цветы, кстати, — произнес Агес, достав откуда-то из-за двери огромную корзину роз.
— Вы что! Не стоило!
— Так это не от нас, — усмехнулся Арес. — Она просто тут стояла. На, держи. Занеси в комнату.
Занести у меня не вышло, потому на помощь пришли парни и втащили тяжеленную ношу внутрь.
«С добрым утром. К.» — гласила записка, лежащая в корзине.
Тут меня снесло волной умиления, я села на корточки и принялась с упоением засовывать нос в каждый цветок, чтобы насладиться сладким ароматом.
Агес и Арес недоуменно смотрели на меня, потирая подбородки.
— У вождя Светильников появился ухажер? — наконец спросил Ферден-старший.
— Возможно, — уклончиво отозвалась я, пытаясь стереть широкую улыбку с лица. Не получилось.
— И кто же он? — полюбопытствовал Арес.
— Ой! Кажется, занятия начнутся через десять минут, а я всё ещё не собрана. Опаздывать нехорошо! — заключила я, красноречиво глядя на дверь.
— Не опаздаешь, — хмыкнул Агес, усаживаясь в кресло. — Первые пары отменили.
— Почему?
— В большой зале для торжеств будут объявлять участников Игры. Кстати, не хочешь сходить? Мы вот собираемся.
Игры? Игры! «А значит, там будет Кайрат», — пронеслось восторженное в голове. «А значит, надо пойти!», — промчалось вдогонку.
И нет, не потому что меня пришибло внезапной любовью, просто… Просто за цветы ведь поблагодарить надо, верно? Верно. А то как-то невежливо получается.
— Пойдемте! — сказала я, поднимаясь.
Мы вывалились из моей комнаты и двинулись по коридору к лестнице, попутно обсуждая грядущую Игру.
— Жалко мне участников, — вдруг сказал Арес.
— Почему это? — спросила я.
— Потому что в этом году участвует Кайрат.
— А ему нет равных.
— А ещё его напарница Луиза Анаверд.
— Она одна из лучших на потоке боевых магов.
— Потому у остальных нет шансов.
— Не представляю, чем думал Астарт, когда соглашался соревноваться с ним.
О, а вот с этого момента поподробнее:
— А вы знаете, что стоит на кону?
— Никто не знает, что загадает победитель. Да и желание может не сбыться. Однако я слышал, что принцы соревнуются за трон. Якобы король сказал, что победитель унаследует корону.
Корону…
Но Кай сказал, что престол ему не нужен. И я ему верю. Интуиция, шестое чувство или ещё что-то — называйте, как хотите, шепчет мне, что дела обстоят куда сложнее.
«К черту трон. Моя цель куда выше этого», — сказал вчера Майерхольд.
Что же может быть ценнее трона?
Так или иначе, эта битва очень важна для него. И я всем сердцем желаю ему победы.
— Что значит — желание может не сбыться? — задумчиво протянула я.
— То и значит. Око Желаний может отказаться исполнять твою мечту. Например, если она слишком опасна для других. Или если ты не заслуживаешь такой чести.
— Вот загадаешь ты мешок золота — получишь.
— А если загадаешь иметь все деньги мира — тоже получишь. Но уже по заднице.
Справедливо.
Мы припозднились, потому в зал торжеств вошли чуть ли не последними. Места нам тоже достались не самые лучшие — у стены.
Но были и плюсы. Стоило нам перешагнуть порог, как на сцену вышел ректор и сразу же взялся за дело. Сказал приветственное слово, поведал немного информации об Игре, напомнил, что участвовать в нейважно и почетно.
— А теперь приступ к самому интересному. Поприветствуем участников, которые будут представлять нашу академию!
Двое мужчин вынесли на сцену стол и толстенную книгу.
— Это — Гримуар Эларийон, — прошептал Агес.
— Понятнее не стало, — фыркнула в ответ. — Можно поподробнее?
— Можно. Если коротко, это просто большой справочник по Игре. Раньше он использовался для формирования команд.
— Те, кто хотел принять участие в борьбе за Око, должны были расписать кровью в этой книженции.
— После Гримуар сам составлял команды по своему усмотрению.
— Однако сейчас так никто не делает.
— Теперь команды просто вписывают свои имена.
— Кровью. В знак старой традиции.
— А после ректор озвучивает их.
— Вот и всё.
Занятные традиции у этой Игры, однако.
Прочистив горло, Мерд Норисс взялся за дело — открыл Гримуар, провел пальцем по странице и стал с улыбкой зачитывать имена. На сцену выходили команды из пяти, четырех, трех и двух человек.
— А там можно? — озадачилась я. — Силы ведь не равны.
— Правила не запрещают. В команде может быть от пяти до двух участников. Все зависит от стратегии командиров.
— Чаще всего выбирают оптимальный вариант — команду из трех.
— Кристалл активируется только тогда, когда все участники дойдут до него. Если команда большая, её часть может потеряться по дороге. А маленькая может не справиться с ловушками и нечистью.
Надо же. Кайрат так в себе уверен, что взял в команду лишь Луизу. Это впечатляет.
Сдается мне, будь его воля, он бы пошел один.
На сцену вышел Астарт и двое незнакомых парней. Толпа живо их поприветствовала, а после ректор произнес:
— И последняя наша команда состоит всего из двух участников. На сцену просим пройти Кайрата Майерхольда и… — тут он зачем-то сделал паузу, как-то странно улыбнулся и договорил: — его подопечную — Евангелину Юрай!
48
Доходило до меня долго, а вот до остальных дошло молниеносно — люди стали расступаться, образовав небольшой коридор, ведущий прямо к сцене.
К сцене, на которой уже стоял Кайрат. И смотрел он на меня одну.
Первый шаг дался мне нелегко. Впрочем, как и второй. До участников Игры я не дошла, а еле доползла, борясь с желанием развернуться и броситься к дверям.
— Поприветствуем же нашу скромницу! — торжественно потребовал Мерд, хватая меня за руку и ставя плечом к плечу к Майерхольду.
Собравшиеся свистели, громко хлопали и были в целом в восторге от случившегося. А я стояла, боясь пошевелиться.
Столбняк продлился недолго. Ровно до того момента, как люди стали расходиться.
— Это какая-то ошибка! — заявила я, поворачиваясь к Нориссу.
Опоздала. Ректор резво скрылся из зала
