его знакомые, решавшиеся на заключение долгосрочного партнерства.
У противоположного пола Сева пользовался популярностью не только потому, что имел высокий пользовательский рейтинг в своем телешоу. Он был мил и обходителен, умел говорить красиво и ласково, любил всякие нежности и не стеснялся своих слабостей. Кроме того, он был физически крепок и в сексе чувствовал себя уверенно. Подружки менялись в его жизни регулярно, и те, с кем он был близок раньше, никогда ни о чем не жалели. Сева умел расставаться с ними красиво, без сцен.
Вообще, Сева был человеком практичным. Его отношения с миром основывались на очень четко выверенной жизненной философии, в которой не было места разным ненужным предубеждениям и нездоровым склонностям. Например, он никогда не позволял себе заплатить за вещь больше ее реальной стоимости и в любой ситуации считал торг уместным. Он мог стоически обходиться без чего угодно, если был уверен, что в конечном итоге такая стратегия обернется верной выгодой. Идти на поводу у искушения потратить больше необходимого было не в его духе, он усвоил это правило с самых юных лет и всегда оставался верен ему, даже если речь шла о самой незначительной сумме.
По складу характера Сева был религиозен. Он верил, что Бог управляет миром при помощи денег. Он часто ходил в официальную церковь. При этом он никогда не просил у Бога денег напрямую. Свои молитвы он всегда умел сложить таким образом, чтобы подойти к вопросу о личном благосостоянии как бы косвенно, как бы вскользь. Его намеки, обращенные к Богу, отличались тонкой ненавязчивостью. И в глубине души Сева был уверен, что, выраженные подобным образом, они наверняка будут рассмотрены Им быстрее и положительнее, чем прямолинейные запросы разных примитивных прихожан, которые только и умеют, что клянчить и даже требовать. Сева четко осознавал, что Бог любит его лично, заботится о нем персонально, и он старался поддерживать эту тонкую мистическую связь исполнением всех необходимых обрядов. Часто посещал он индивидуальные и групповые собеседования со священнослужителями и был у них на хорошем счету.
Между тем Сева не был чужд и эзотерики, которую официальная церковная иерархия не очень-то жаловала. В юности ему посчастливилось прочитать один древний труд, написанный еще до ВЭР неким Петром Каракуриным, весьма загадочным автором, который практически не оставил о себе цифрового следа и о судьбе которого современным исследователям почти ничего не было известно. Этот могучий труд под названием «Главное и второстепенное» был посвящен исследованию глубинных законов, на которых зиждется вся реальность, и уходил корнями в теологию и философию позапрошлой, доцифровой эпохи. С годами Сева множество раз возвращался к этой книге, перечитывая ее целиком или отдельными главами, и постепенно почерпнутая из нее информация сложилась в прочное основание его жизненной позиции. Именно из этого труда он и усвоил некоторые вполне конкретные соображения и советы, способствовавшие его становлению как личности.
«Сначала не было ничего, – говорилось в этом труде со ссылкой на древнейшие источники одной доисторической цивилизации. – И тогда Бог сотворил первую золотую Монету. И увидел Бог, что это – хорошо. Но кто же сможет распорядиться этим сокровищем, подумал Бог, и сотворил человека. И человек взял Монету и принес ее в жертву Богу, и Бог принял жертву его и возрадовался. И тогда одарил Бог человека всеми тварями земными, и осветил всю Землю звездами, и одну из звезд поставил совсем рядом, и назвал ее Солнцем. Величественный лик этой звезды, подобно огромной золотой Монете, с тех самых пор каждый день появляется на небе и каждый вечер уходит с неба. И в образе этом скрыта великая тайна, ибо только посвященные знают, что звезда сия и есть та самая Первая Монета, которую первый человек принес в жертву Богу. И тот, кто строит свою жизнь в согласии с божественным планом, тому Бог посылает крупицы этой изначальной монеты в виде земных денег. Тому же, кто в суете дня забывает о Боге и отворачивает взор свой от неба и Солнца, того Бог наказывает бедностью, и жизнь его превращается в мрак нищеты…»
В отличие от многих, Сева любил читать. Но пустая беллетристика никогда его не интересовала, тратить время на бесполезное чтение казалось ему бессмысленным. Его виртуальная библиотека была полна книг, содержащих подлинную, глубинную мудрость. Переводы из доисторических классиков соседствовали с последними изысканиями самых передовых исследований сущности денег и информации. Своими книгами Сева очень дорожил и никогда не делился ими ни с кем, ибо он хорошо понимал, что истинное знание имеет настоящую ценность лишь до тех пор, пока является достоянием избранных, и, если разбазаривать его направо и налево, оно обесценится и не будет от этого пользы никому.
Сегодня настроение у Севы было хоть куда. Завтра ему предстоял выходной, и он планировал провести его с толком. Дело в том, что у него было одно весьма эксцентричное хобби. Он состоял членом Клуба виртуальных генетиков. Для всех его сослуживцев это увлечение представлялось крайне странным. С его допуском можно было бы увлекаться виртуальной рыбной ловлей, виртуальными путешествиями, да чем угодно, но это…
Суть этого занятия состояла в том, чтобы разрабатывать генотипы и выводить в виртуальной реальности прежде невиданные сорта экзотических растений, которые сочетали бы в себе, помимо чисто растительных, еще какие-нибудь новые черты, как правило, растениям не присущие.
Одним из последних достижений Севы на этой стезе был разработанный им виртуальный корнеплод, внешний вид которого в точности соответствовал той самой, первой, золотой Монете (как она изображалась на картинках в его любимой книге), а на вкус напоминал шоколадный батончик. Но самым главным достоинством этого корнеплода был запах. Отдаленно он напоминал смесь ванили и ландыша, но был многократно нежнее и воздушнее.
Проект этого экземпляра, над выведением которого Сева корпел почти полтора года, был выставлен на международный конкурс виртуальных генетиков и имел все шансы на призовое место. Победа в конкурсе гарантировала, что растение будет доведено до стадии материализации командой профессиональных инженеров-генетиков, и в дальнейшем это могло бы стать неплохим источником дополнительного дохода.
На завтра Сева запланировал заняться заключительной доработкой своего корнеплода. Он хотел добиться, чтобы шкурка его на ощупь казалась бы столь же реальной, как настоящее золото, и чтобы при этом она сохраняла эти свои качества в течение как минимум полного года после извлечения из грунта.
Размышляя о тонкостях предстоящей генной инженерии, Сева пересек Площадь взаимовыгоды и вышел на следующий за ней бульвар Правды. Сумерки, подсвеченные уже зажегшимися световыми консолями, сверкали радужным переливом редких снежинок. Привычно
