где могут быть письма.
— Где?
— Поехали со мной в штаб-квартиру Никса, и мы всё расскажем.
— Нет, — перебивает Уайлдер. — Она никуда с тобой не поедет.
Я перевожу взгляд с Палласа на Уайлдера. Уайлдер пытается меня защитить, но если Паллас что-то знает о письмах, я должна выслушать. Мне уже нечего терять.
— Говори, где письма, или я позволю Уайлдеру тебя арестовать.
Паллас кусает щеку.
— Не могу. Поверь мне. Отец хочет поговорить с тобой лично, чтобы извиниться.
— За что? — требует ответа Уайлдер, и я напрягаюсь. — Ли, что он имеет в виду?
— Слушай, я не собираюсь разговаривать с Хироном. После того, что случилось в прошлый раз, — ни за что.
— Мы не взрывали бомбы на Фестивале Урожая.
Уайлдер хмыкает.
— Мы знаем, что вы сделали это в отместку за рейд на Слезы Вампира, который прошел ранее в ту ночь.
Я киваю:
— От этих бомб пострадали невинные люди.
— Мы были с тобой во время взрыва, — говорит мне Паллас. — Я был удивлен не меньше твоего.
Мои ноздри раздуваются. Он, Селена и Хирон — не единственные члены Никса. То, что они были со мной, еще не значит, что кто-то из их прихвостней не поджег фитиль.
— Я знаю, о чем ты думаешь. — Паллас смеется. — Из наших последователей там не было никого, кроме нас, а я не настолько хороший актер. Это «Эос» заложила бомбы и свалила всё на нас. Ты должна мне поверить.
Я стискиваю зубы. После сегодняшнего вечера я не удивлюсь, если он прав насчет «Эос». Но я также не доверяю Палласу ни на грош. И всё же, если у него есть зацепка насчет писем, я смогла бы искупить весь тот вред, что причинила, связавшись с Магом.
— Ладно, — говорю я, но смотрю на Уайлдера. — Уайлдер едет с нами, иначе я никуда не пойду.
Паллас окидывает Уайлдера оценивающим взглядом. Его ноздри гневно раздуваются.
— Мне это не нравится, но ладно.
— Ли, что ты творишь? — спрашивает Уайлдер.
— Я не получила письма, — шепчу я так, чтобы слышал только он, и Уайлдер опускает оружие. — Маг меня кинул. Если есть шанс, что Никс знает, где они, я им воспользуюсь. Считай это своим шансом увидеть их убежище изнутри, — я выставляю этот последний аргумент как приманку, но Уайлдер не клюет.
— Что произошло с Магом? — спрашивает он, и я вздрагиваю. Это мимолетное движение выдает мою вину с головой. — Ли. Что он сделал?
— Он украл яд и использовал его на Янус Дайер, — я скрываю правду о видео. Расскажу ему, когда мы останемся наедине, после того как поймем, что за игру ведет Никс. Он не захочет, чтобы Паллас узнал о демонах. Ему нужно защищать свою репутацию.
У Уайлдера перехватывает дыхание.
— Так вот почему…
Я смаргиваю подступившие слезы и поворачиваюсь к Палласу. Я всё исправлю.
— Поехали.
Глава 29
УАЙЛДЕР
Паллас гонит как сумасшедший, вдавливая в педаль газа на поворотах и пролетая прямые участки. Машины гудят, шины визжат, а нас с Ли швыряет на заднем сиденье, как горячую картошку. Он кружит по городу, пытаясь сбить нас со следа до Никс. Но даже с повязкой на глазах я понимаю, что мы движемся на восток, обратно в центр. Мы пересекли мост, соединяющий остров Ксанта с материком — я понял это по характерной тряске на стыках, там сейчас ремонт и движение по одной полосе. Но после этого всё превратилось в сплошное пятно.
Машина резко тормозит, и ремень безопасности впивается в плечо, когда меня бросает вперед.
— Приехали, — бодро заявляет Паллас и глушит мотор. Дверь со стороны Ли открывается. Она напряжена до предела.
— Всё хорошо, — шепчу я, нащупывая её руку. Найдя, я ободряюще сжимаю её ладонь. — Ты не одна.
— Может вы уже снимете с нас повязку? — спрашивает Ли, когда мы выходим.
— Еще нет, — раздается мягкий женский голос, которого я не узнаю.
— Ли, ты же помнишь Селену? — спрашивает Паллас. Я дергаюсь на звук его голоса, пытаясь понять, кто такая эта Селена. Она не упоминалась ни в одном отчете «Клинков».
— Ли, я так рада, что ты пришла, — говорит Селена.
— Привет, — огрызается Ли. Явно никакой любви между ними нет.
— Хирон ждет внутри. — Селена хватает меня за запястье. Её длинные ногти царапают кожу.
Селена и Паллас ведут нас с Ли вверх по небольшому лестничному пролету в соседнее здание. Каблуки Ли цокают по кафельному полу, пока Селена рывком не останавливает меня. Кто-то нажимает кнопку; тишину прерывает лишь звонок лифта. Двери открываются, и Селена заталкивает меня внутрь. Вместо того чтобы спуститься вниз, как я ожидал, мы поднимаемся.
Я отсчитываю три этажа, прежде чем выйти из лифта, пройти ещё несколько шагов и остановиться.
— Мы на месте, — говорит Паллас.
Он снимает с нас повязки на глазах. Я потираю место, где она впивалась в кожу, и щурюсь от яркого света. Мы в конференц-зале со стеклянными дверями и затемнёнными окнами. Здесь пахнет сыростью. Ли, стоящая рядом со мной, смотрит куда угодно, только не на женщину с лавандовыми волосами, которая стоит рядом с Палласом. Селене на вид около двадцати пяти, у неё белая, как луна, кожа и фиолетовые глаза. Она подмигивает мне.
— Присаживайтесь. — Паллас указывает на обшарпанные кожаные кресла. Мы с Ли обмениваемся настороженными взглядами и садимся.
— Извините, что заставил ждать, — раздается мужской голос, и мои плечи непроизвольно напрягаются.
Входит Хирон Лира, и у меня волосы на руках встают дыбом. Он — причина, по которой жизнь моей семьи и семьи Ли превратилась в руины. Внутри меня закипает ярость, требуя выхода. При одном взгляде на него мне хочется сжечь это здание дотла вместе с ним. Но это было бы слишком просто.
Лидер Никса садится во главе стола. Наши взгляды встречаются, и он бледнеет.
— Уайлдер? — произносит он. — Не ожидал увидеть тебя здесь.
Мы никогда не встречались, но я — копия отца. Чего не скажешь о нем и Палласе. У Хирона широкие, глубоко посаженные глаза, тогда как у Палласа они под острым углом. Впрочем, нос и россыпь веснушек у них одинаковые.
— А я и не думал, что когда-нибудь здесь окажусь, — отвечаю я. Хирон кивает.
— Уверен, у вас обоих много вопросов.
— О да, — отвечает Ли, давая мне возможность прийти в себя парой глубоких вдохов.
Вопросов у меня полно. Например, получил ли он удовольствие, уничтожая мою семью? И в какой именно момент он превратился из линчевателя-Небулы в убийцу? Я неделями мечтал встретиться с ним лицом к лицу. Мысль о том, чтобы
