не для брата.
По губам Басти скользнула довольная улыбка, значит, он меня почувствовал. В отличие от Ульима, который был намного старше, между нами, младшенькими, всегда была некая связь. Именно поэтому Себастьян отправился со мной в Леонгард. Именно поэтому он почувствовал, что мне грозит смертельная опасность и поспешил на выручку тогда, шесть лет назад, когда в меня полетело то чёрное заклятие.
— Рад тебя видеть! — Себастьян, всё так же, не открывая глаз, потянулся, разминая затёкшую спину. Судя по бумагам, стопками лежащим перед ним, брат работал с документами. А именно этого он терпеть не мог. С детства не отличался усидчивостью.
Басти уже не раз укорял меня, что из-за моих принципов он остался без юности, не нагулялся, не почувствовал вкус свободы. Что я спокойно мог занять трон и подданные никуда бы не делись! Стерпели бы!
В душу черным клубком закатилась вина перед младшеньким. Это ведь я сейчас должен был сидеть здесь, не видя белого света, закапавшись в этих бумагах, пытаясь найти пути спасения для медленно погибающего королевства. Я, а не он….
Подойдя к окну, я отдёрнул штору и поморщился от яркого света, резко ударившего по глазам. За окном, в большом круглом дворе, росло дерево. Прямо у меня на глазах ещё один лист оторвался от ветки и медленно начал падать в кучу сухих листьев, укрывавших двор плотным ковром. Все нижние ветви уже были голыми, и только верхушка не сдавалась, тянулась к солнцу оставшимися зелёными листочками.
Древо жизни медленно умирало, умирал и мир вокруг него. Если не поспешить, будет совсем поздно. Поэтому я задавил в себе остатки жалости, и резко отвернувшись от окна, произнёс.
— Медлить больше нельзя. Я перепроверил всё ещё несколько раз, спасти страну может только королева, несущая в себе дар жизни. Только она может возродить древо. Тебе нужно жениться!
Последние слова, словно камни, упали на грудь брата, он вздрогнул и открыл глаза. По губам скользнула грустная улыбка.
— Что, никакой самой даже малюсенькой лазейки?
Я отрицательно покачал головой:
— Я несколько месяцев провёл в королевских архивах, согласно древнему сказанию, именно королева с магией жизни поддерживает жизнь древа. В самых древних манускриптах говориться, что на этом месте раньше была безжизненная пустыня, горы да холмы, пока однажды двенадцать дев не собрались вместе и не сотворили семя, наполнив его магией жизни.
Именно из этого семени выросло древо жизни, и отступила пустыня, и стали эти земли щедры на урожай, а на пастбищах не переводилась сочная трава. Одна из дев стала королевой этих земель, основав Леонгар, а остальные разбрелись по всему миру, оставив королеве камень, которому каждая из них отдала каплю своей крови.
С тех пор, благодаря этому артефакту и проводились королевские отборы. Двенадцать дев — носительниц магии жизни собирались во дворце, из них король и выбирал ту, что ему милее всего. Это одно из самых важных условий — будущие король и королева должны полюбить друг друга.
Старая королева учила свою приемницу, передавая ей древо. Так жизнь в Леонграде делала новый виток.
— Мятежники этого не учли, — грустно улыбнулся Себастьян.
— Не учли или не знали. Помнишь, про допросы уцелевших вельмож, многие из них говорили, что королеву никто убивать не собирался — свергнуть хотели только короля, но видимо что-то пошло не так.
Я вспомнил, сколько дней провел в подземельях дворцовой тюрьмы, когда немного оклемался и пришёл в себя. Тогда я проводил дам дни и ночи, и мало кто мог устоять передо мной, стоило только снять маску и хищно улыбнуться. Увидев моё лицо разделённое проклятьем на живую половину и мёртвую, сверкающую голыми костями черепа, мятежники рассказывали всё!
Благодаря этим рассказам мы и нашли замурованную комнату, в которой погибла королевская семья. Неподалёку от стены, на полу, виднелся чёрный обгоревший силуэт мужчины, а на стене рядом чернел женский силуэт. Отпечаток пышного платья, раскинутые в стороны руки — всё, что осталось от королевы Леонгарда. Я не стал заходить в комнату, тревожить покой умерших, велев вновь закрыть эти двери и никогда не открывать.
Сейчас, когда в моей памяти снова возникла эта картина, царапнула какая-то неправильность, но Себястьян отвлёк меня.
— Может, можно ещё немного повременить? Может, найдётся другой выход из положения?
— Это отчёты, пришедшие от моих разведчиков из Великой пустыни. Пустошь разрастается, убивая на своём пути всё живое. Урожаи год от года падают, даже трава сохнет, оставляя скот без пропитания. Ещё несколько лет и это место снова покроется песками, — я бросил на стол пачку бумаг, увидев которые брат поморщился, словно от зубной боли.
Он встал с кресла, подойдя ко мне, глянул в окно, за которым медленно умирало древо жизни. Я понял его без слов, ободряюще хлопая по плечу:
— Я принесу артефакт из сокровищницы, указ об объявлении королевского отбора у тебя на столе, тебе нужно только подписать, — и, не давая брату шансов возразить, быстрым шагом вышел из кабинета.
Глава 4
Кристиан
Королевская сокровищница встретила меня прохладой и полупустыми полками. Предыдущий правитель потратил всё, что только мог. Единственное, до чего он не добрался, это секретный отдел с древними артефактами. Я сам с трудом нашёл зачарованную дверь и то после долгих месяцев проведённых в королевском архиве и дворцовой библиотеке.
Подойдя к совершенно пустой стене, я нажал правильную комбинацию, известную только мне и Себастьяну. Послышался сначала сухой щелчок, затем часть стены начала медленно уходить в сторону, поднимая облачко пыли.
Открывшийся узкий проход вёл в небольшое тёмное помещение. Магия здесь не работала, поэтому вместо привычного мне светового фаербола, я взял заранее приготовленный факел. Огонь осветил квадратную комнату, все две стены которой состояли из сплошных полок и они, в отличие от самой сокровищницы, были забиты под завязку. Драгоценные предметы лежали так плотно, что кое-где были сложены стопками и кучками. Посреди комнаты стоял стол, на котором лежало несколько очень старых фолиантов, которые я прочёл от корки до корки, в надежде найти пути спасения королевства. Именно здесь я нашёл свиток с инструкциями, как активировать артефакт призыва невест.
Вдоль третьей стены стояли застеклённые шкафы. Здесь хранилось самое ценное или опасное. Причём ценность измерялась не золоте и каменьях, а в свойствах артефактов. Вот, например, в центральном шкафу, на полинялой от времени бархатной подушечке, лежал с виду обычный камень — такие, сотнями валяются под ногами. Но сила, заключённая в нём была необыкновенно велика! По преданию именно этот камень оставили первой королеве Леонгарда её подруги.
