сомкнулись так стремительно, что я едва успела вдохнуть. Дракон придавил мои ладони к земле рядом с головой и настолько усилил напор, что благоразумие, испуганно вздрогнув где-то на дне сознания, поспешило его покинуть. Как же всё-таки потрясающе он целуется! Мне не с чем сравнить, но то, что я чувствовала, с каждым разом нравилось мне всё больше.
То, как сплетается наше дыхание, как мы одновременно и неосознанно стремимся навстречу друг другу, едва сдерживая слишком пылкие прикосновения. Кажется, кое-что всё-таки прояснялось: магия тут ни при чём. Я просто теряю голову — вот самое правильное объяснение происходящему.
Довольно громкий “бултых” отправленного в воду камешка вернул нас с Гилбертом в реальность. Джори не обернулся, не окликнул нас, но так дал понять, что всё заметил.
— Я настаиваю, — хрипло произнёс дракон, отстраняясь на безопасное расстояние.
Сначала сунул руку за пазуху не с той стороны, потом спохватился и исправился, после чего всё-таки вынул на свет изящнейшую коробочку из полированного дерева, всю сплошь украшенную резьбой.
— Я прошу вас стать моей женой, Селин, — нажатием на крошечный рычажок крышечка поднялась, и внутри сверкнуло умопомрачительной красоты кольцо.
Нежно-розовый цвет камня в нём был настолько кристально чистым, что на глаза навернулись слёзы от остроты бликов, танцующих на его гранях.
— Месье де Лафарг, я… Не знаю, что сказать.
— Я подскажу, — не растерялся тот. — Скажите “да”. Если не руководствуясь чувствами, то хотя бы здравым смыслом.
— А вы сами-то что чувствуете? — я прищурилась.
Внутри сейчас бушевало такое жгучее смятение, что окажись оно зельем, то проделало бы в этом пледе дыру, едва на него капнув. Некоторое время Гилберт молчал, будто взвешивал каждое слово, а затем всё-таки ответил, не моргнув и глазом.
— Я чувствую, что должен вас защитить. Вас и Джори.
И я сразу поняла, что хотела услышать вовсе не это.
— То есть вы предлагаете мне договор? — решила сыграть в равнодушие.
— Если на данном этапе вы хотите назвать это так, то да.
Да что такое! Почему от каждого его слова злость всё сильнее заливала мне сердце? С другой стороны, смешно было ждать от него признания в любви — сейчас он руководствуется продиктованным магией долгом. Собственническим инстинктом дракона, с которым я имела неосторожность себя соединить. И ничего больше там нет!
Так ведь?
— Тогда я настаиваю на брачном контракте.
Волшебство окончательно рассыпалось. Мне вновь стало горько и как-то досадно, что странно, ведь ещё вчера я восприняла его предложение, как нечто невозможное!
— Легко, — улыбнулся Гилберт. — Если он нужен вам, чтобы убедиться, что я не заберу ваше имущество, то мне незачем этому противиться. Вы нужны мне сама по себе, без дома, участка и даже без… Впрочем это мы обсудим позже.
Так всё-таки нужна… Голова идёт кругом!
— Тогда оставьте это кольцо у себя до подписания контракта, — улыбнулась я так мило, что аж скулы свело.
В глазах Гилберта промелькнуло разочарование.
17.3
— То есть вы ещё оставляете себе путь для отступления? — он закрыл коробочку, и у меня сжалось сердце.
Примерить кольцо, если честно, очень хотелось, но я буквально мысленно била себя по рукам. Я уже поняла на примере его дружка Арно Шеваля, что подарки — это ещё та ловушка.
— Просто не хочу испачкать его землёй. У вас оно будет в сохранности.
Дракон небрежно сунул кольцо обратно во внутренний карман жакета и замолчал — явно обиделся на мой отказ, но старался не подать вида. Впрочем, это плохо ему удавалось.
— Ой! — раздалось со стороны воды. — Ой, я не хотел!
Я сразу подскочила с места и кинулась к Джори, однако сделала всего пару шагов, как в меня врезалась Аркени, бессильно соскользнула по юбке вниз и упала мне в подставленные ладони. Я взглянула на неё и пришла в ужас! Одно крыло ящерки было наполовину чёрным, словно обуглилось. Рассыпая вокруг себя пыльцу, Аркени ворочалась у меня в руках, то скручивала, то разворачивала хвост и поджимала лапки.
— Что случилось?! — к нам подбежал Гилберт.
— Я не хотел. Мы просто играли! — захныкал Джори, не сходя со своего места. — И тут… Не знаю, что произошло.
Я отдала Аркени Гилберту — в ауре его магии она быстро поправится. Оказалось, что пострадала не только она, но ещё и всё, что было вокруг Джори. Трава на расстоянии шага от него пожухла, почти почернела, а по воде поплыли тёмные разводы.
— Похоже, это усиливается… — вздохнул Гилберт, хмурясь.
— Проявления его магии всё страшнее. Что будет дальше? — я схватила его за рукав и слегка дёрнула, будто это могло утвердить мои слова.
Затем я бросилась к брату и обняла его, успокаивая. Сейчас он не должен чувствовать, что мне страшно. Но на самом деле я была так близка к отчаянию, что мне хотелось плакать. Поскорей бы месье Лазар создал хотя бы прототип амулета, чтобы мы могли его испробовать. Нужно делать хоть что-то!
Я попыталась окутать Джори своей магией, отпуская её понемногу, дозируя по капле, как лекарство. Джори перестал дрожать и плакать, затих и обнял меня в ответ.
— Я знаю, что ты не хотел. Мы обязательно всё это исправим, и всё будет хорошо.
— Так со мной скоро никто не будет разговаривать. Меня будут бояться, — причитал брат, крепко хватаясь за меня пальчиками. — Когда все узнают, что с моей магией… Я не знаю, куда её применить!
— Просто старайся следить за ней, — Гилберт сел рядом с нами прямо на траву. — Когда чувствуешь прилив, сосредоточься на ней и попытайся как бы вернуть внутрь себя. Понимаешь?
Джори повернул голову и внимательно на него посмотрел.
— Думаете, это поможет, месье де Лафарг?
— Уверен! Знаешь, когда моя магия проснулась, я тоже был напуган. Обороты норовили случаться в самые неподходящие моменты, — принялся рассказывать дракон. — А иногда я превращался неполностью, представляешь?
Джори хихикнул и, ткнувшись лицом мне в плечо, попытался незаметно вытереть слёзы.
— Это, наверное, было смешно!
— Всем было смешно, но не мне, — заверил его Гилберт. — Но постепенно я научился с этим справляться, и теперь оборачиваюсь только когда сам этого захочу.
— Вы сильный, — вздохнул Джори.
— И ты сильный тоже. И чем дальше, тем будешь становиться сильнее. А ещё сильнее тебя сделает твоя сестра. Посмотри, какая она красивая и нежная. А внутри — самая решительная и отважная! Она рядом с тобой, и значит, всё будет отлично.
Я почувствовала, как у меня начинают гореть щёки от его слов. Казалось бы, он просто пытался успокоить Джори, но смотрел прямо на меня,
