на вальс? — произнёс француз с привычным картавым акцентом. Его лицо стало каменным — он сразу понял, что танец это только предлог.
— Благодарю, — пришлось подать руку, и Сиу тут же увёл меня подальше от своих друзей.
Жуть как хотелось надеть перчатки, только чтобы не касаться этого мерзкого типа. Подавив отвращение, я положила ладонь на его плечо. Француз мягко обнял меня за талию и сделал первый шаг.
— Я правильно понимаю, вы принесли для меня ответ от Александра? — вкрадчиво проговорил Луи, крепче стиснув мой стан. Я с трудом удержалась, чтобы не залепить этому наглецу пощёчину.
— Верно, месье, — кивнула я, попытавшись чуть отстраниться от него. — Мой супруг намерен отдать вам формулу.
— Parfait,(2) — победно заулыбался француз. — Я знал, что Александр умный человек.
— Во вторник я сама отдам вам тетрадь. Можем встретиться тут в ресторации в два часа дня, если пожелаете, — я старалась говорить спокойно, и, кажется, у меня получилось. — Только прошу вас, приходите один. Ни к чему нам свидетели.
— Как скажете, Варвара. Вы тоже приходите без сопровождения, — вид у француза был, как у кота, дорвавшегося до сметаны. — Буду ждать вас с нетерпением.
Он прижал меня к своей груди непростительно близко, что даже дышать стало трудно.
— Варвара, зачем вам муж-неудачник? — прошептал он, наклонившись ко мне. — Бросайте его. Станьте моим компаньоном. Я два раза предлагать не буду.
Ага, и заодно грелкой в постели? Его глаза так и горят похотью!
— Отчего же вы окончательно не рассорили нас с мужем, раз так жаждете заполучить меня в… кхм… компаньоны? — я держалась из последних сил, так хотелось высказать этому шантажисту в лицо всё, что я о нём думаю. — Нужно было просто позволить Доре довести дело до конца.
— Я хорошо знаю Александра. Если вы расстанетесь до того, как он отдаст мне формулу, от отчаяния mon ami уничтожит все свои записи, и мир останется без научного открытия на неопределённое время.
Луи повернул меня, закружив, и снова стиснул в крепких объятиях.
— Понятно. Меня тоже планировали «уговорить» бросить супруга с помощью шантажа? — в моём голосе всё же появились язвительные нотки.
— Нет, мадам. Я завоюю ваше сердце исключительно французским обаянием и заботой о вас, — ухмылялся этот женатый гад. Ни стыда, ни совести у него нет!
— Даже не надейтесь, — процедила я сквозь зубы и дёрнулась, но шантажист крепко держал меня.
— Tu es à moi, — Луи выдохнул мне в лицо, и звонкая пощёчина наконец-то стёрла с его лица самодовольную улыбку. Схватившись за скулу, француз выпустил меня из плена своих рук, и я рванула на выход, что было мочи.
— Diablesse,(3) — донеслось мне в спину проклятие.
Я фурией выскочили из ресторана и бросилась к карете. Кузьма, увидев меня, тут же спрыгнул с козел и открыл дверцу.
— Барыня, что случилось? — забеспокоился он, помогая мне сесть в экипаж. — Говорил я вам, не стоит одной ездить в этот вертеп.
— Всё в порядке, Кузьма, — с одышкой проговорила я. — Гони скорее домой.
Кучер захлопнул дверцу, и через мгновение карета тронулась в путь.
Ладонь горела — от души приложила я мерзавца Луи. С одной стороны, он это заслужил, а с другой, кабы француз не устроил мне индивидуальную месть. К тому же боюсь, что мой план может провалиться из-за какой-нибудь мелочи. Нельзя давать волю эмоциям.
Конечно, я не собиралась отдавать Сиу формулу, которую открыл мой муж. Он рисковал своей жизнью ради неё, забыл про семью и себя. Неужели я позволю какому-то французишке присвоить себе открытие? Он будет почивать на лаврах, упиваясь победой, а мы останемся на задворках рынка? Ну уж нет, месье лягушатник, вы получите по заслугам!
Осталось самое сложное — пойти завтра в полицейский участок. Одной мне не справиться, и я знаю, кого можно уговорить мне помочь.
_____________
(1) Qui vois-je! - Кого я вижу! (фр)
(2) Parfait - Превосходно (фр)
(3) Diablesse - Дьяволица (фр).
Глава 53. План Варвары
Варя
Состояние Александра не менялось. Лихорадка продолжала мучить моего мужа и тревожить меня. «На всё воля божия», — всплыли в голове слова доктора. Оставшись одна, я не удержалась от отчаяния и бухнулась на колени перед образами в спальне, молясь всем святым о том, чтобы Александр скорее поправился. Стало немного легче, по крайней мере, надежду на то, что всё будет хорошо, я не потеряла.
Утром зашла проведать супруга. Он не спал — лежал, откинувшись на подушки, бледный, глаза уставшие, дыхание тяжёлое. Измерив температуру, убедилась, что ничего не изменилось. Ну хоть хуже не стало.
— Варенька, — любимый слабо улыбнулся, коснувшись моей руки, — посиди со мной.
Я присел на постель, поправила одеяло, снова потрогала горячий лоб супруга.
— Знаешь, я тут подумал, — он слегка сжал мои пальцы, — если я умру, будет несправедливо, коли моё открытие достанется Луи, а не тебе. Но я безумно боюсь за твою жизнь и судьбу сына.
— Не говори так, — с трудом произнесла я, сдерживая рвущиеся наружу эмоции. — Всё будет хорошо, ты поправишься.
— Я не хочу отдавать этому проходимцу тетрадь. Лучше заявить научному обществу об открытии, — Александр с усилием сглотнул. — Пусть оно станет достоянием науки, чем француза. Может, моё имя впишут в историю.
— Или же впишут в дело о пособничестве терроризму, если Луи удастся подкинуть взрывчатку на склад, — вздохнула я.
— Надеюсь, Савелий поставил надёжную охрану и у нас есть время. Я выкарабкаюсь и обязательно найду управу на Сиу, — любимый прикрыл глаза. — Не хочу, чтобы на твою репутацию упала тень, Варенька, но и не желаю, чтобы Луи победил.
— Ты прав, нельзя отдавать ему тетрадь. Француз не остановится, если мы пойдём у него на поводу. — Я наклонилась к мужу и тихонько поцеловала его в губы. — Что нужно сделать, чтобы заявить об открытии?
Александр подробнее рассказал мне все тонкости процедуры признания научного открытия. Оказалось, на формальности уйдёт как минимум месяц. За это время произойти может всё что угодно. Я ещё раз уверилась в том, что нужно воплотить в жизнь мой план против Луи. Сама же пообещала Александру выполнить все его указания
