сказал?! – вауруху уперся лапами и притворно захрипел, точно ошейник действительно душил его.
– Важно не то, что ты сказал, а то, что ты вообще открыл рот! Ты должен заткнуться! Вообще заткнуться! – пыталась его вразумить арленсийка, понимая, что он дурачится и издевается над ней. – Не надо быть говорящим львом. Люди к такому не готовы!
– Ладно, постараюсь молчать, раз тебе невесело смотреть, как они убегают, – нехотя согласился он.
Таверну «В Горле Кость» они нашли сами. Это оказалось совсем просто: едва вышли на набережную, Эриса повернула направо и сразу увидела двухэтажное деревянное здание с ярко освещенным факелами входом. Несколько моряков вели нетрезвый разговор за перевернутой бочкой у входа, поодаль стоял рослый мужчина в обнимку с пышнотелой темнокожей девицей. Между деревянных колонн на цепях повисла деревянная табличка «В Горле Кость» с двумя скрещенными косточками в конце надписи.
– О, какие милые люди!.. – моряк, первый завидевший светловолосую девушку с черным животным, похожим на пантеру, так шлепнул себя по ляжкам от восторга.
– Сармерс, рядом! – прошипела арленсийка, натягивая поводок и тихо добавила: – Только попробуй, сволочь, заговорить!
– Идите к нам, миленькая вместе с пантерой! – душевно пригласи второй моряк в разорванной с левого бока рубахе и широких штанах. – Еще есть бутылка брума! Идите, и кошку твою напоим до икоты!
Сармерс зарычал. Эриса что было сил потянула его к входу в таверну. Забыв о тяжести за плечами, быстро взбежала по ступеням и замерла, переступив порог и оглядывая зал. Справа и слева большая часть столиков оказалась занята. У окна кутила группа наурийцев – человек семь. За ними мужчины лихого вида перекидывались в турго, громко переговариваясь, что-то выкрикивая, и с другой стороны играли в кости, одновременно попивали эль и смачно ругаясь. Справа от стойки обслуги пытались изобразить что-то похожее на музыку два наурийца с барабаном и длинной дудкой.
И сначала Эрисе показалось, что на нее с Сармерсом даже никто не обратил внимания, однако так было лишь поначалу. Первыми притихли люди за ближними к проходу столиками, глядя на нее и на грозного зверя на поводке. Затем и другие, увидев странную гостью, ненадолго умолкли, и стали ее живо обсуждать. Снова послышались возгласы, приглашавшие северянку, составить кампанию. Сармерса вроде никто особо не пугался – и на том спасибо.
Эриса прошествовала мимо танцовщиц, поспешно освободивших проход к деревянной стойке. И уже почти возле стойки какой-то пьяный до одури ярсомец стал перед Сармерсом на четвереньки и зарычал.
– Сармерс! Спокойно! – предупредила Эриса, опасаясь какой-нибудь выходки вауруху.
Однако преданный Леноме повел себя достойно: рычать в ответ не стал, лишь пренебрежительно фыркнул и прижался к ноге арленсийки.
– Дай лапу! Дай лапу, злой зверь! – попросил ярсомец, все еще стоя на четвереньках.
И Сармерс лапу дал. Причем дал ее с таким важным видом, что собравшиеся в полукруг разразились восторженными возгласами, кто-то зааплодировал.
– Это очень умный зверь, – сказала госпожа Диорич. – Гораздо умнее некоторых пьяных мужчин.
– Р-р-р, – вауруху утвердительно качнул головой и, прикрыв один глаз, с нескрываемым удовольствием от слов северянки, оглядел столпившихся.
– Пропустите, мальчики, – попросила Эриса, направляясь к стойке. – Мы с дороги и хотим кушать и пить.
– Как его звать? Это пантера? – вопросил кто-то.
– Какая тебе пантера, ты видишь какая у него морда! – захохотал голый по пояс пират.
– Если пантера, то большая, – встрял еще один знаток.
– Это лев, – сказала Эриса, не дойдя до стойки пять шагов и обернувшись. – Его имя – Сармерс. Да, лев, – она тут же опровергла чье-то несогласие с соседнего столика. – Декоративный лев. Кстати, очень умный. Таких мы разводим в Арленсии. Все, не мешайте нам.
Наконец добравшись до стойки, стануэсса села на высокий табурет, положив дорожный мешок себе на колени и мысленно сетуя, что не позаботилась заранее отсчитать небольшую сумму денег для текущих трат. Увы, теперь ей придется рыться в полном золота и серебра мешке, а вокруг столько любопытных, жадных до чужого добра глаз. Слава богам, Сармерс вел себя тихо: лег возле ее ног, не обращая внимания на обсуждавших его и арленсийку людей.
Сунув руку в горловину мешка, Эриса начала ощупывать содержимое, одновременно озираясь, надеясь увидеть здесь Корманду. Хотя, откуда здесь Корманду? «Дарлон» должен прибыть в порт лишь завтра к утру. Конечно, капитана Корму ее глаза не нашли, зато пальцы быстро нащупали что-то похожее на кошелек и тихонько выудили его из глубин набитых весьма приличным богатством. Она положила на стойку сафьяновый мешочек, отпустила завязку и вытряхнула в руку часть содержимого. На ладонь выкатилось несколько неграненых камней, скорей всего драгоценных – чего бы работорговец хранил в сейфе всякую ерунду. Пришлось снова порыться в дорожном мешке, среди цепочек, колец, кусочков золота – вроде были там золотые самородки. Наконец госпожа Диорич нащупала еще один кошелек и на ощупь определила, что в нем монеты.
– Слушаю вас, госпожа, – лысоватый эльнубеец из обслуги наконец добрался до арленсийки, закончив розлив напитков для большой компании с какого-то корабля.
– В первую очередь мне нужно комнату. Самую лучшую с зеркалом и умывальником, – начала Эриса, одновременно поглядывая на вывеску с перечнем блюд и ценами, подумывая, что заказать на запоздавший ужин. От голода живот сводило еще с вечера, ведь за целый день она ела лишь несколько полузеленых бананов, и кусочка халвы.
– Увы, комната такая одна и предназначена для нашего важного постояльца. Он может появиться уже завтра, – эльнубеец с сожалением покачал головой.
– Сколько вы за нее хотите. Я могу дать три цены и больше, – оглядев эльнубейца, Эриса догадалась, что перед ней тот самый человек, о котором говорил Корманду, и тогда решила чуть надавить: – Ведь вы хорошо знакомы с капитаном Корму? Он сказал, что я могу рассчитывать на вашу помощь.
– Корму? Да… – он закивал, моргнул своими желтыми болезненными глазками. – Я бы рад помочь, но хозяин за ту комнату с меня шкуру снимет. Но если вы готовы ему компенсировать убытки в двести салемов, то…
– Нет проблем. Двести ему и вам пятьдесят за хлопоты. И ужин: три бутылки самого лучшего эля, – стануэсса решила, что две из них возьмет в комнату, а одни выпьет прямо сейчас. – Порцию жареной баранины по-тайсимски, салат юго-юго и большой
