еще не слушались. Голова начала кружиться, перед глазами на мгновение помутнело. Саймон прошелся ладонями по лицу, чувствуя, что совсем скоро на нем должны образоваться новые шрамы. Если Фрай позволит этому произойти. Почувствовав резкую боль, Крэйн коснулся шеи и нащупал совсем крошечный бугорок. Укол. Ну конечно. Вот откуда чувство, словно он вышел из отпуска, во время которого участвовал в боях без правил. Выспался, но до этого здорово отхватил. Несколько раз.
Нужно время, чтобы восстановиться, но его не было. Саймон лишь надеялся, что органы целы и Фрай не решил сделать из него инвалида.
Он слегка пошатнулся и осмотрелся. Никого. На потолке висела знакомая лампочка, от одного вида которой начинало подташнивать. Проглотив кровавую слюну, Саймон подошел к краю решетки и схватился за прутья. Тут же по телу прошелся разряд слабого тока, заставив отшатнуться. Не столько больно, сколько неожиданно. Саймон опустил взгляд на ладони, все еще слегка шатаясь, но на них не было ничего. Только ощущение слабого покалывания. Зато на запястьях остались красные следы от веревок. Сжав и разжав пальцы, он метнул взгляд в сторону приоткрывшейся двери. Мышцы как по команде начали напрягаться, вставая в защиту.
Саймон не сводил глаз с двери, когда там появился знакомый силуэт. Ладони сами собой сжались в кулаки. Аарон Арчибальд. Сукин сын. Сцепив зубы, Крэйн не сводил с него тяжелого взгляда. Однако не было сил, чтобы обдумать происходящее, но сейчас он точно знал, кто из них двоих выглядит как животное в клетке. Слегка размяв плечи, Саймон скривил разбитые губы. Этот ублюдок больше не навещал его, но был еще одной навязчивой мыслью: при следующей встрече лицо Аарона должно быть похоже на то, во что превратили Крэйна сектанты. Здесь не было зеркал, но, по ощущениям, лицо было тем еще зрелищем.
– Они под напряжением, пока под слабым, но будешь вести себя плохо… – Голос Аарона вызывал только раздражение, которое подпитывал щенячий взгляд. – Мне придется увеличить его.
Аарон медленно подошел к Саймону, неся на подносе тарелку с какой-то кашей и чашку с темной жидкостью. Он выглядел не самым лучшим образом, возможно, это чувство стыда так отражалось на лице. Кожа стала бледнее, под глазами залегли темные круги, одежда повисла на теле. Было ли Крэйну жаль его? Абсолютно нет. Ничто не могло бы его оправдать. Арчибальд подошел ближе и поставил поднос на специальный столик перед решеткой, чтобы Саймон смог забрать предложенное «угощение».
Крэйн резко протянул руку и схватил его за грудки настолько сильно, насколько это вообще было возможно. Резкое движение отдалось болью, но, не обращая на это внимания, он прижал Аарона лицом к решетке. Поднос упал на бетонный пол с неприятным звуком, от которого хотелось скривиться, но Саймон лишь смотрел в темные глаза Арчибальда, которого почему-то не ударил ток. Каша растеклась по полу и теперь больше походила на помои. Аарон не сопротивлялся, без капли испуга глядя на Саймона. Отчего хотелось встряхнуть его еще сильнее.
– И… Что дальше, Саймон?
Честно говоря, он этого не знал, но от безысходности и отчаяния хотелось сделать этому ублюдку еще больнее. Не Фраю, так его шестерке, которая стала причиной всего этого. Он хотел, чтобы Аарон почувствовал хоть каплю той боли, которую пришлось пережить им из-за его предательства. И даже тусклый взгляд, излучающий сожаление, его не трогал. Сейчас это не имело никакого значения.
Когда-то Саймон верил ему, а Аарон оказался предателем. И ладно, сдал напарника? Плевать. В мире, где каждый сам за себя, это почти норма. Сукин сын предал Ричарда, Клэр, а самое главное – Дану. Будь в его руках что-то острое, он бы с удовольствием стер с лица Аарона это выражение.
Саймон понимал, что этим ничего не добьется, и ослабил хватку. Аарон сделал пару шагов назад и поправил куртку, больше не проронив ни слова.
– Дэвид решил меня ужином угостить? И даже не попытался запихнуть кашу мне в глотку? Как мило, – с усмешкой проговорил Саймон, повторяя движения собеседника.
А что ему еще сказать? Спрашивать причины предательства? Что бы ни предшествовало этому, ничего не исправить. Для предательства не существует уважительной причины. Это та из немногих границ, которые он не переступил даже сейчас.
– Пойми, я… – начал Аарон, но Саймон лишь усмехнулся, прерывая это пустое сотрясание воздуха.
– Если хочешь исповедоваться, то ты пришел не по адресу. Мне глубоко наплевать почему, и не передо мной тебе извиняться. – Саймон выдохнул и сел на постель, опустив голову. – Передай Дэвиду, пусть поторопится пустить пулю в мою голову, чтобы не переводить продукты.
Саймон надеялся, что ясно дал понять: их разговор закончен, но Аарон не спешил уходить. По крайней мере, Крэйн надеялся, что его собеседнику не настолько сильно промыли здесь мозги, чтобы он не понял этого «прозрачного» намека. Снова повисла тяжелая тишина. Сложив ладони, Саймон не сводил с них глаз. Негромкий вздох повис в воздухе. Крэйн слышал, как Аарон поднял поднос и алюминиевую посуду. Каша противно хлюпала под подошвами ботинок.
Повисшая тишина угнетала. Если бы вокруг никого не было, Саймону было бы немного спокойнее, но присутствие Аарона только нагнетало обстановку. Тот прочистил горло, аккуратно выставляя на подносе посуду. Она издавала отвратительные звуки, катаясь по металлической поверхности. Тихий вздох не предвещал ничего хорошего.
– Они везут ее сюда, Саймон, – выдал Аарон, сделав небольшую паузу. – Хочу, чтобы ты знал…
Внутри словно что-то разбилось вдребезги. По телу пробежал озноб, сердце заколотилось с удвоенной силой, будто пробивая себе путь наружу. Дыхание перекрыл ком в горле. В комнате словно резко упала температура. Ему понадобилось несколько бесконечно долгих мгновений, чтобы осознать произнесенные Аароном слова. Дана… Ей все-таки не удалось от них уйти…
Саймон кинулся к решеткам, обхватывая прутья ладонями, как будто одно усилие могло развести их в разные стороны. Вспышка злости ослепляла. Но даже сейчас он понимал, что главной эмоцией был страх. Стиснув зубы, Саймон протянул руку к стоящему в дверях Аарону, который молча наблюдал за ним.
– Прошу, помоги ей! Слышишь меня… – Мольба болью прокатывалась по всему организму, но Арчибальд был глух к этому, лишь поджал губы, превращая надежду в пепел. – Она была твоим другом! ОНА ДОВЕРЯЛА ТЕБЕ, КУСОК ДЕРЬМА!
Саймон с силой тряхнул решетку, и та издала отвратительное лязганье. Аарон достал из кармана небольшой пульт и нажал на кнопку. По решетке прошел электрический ток, и Саймон отпрянул от нее. Заряд был сильнее, он почувствовал боль… Его ладони уже слегка покраснели. Еще сильнее, и появился бы ожог. Саймон пытался подавить крик боли, глубоко дыша. Но боль не от заряда, а от осознания того, что он нашел ее…
Аарон молча вышел из комнаты, хлопнув дверью. Больше не было ни звука,
