мигают датчики в машине при неаккуратной парковке.
– Мне нравится эта мысль.
– Есть над чем подумать. Интересно, жизнь на ранчо такая же?
– Здесь всегда много людей. Постоянно. И все знают друг друга. Я чувствую, что они все близки, но я, очевидно, чужая, поэтому…
– Они относятся к тебе как к чужой?
Я пожимаю плечами, вспоминая приглашение Пэтси в «Гремучник».
– Не всегда. Но я думаю, люди не знают, что со мной делать.
– Ты ищешь свое место, Молли. Решать тебе, где оно. Сейчас ты как будто ощупью пробираешься сквозь тьму. Ты никогда раньше не делала ничего подобного. Я считаю, нужно попробовать все и посмотреть, что тебе подойдет.
Попробовать все. Этот совет крутится у меня в голове.
– Мне тоже нравится эта идея.
– Отлично. И кто знает? Может быть, ты в итоге получишь удовольствие, общаясь с этим горячим ковбоем.
– Нет, спасибо.
Но мой ответ звучит неубедительно.
13
Молли
Красные флаги
Запах несвежего пива и сигарет пропитывает воздух. Пол такой липкий, что при каждом шаге под сапогами раздается легкое потрескивание. Единственный свет исходит от неоновых реклам, хаотично развешанных по стенам. В дальнем конце помещения находится сцена, где Салли, Пэтси и – ха! – помощник Гуди, Зак, готовятся к выступлению группы «Фриски Виски».
«Гремучник», другими словами, идеальный дайв-бар[40]. Переступив порог, три брата Риверс идут за мной по пятам. Усталость, которую я испытывала весь день, спадает.
Мне это нравится.
И я откуда-то помню это место. Смутный образ оживает в голове. Я была на танцполе с мамой и папой, мы трое выстроились перед сценой.
– Эй, Уайетт? – спрашиваю я.
Он оборачивается ко мне.
– Что такое?
– Здесь проводят уроки линейного танца?
– Как раз таки да. Каждый четверг днем и ранним вечером.
Поэтому я и узнала «Гремучник», когда в первый раз приехала в город. Родители водили меня сюда, чтобы научить линейному танцу.
Как мило. Сердце сжимается от мысли, что мама и папа любили друг друга и веселились вместе. От этого становится тепло и уютно. Здорово, что они не забывали и обо мне.
Я следую за Уайеттом и другими ковбоями к бару. Откуда, черт возьми, у всех берется энергия после долгой недели на ранчо? Когда барменша, женщина с яркими светлыми волосами и заводными голубыми глазами, поднимает взгляд от посуды, которую вытирает, и улыбается нам, я все понимаю.
Атмосфера, группа, предвкушение в воздухе – ты просто знаешь, что сейчас будет весело.
И, да, учитывая, сколько всего навалилось в последнее время, мне действительно нужно выпить. Я не могу перестать думать о словах Джен – Кэш напуган, а жизнь в маленьком городке может превзойти ожидания.
Это то, что происходит и со мной?
– Что пьешь? – спрашивает Уайетт, устраиваясь рядом со мной у бара.
Он привез Дюка, Райдера и меня в город на одном из пикапов ранчо Лаки. Салли и Пэтси приехали отдельно, чтобы успеть подготовиться. Сойер остался на ранчо, укладывать Эллу спать, а Кэш… я не знаю, где он.
Мне должно быть все равно.
Я достаю кредитку из сумочки.
– Честно, я бы выпила холодного пива. Давай я угощу тебя одним-тремя за то, что снова прогулялся со мной сегодня.
Я смогла оторваться от ноутбука и дел «Беллами Брукс» на несколько часов этим утром, поэтому Уайетт опять взял меня под крыло. Он представил меня кузнецу – парню, который заботится о ногах и копытах лошадей, – а затем отвел на склад с оборудованием, где объяснил, для чего предназначены все огромные машины, стоящие там.
Это не было физически утомительно, но важно, и я чувствую, что многому научилась. Пиво вполне заслужено.
– Тебе не нужно покупать мне выпивку, – говорит Уайетт. – Это было мне в удовольствие.
– Я настаиваю.
Уайетт улыбается барменше, когда она направляется к нам.
– Привет, Таллула. Как дела? Лодыжка в порядке?
– Сняли гипс во вторник. Все еще немного болит, но намного лучше, чем было. Это я заслужила, пытаясь станцевать Cupid Shuffle[41] после четырех «Виски сауэров»[42].
Таллула улыбается, затем бросает взгляд на меня.
– Это Молли Лак? Гуди рассказала мне о тебе все.
Таллула протягивает руку.
– Добро пожаловать в мой бар, Молли. Мы рады тебя видеть. Что тебе принести?
Теплая радость поднимается у меня внутри. Я не знаю эту женщину, но она мне уже нравится.
Я беру ее руку и крепко пожимаю.
– Огромное спасибо за приглашение. Мне здесь очень нравится. Можно, пожалуйста, «Шайнер Бок»[43]?
– Сделай два.
Мое сердце уходит в пятки, когда я слышу низкий голос позади.
Я оборачиваюсь и вижу его. Кэша.
Он стоит в нескольких футах, одна рука засунута в передний карман джинсов. На нем бейсболка. Повернутая задом наперед бейсболка. Плюс к этому – потрепанные джинсы и чистая белая футболка, обтягивающая грудь и плечи самым сексуальным образом. И какой же Кэш высоченный.
Он сексуален в ковбойском образе, нет смысла это отрицать.
Но в этом неоновом свете, в этой бейсболке и джинсах он…
Эпически, неприлично горяч. Мой пульс учащается, волна чистого, неприкрытого желания разливается между ног.
Сжимая бедра, чтобы прекратить этот порыв, я выдавливаю:
– Я думала, ты не придешь.
Кэш подходит и встает рядом, встречаясь со мной взглядом.
– Передумал. Собираешься уходить, городская девчонка?
– Если ты будешь продолжать так меня называть.
Он морщит нос, как будто только что вышел из душа, аромат чистого простого мыла поднимается от его кожи. Я улавливаю легкий намек на что-то мятное и травянистое.
Я стараюсь игнорировать Кэша. Но этот парень был бы съеден заживо в барах Далласа. В смысле, буквально – на него бы жадно набросились. Оглядываю «Гремучник» и убеждаюсь, что люди замечают Кэша, но никто не подходит к нам.
Почему?
Может быть, как и я, они стали свидетелями его менее дружелюбной стороны.
Или, может быть, он уже переспал со всеми девушками в городе. Почему эта мысль заставляет мою грудь сжиматься?
Мне нужно перестать думать об этом дерьме.
– Ты пьешь «Шайнер Бок», – говорит Кэш, нахмурив лоб.
Отводя взгляд, я кладу карточку на блестящую деревянную поверхность барной стойки.
– Конечно. Это вкусно. Я как раз собиралась выпить и угостить Уайетта.
Кэш откладывает мою карточку в сторону.
– Твои деньги здесь не в ходу. Таллула, за наш счет.
– У вас есть счет?
– Конечно, есть.
Таллула улыбается, снимая крышки с трех бутылок.
– Мальчики здесь… часто.
– Она имеет в виду, – Кэш берет пиво у
