Глава 6
– Нянь, а песеньки им низя?
– Нельзя, Поль.
– А кафетки?
– Тоже.
– Дазе мавенькие?
– Даже маленькие. От конфет у собак заболят животики.
– М-да, пвоха, – деловито вздыхает. – Ну, а хотя бы павочки кукувузные мозно? – вытаскивает одну из глубокой миски и заглядывает вопрошающим взглядом мне в глаза сердобольная хулиганка. Мася и Дик сидят у ее ног и с вселенским обожанием смотрят на ту, кто вероломно посмела разнообразить их скучный собачий рацион.
– После целой кастрюли нашего гуляша с мясом они оба на диете, – говорит Иван, строго зыркнув на дочь из-под моего кухонного гарнитура, где он вот уже целый час возится с установкой нового крана. – Соня, посвети, – командует.
Я подрываюсь с места и свечу Ивану фонариком.
Чудо, что мужчина не послал меня со всеми проблемами на четыре стороны. Когда я к нему за помощью бежала – дороги не видела от паники. А сейчас понимаю, что любой другой отправил бы лесом и дверь перед носом закрыл. Зря я его бессердечным считала. Теперь даже как-то совестно. Чуть-чуть…
С соседями, кстати, обошлось. Чудом. Ваня-таки спустился к ним и узнал, не отошли ли у них от стен обои и не просочилась ли вода. Мне повезло. Ремонт придется делать только у себя. Больше всего пострадал ламинат в коридоре. Вздулся и разъехался в паре мест. Но это все потом… Как-нибудь, когда-нибудь. В первую очередь грозный сосед приказал заняться заменой труб в квартире, потому что: «Следующего прорыва они не переживут» – дословно.
– А вы есе довго? – мается от безделья Полинка.
– Долго, – бросает Иван.
– Гвустно.
– Сонь, свети выше! Ни черта не вижу.
– Легко сказать…
– Что?
– Сейчас, говорю!
Изо всех сил пытаюсь протиснуться в узкий шкаф так, чтобы не навалиться на мужчину. Ужом изворачиваюсь, подползая под самую раковину. Но тут моя нога предательски соскальзывает, и я мешком падаю верхом на соседа, ладонью с фонариком ударяя его в грудь, а свободной упираясь прямо в его пах.
Иван шипит.
Я охаю, ощутив под пальцами… то, что ощутив. Испуганно дергаюсь и резко подскакиваю. Да ударяюсь затылком о раковину так, что в глазах темнеет. Стискиваю зубы, вываливаясь из шкафа и приземляясь задницей на пол.
– Ау-у-у… – стону.
Да за что мне в этой жизни столько неуклюжести перепало?!
– Ой! – подбегает Полинка. – Боно? – гладит меня ладошками по макушке.
– Господи, – выругивается Иван. – Уйди отсюда, бедовая, пока нас обоих не покалечила, – ворчит, забирая у меня фонарик. – Сам посвечу.
– Прости… – виновато краснею, встретившись с мужчиной взглядом.
Неловко вышло.
Иван лишь недовольно качает головой и снова заползает в кухонный шкаф.
– Фсе, – щебечет Полинка, – я поселовала. Боше не будет болеть!
– И правда, прошло, – натягиваю улыбку. – Поль, хочешь я тебе мультики включу?
– Кочу. Пло плинцесс?
– Как скажешь.
Увожу ребенка в спальню, усаживая на кровать, и на весь следующий час занимаю просмотром «Принцессы Лебедь». Старый добрый Дисней никогда не подводит.
Мася с Диком растягиваются по обеим сторонам кровати, зная, что на постель им забираться категорически запрещено.
Возвращаюсь на кухню и пытаюсь сообразить на нашу разношерстную компанию обед. Завтрак мы все благополучно пропустили, а желудок уже начинает предательски урчать, намекая, что на одной воде долго не протянет.
Я достаю фарш, пачку спагетти и овощи. Болоньезе – беспроигрышный вариант. Быстро, сытно и вкусно так, что любой мужчина сменит гнев на милость. Надеюсь.
Включаю на телефоне музыку – что-то легкое и ненавязчивое. Ставлю на плиту кастрюлю с водой, на соседнюю конфорку – сковородку. Начинаю резать лук.
Буквально через полчаса и обед практически готов.
– Вроде все, – доносится из-под раковины усталый голос соседа.
Внезапно в кармане Ивана начинает вибрировать телефон. Он возится, шипит что-то нецензурное и кое-как выуживает телефон из кармана штанов.
– Да, – коротко бросает в трубку, вылезая наружу.
Я стараюсь не прислушиваться, честно. Но кухня маленькая, а голос у его собеседника громкий.
– Сокол, ты где пропал? – весело басит какой-то мужчина. – Я уже полчаса под твоей дверью топчусь! Мы же договорились хоккей смотреть! Ты время видел?
Иван тяжело вздыхает.
– Планы поменялись, Раш. Я занят.
– Занят он, – в трубке слышится усмешка. – Чем это ты так занят в субботу? Неужто свидание? Признавайся, старый холостяк, подцепил кого?
Иван бросает на меня быстрый раздраженный взгляд.
– Я у соседки. Помогаю с сантехникой.
На том конце провода повисает пауза, а потом раздается такой гогот, что Иван морщится и отодвигает телефон от уха.
– У соседки? С сантехникой? Соколов, ты серьезно? Это что, новый код для обозначения бурного секса? Ты бы еще сказал, что полку ей прибиваешь!
Я давлюсь воздухом и начинаю кашлять. Иван смотрит на меня убийственным взглядом, будто это я сейчас ляпнула эту пошлость.
– Раш, прекрати нести херню, – цедит он сквозь зубы. – У нее реально кран сорвало.
– Горячий? – не унимается его друг. – Слушай, а соседка хоть симпатичная? А то, может, ну его, этот хоккей? Я к вам присоединюсь, тоже помогу. Я в сантехнике шарю!
– Нет, – рявкает Иван. – Езжай домой, Марк. У меня тут работы на полдня. Я еще замок ей на двери менять буду. Хоккей свой и в записи посмотришь.
– Сокол, не будь засранцем! Я тащился к тебе через весь город, между прочим. И раз я уже все равно здесь, а ты, значит, у соседки… Это напротив?
– Марк, не вздумай…
Но Иван не успевает договорить, в этот момент в мою дверь настойчиво начинает кто-то звонить.
– Твою мать… – глухо выдыхает он и трет пальцами виски. – Принесла нелегкая.
Я стою растерявшись, не зная, что делать.
– Мне открыть? – спрашиваю, вытирая руки полотенцем.
– Не открывай, – командует мужчина. – Позвонит и уйдет. Он наглый, но не бессмертный.
Звонок повторяется. На этот раз длинный и требовательный. Потом еще один. И еще.
– Он не уйдет, – констатирую очевидное, глядя на Ивана, который, кажется, готов прожечь взглядом мою входную дверь и убить того, кто за ней сейчас стоит.
– Вот же упрямый баран. Ладно, впусти его.
Я пожимаю плечами и иду в коридор. Поворачиваю
